вышла.
— Один раз, — Айлин нахмурилась, — И честно сказать, мне этого хватило, чтобы понять, что я больше не хочу такое практиковать. И тебе не советую. Слишком уж велика цена за использование этой школы.
— Тут за любую магию приходится платить немалую цену, — я, наконец оторвался от телеги, и мы неспешно пошли к деревенским воротам, — Особенно за магию высших ступеней. Но оно и разумно. В конце-концов, если б каждый второй мог швыряться фаерболлами во все стороны и сносить города одним бодрым движением брови — мечи и доспехи были бы попросту не нужны. Да и от мира довольно скоро бы ничего не осталось.
— Ты конечно прав, — грустно протянула Айлин, — Да вот только порой, знаешь, так вот хочется взять и…
— Знаю. Мне тоже иногда хочется, — хмыкнул я, немного помолчал и попытался перевести тему, — Слушай, а разве обязательно красится перед каждым выходом в люди?
— Ну, у всех свои маленькие радости, — улыбнулась девушка, — У тебя — вот эти вот твои железяки. А мне вот красивой хочется побыть.
— Да ты вроде и так очень даже ничего, — я ещё раз окинул её изучающим взглядом, — Без всего вот этого. «Наносного».
— Так погоди? — она с подозрением уставилась на меня, — Это что, был комплимент? Так. Нам срочно надо бежать в лес. Мне кажется, там медведю поплохело.
— Не. Хреново ему станет, когда ты научишься воспринимать такие вещи без сарказма и ехидства, — ухмыльнулся я.
Девушка смерила меня неожиданно серьёзным взглядом, а затем без ноток иронии в голосе сказала:
— Спасибо. Мне очень приятно это было услышать, — немного помолчала и добавила, — От тебя.
— Ну вот. И что мы с тобой сейчас натворили? — хмыкнул я, кивнув стражнику у ворот. Тот хмуро посмотрел на меня. Похоже возня с телами вчера доставила им немало хлопот. А быть может, его разозлило то, что мы добычей не поделились. Ну так нечего было клювом во время драки щёлкать. А то блин вечно шляются хер знает где, когда нужны. А когда уже нахер не упали — тут как тут, в надежде на свою долю.
— Что? — недоуменно покосилась на меня девушка.
— Что-что. Бедному Михалычу теперь точно придётся реанимационную бригаду вызывать, вот что, — нарочито недовольно бросил я.
Айлин тормозила ещё где-то секунду, пытаясь обдумать услышанное, а затем звонко рассмеялась. Я тоже не удержался от того, чтобы не улыбнуться. Шутка получилась действительно стоящей.
— Ну, будем надеяться, что кроме нашего времени, за твоё желание быть красивой больше никто не пострадал, — бросил я, отсмеявшись.
— Ну… — девушка ненадолго замялась, — Почти. Одной из этих потаскух придётся искать себе новую юбку. Или ставить заплатку на старую.
— Ну, будь всё-же к ним поснисходительнее, — хмыкнул я, окидывая взглядом главную улицу, ведущую к торговой площади и дому старосты. Сейчас на ней было удивительно пусто. Только где-то вдали баба средних лет тащила коромысло с вёдрами, да неподалёку от неё шли пара ополченцев с копьями, что-то тихо обсуждая. Похоже, Пешик всё-таки сделал выводы из вчерашнего «инцидента» и вывел патрули на улицы деревни, а не только усилил стражу ворот, — Никакие они не потаскухи, а просто прекрасные дамы, у которых очень… нет, ОЧЕНЬ много кавалеров. Да, им не повезло с происхождением, но ведь в душе каждая из них мечтает о прекрасном рыцаре, который вырвет её из лап этой бесконечной рутины и увезёт далеко-далеко…
— О вполне определённом рыцаре я полагаю, — недовольно фыркнула девушка, — Да уж. Так поэтично описать обычных шлюх. Тебе мог бы сам Роберт позавидовать.
— Ну, до его талантов, мне, конечно, далековато…
— Так же как и этим шлюхам до дам, — насупилась девушка, — Ты меня извини, конечно, но из них дамы такие же, как из меня — балерина. Или из тебя — рыцарь.
— А вот сейчас, между прочим, обидно было, — нахмурился я. Больше для виду. После всего того дерьма через которое мне пришлось пройти такие мелочи уже не могли меня задеть, не говоря уже о том, чтобы всерьёз испортить настроение.
— Я имела ввиду…
— Что я не особо похожу на типичное представление среднестатистической … — я немного замялся чуть не ляпнув «бабы», но быстро поправился, — женщины о средневековом рыцаре? Ну, кто ж виноват, что они поверили в красивую сказку. На деле же…
— Можно без лекций? — взмолилась Айлин.
— Нет, — ухмыльнулся я, — Должен же кто-то объяснить тебе в каком мире ты оказалась.
— Пожалуйста…?
— Так вот, в настоящем средневековье рыцарство было воинским сословием. Иначе говоря сословием тех, кто хорошо умеет убивать. В период высокого средневековья оно несколько законсервировалось, так что до него могли подняться только самые талантливые убийцы. Но война не ограничивается лишь одними убийствами. Мародёрства, грабежи, насилие. Да-да, просто чтоб ты понимала, та самая «прекрасная дама» которая оказывалась в неподходящем месте в неподходящее время, вполне могла стать военным трофеем такой рыцарской кампании, и быть использована по прямому назначению. Пущена по кругу, проще говоря. Не очень благородно, правда?
— Да уж…
— Ну а что касается «прекрасный», мы снова возвращаемся к их основному занятию — войне. Она оставляет шрамы. Увечья. Калечит людей. Так что среднестатистический рыцарь будет выглядить как человек, не очень высокого роста, с кривыми ногами из-за езды верхом, рожей, покрытой шрамами, нередко без передних зубов. Может отсутствовать глаз, ухо, пальцы на руке или вовсе — сама рука…
— Так. Стоп, — раздражённо оборвала меня Айлин, — Я не дура и прекрасно понимаю, в каком мире оказалась. Не нужно читать мне таких лекций. Просто… — она ненадолго замолчала, а затем расстроенно добавила, — Просто эти потаскухи меня бесят своим шлюховатым поведением. Вот и всё. Я, правда, не хотела тебя обидеть. Извини.
— Да и не обидела, — равнодушно пожал плечами я, — Если уж говорить о прекрасных рыцарях, то на «прекрасного» — я провёл пальцами по изуродованной щеке, — я уж точно не тяну. Да и с конями у меня как-то не сложилось. Так что замечание, в целом, недалеко от истины.
— Не так уж всё плохо, как тебе кажется, — улыбнулась девушка.
— Хорошо, если так, — я улыбнулся в ответ, —
