единственное окно, через которое мы можем впустить в свою жизнь настоящую радость.
Любопытно, как пять стадий скорби по Кюблер-Росс совпадают естественными природными циклами, отражающими пять стихий даосизма. Пять стадий скорби описывают наиболее тяжелые для нас каждой фазы из пяти стихий. В следующих разделах мы более подробно опишем каждую из стадий скорби. По Кюблер-Росс нам всем свойственно увиливать на любой из стадий вместо того, чтобы пережить их в линейной последовательности. Также нам свойственно задерживаться в какой-то одной стадии по сравнению с другими. Например, кто-то сподобится практически на всю жизнь зависнуть в стадии гнева. Очевидно, это не лучший выход. Другой может провести годы и годы в обмене или компромиссе в отношениях, пока наконец не примет, что они кончились. Понимание этих фаз и использование их как ориентиров поможет вам разобраться в себе, не говоря уже о нормализации самого процесса скорби.
Отрицание
Первая стадия процесса скорби – отрицание. Отрицание может принять самое разные формы, в зависимости от того, случилась ли утрата на эмоциональном или физическом уровне. Когда навсегда ушла моя мама, я не отрицала, что она действительно умерла. Я знала, что она умерла. Но я все равно не верила.
Как такое может быть?
Как такое могло случиться?
Не могу поверить, что она ушла.
В случае эмоциональной утраты отрицание может вылиться в форму погружений в иллюзию. То есть отрицание скорее коснется реальности ситуации.
Я знаю, что он вернется.
Отношения не заканчиваются вот так.
Она просто не могла уйти.
Однажды он очнется и поймет, что совершил ошибку.
Отрицание может проявиться стать ответом на любую утрату: от потерянной работы до потерянных ключей. Цель этой фазы – помочь рассудку подавить чувства – необходимая ситуация – чтобы это нас не сломило. Это нужно для выживания. Как утверждает Кюблер-Росс: «Таким способом природа дает нам ровно столько испытаний, сколько мы можем выдержать»[6].
Гнев
Следующий стадия скорби – гнев. Когда вы переходите в эту стадию, это значит, что вы готовы испытать эмоции – хотя вряд ли уже корневую эмоцию, но по крайней мере хоть какие-то. Гнев – эмоция прикрытия для настоящей боли, однако это и способ выбраться из оцепенения, в которое вас погрузила первая стадия. Кюблер-Росс пишет, что гнев придает «временную структуру пустоте на месте утраты»[7].
Чем свободнее и чем охотнее вы поддаетесь гневу, тем быстрее вы пройдете через него. Это важный элемент процесса скорби, однако люди, наученные тому, что проявлять свой гнев – это плохо, скорее всего пропустят его. Непрочувствованный, подавленный гнев превращается в обиду. Обида – это гнев, обращенный на себя, и она проявляется в пассивно-агрессивных формах. Когда истинный гнев прочувствован и пережит, он не задерживается надолго. Парадоксально, но единственный способ застрять в стадии гнева – это не позволять себе гневаться.
Предпочтительно суметь направить гнев в здоровое русло, хотя это может показаться странным и даже неуместным, если речь идет об особенно тяжелой утрате. Я помню, как мой папа – всегда милый, обходительный человек – сыпал почем зря грубыми ругательствами в процессе скорби. Я бы посоветовала физический способ проявить свой гнев: интенсивные тренировки, избиение подушки или просто пронзительный крик наедине с собой.
Наиболее важным аспектом здесь является естественная природа гнева. Как и следующая за ним стадия депрессии, гневная фаза должна быть признана, принята и если не приветствована, то хотя бы понята окружающими. Так или иначе, очень важно испытать. Кюблер-Росс удалось весьма изящно подчеркнуть пользу от стадии гнева: «Гнев подтверждает, что вы можете чувствовать, что вы искренне любили, и что вы испытали утрату»[8].
Компромисс
Когда нам требуется перерыв в буре эмоций, мы переходим к стадии компромисса. На ментальном уровне рассудок старается отдалиться от эмоциональной боли. В случае смерти легче всего начать задаваться вопросом «если бы» или «а что, если?». Наш разум копается во множестве способов предотвратить ситуацию. В терминах эмоциональной утраты компромисс может быть отрицанию в том смысле, что ищем компромисс, который вернул бы нам дорогого человека.
Все не так ужасно.
Если я просто изменюсь, все изменится.
Если я пойду к терапевту, он увидит, как я изменилась.
Согласно Кюблер-Росс: «Вина – верный спутник компромисса»[9]. Нам проще обвинить себя, чем испытать утрату. В случае физической смерти компромисс обычно касается того, что мы могли бы сделать в прошлом, чтобы предотвратить смерть. В случае «нефизической смерти» это касается того, что мы могли бы сделать в будущем, что избежать утраты.
Может, я еще вернусь на работу.
А что, если бы я согласился работать сверхурочно?
Отныне я каждый вечер буду готовить ему ужин.
Основа нашего компромисса – надежда на то, что если мы каким-то образом станем лучше, то утраченное можно будет вернуть. Даже если инициировали окончание отношений вы сами, процесс скорби равным образом отрабатывают обе стороны, и в него входит стадия компромисса.
Если я стану лучше, все изменится к лучшему.
А что, если мне нужно было больше терпения?
Являться пьяным домой всего лишь раз в месяц – не такой уж и грех.
В некоторых отношениях обе стороны могут зависнуть на стадии компромисса на годы, если не вообще на всем протяжении брака, прежде чем примут то, что их отношения умерли, и скорее всего уже давно. Поскольку стадия компромисса дает нам отсрочку от работы с эмоциями, это весьма привлекательный способ уклониться и заглушить глубинную боль от потери. Эта стадия аналогична отрицанию зова на как-то этапе пути героя, когда человек уклоняется от следующего, потенциально болезненного шага, а в случае процесса скорби – депрессии.
Депрессия
Депрессия является последней фазой процесса скорби перед окончательным принятием утраты. Этой стадии большинство из нас стараются избежать особенно усердно, уж слишком она напоминает беспросветную пропасть, из которой вы можете никогда не выкарабкаться. Вам больше не удается уклониться от реальности утраты. Вы чувствуете боль. У вас больше нет возможностей для компромисса. И ощущение такое, что больше нет смысла жить.
Эту стадию легко спутать с клинической депрессией. Согласно Кюблер-Росс: «Очень важно понять, что эта стадия не является признаком психического заболевания. Это приемлемый ответ на тяжелую утрату»[10]. Это глубокое горе. В нашей культуре, изобилующей множеством игрушек и развлечений, мы ищем возможность избежать горя. А если отвлечься все же не удается, мы списываем это на расстройство психики. Но как часть естественного процесса скорби эта стадия нормальна и необходима. Кюблер-Росс поясняет, что
