— Ник, я пойду подышу свежим воздухом, — говорит Эмили, целуя брата в щеку. — Здесь слишком много народа.
— Ладно, только не стой там слишком долго. Там льёт как из ведра.
— Я быстро. Вы двое наслаждайтесь вечером, — говорит она, одаривая меня улыбкой.
Глава 22
Ребекка
На протяжении всего вечера я стараюсь изо всех сил не стоять слишком близко к Николасу, опасаясь, что появится Элисон и устроит сцену. Есть что-то рисковое в том, чтобы всю ночь рассматривать эротические картины, стоя рядом с Николасом, притворяясь, что всё нормально и борясь с непреодолимым желанием прикоснуться к нему. Не помогает, каждый раз, когда я пытаюсь увеличить расстояние между нами, он тут же сокращает его, вставая всего в нескольких сантиметрах от меня. Я не знаю, сколько ещё смогу выдержать.
— Ты в порядке, — спрашивает Николас.
— Да. — Я подавляю нервозность, которая меня преследует. Николас с беспокойством смотрит на меня.
— Хочешь ещё раз посмотреть всё? Тебе, кажется, понравилась первая картина, — предлагает он.
— На самом деле, я хочу в туалет. — Я быстро покидаю его, заставляя себя не оглядываться назад. Я размышляю над сложившейся ситуацией, готовая взорваться в любую секунду, когда случайно вхожу в черную дверь. Восхищение переполняет меня, когда я рассматриваю комнату, декорированную экстравагантной офисной мебелью. Это должно быть личный кабинет Тристана.
В коридоре позади меня раздаётся эхо от звука шагов, я поворачиваюсь и обнаруживаю Николаса, на лице, которого читается разочарование.
— Почему ты ушла? — спрашивает он, приближаясь ко мне.
— Хотела убежать от тебя. — Я пытаюсь проскользнуть мимо него, но он блокирует мне путь.
— Что случилось? — на его лице заметен гнев, когда он хватает и притягивает меня ближе к себе. — Я сделал что-то не так? — Нет, я просто не могу перестать думать о тебе.
— Отпусти меня, — выпаливаю я.
— Ребекка, это действительно то, чего ты хочешь? Думаю, мы знаем, чем закончится эта игра. — Он хватает меня, впиваясь в мои губы обжигающим поцелуем, который, наверное, отправил бы большинство женщин в экстаз. Мысль о губах Николаса на моих полностью овладевает мной, а мои ноги превращаются в желе. Я стараюсь изо всех сил, не показывать, что меня охватывает желание быть с ним. Проблема в том, что я хочу быть больше, чем просто кем-то на стороне.
— С того момента, как я встретил тебя, я не хотел ничего больше, чем сделать тебя моей.
Мои щеки краснеют от сладости его слов. Его низкий смешок посылает мурашки по моему телу, заставляя мои соски напрячься под платьем.
— Я не хочу...
— Нет необходимости отрицать это. Я собираюсь сделать тебя моей, даже если это будет последнее, что я сделаю, — обещает он.
Я устала быть той, кто рассыпается от его прикосновений. Я устала чувствовать себя слабой. Его взгляд перемещается к вырезу на моем платье, а рука скользит вверх, обхватывая мою грудь ладонью. Теплое ощущение расползается внизу моего живота, и от этого мои кружевные трусики становятся влажнее с каждой секундой. Мир переворачивается, когда Николас бросает свой пиджак на пол и расстегивает верхние пуговицы рубашки. Он закатывает рукава и что-то внутри меня рушится, когда я наблюдаю, как он медленно снимает часы. Я делаю глубокий вдох, чтобы не уронить свою челюсть на пол при виде его груди и предплечий. Он расстегивает молнию на брюках, а затем мучительно медленно пряжку ремня. Всё моё тело слабеет от желания, которое струится сквозь меня.
Он нужен мне в последний раз. После этого я отпущу его. Я забуду об обаяние, которое притягивает меня к этому красивому мужчине. Речь идет не о любви, а об восстановлении контроля над своим телом и эмоциями. Или, по крайней мере, это то, в чём я себя убеждаю. Я рада, что надела сегодня туфли на каблуках. Это придаёт мне дополнительную уверенность, которая мне нужна, чтобы сыграть в эту игру. Я медленно расстегиваю молнию на спине, позволяя платью упасть на пол, которое растекается у моих ног облаком из шелка. Его дыхание перехватывает при виде моих еле прикрытых сосков под прозрачным кружевом моего бюстгальтера (прим. пер. типа «Анжелика»). К его удивлению, я надела пару похожую на ту, которую примеряла в Demure. Он облизывает губы, как будто хочет съесть меня целиком. Я не стану отрицать, что это был бы потрясающий способ, чтобы уйти.
Николас имеет надо мной власть, но я тоже знаю, на какие его кнопки следует нажимать. Собрав всё мужество, которое у меня есть, я подхожу к нему, беру его за руки и оборачиваю их вокруг моих бёдер. Я не торопясь скольжу руками по его груди и прессу, наслаждаясь ощущением его тела. Какой грёбаной диеты он придерживается? Он ухмыляется, когда я провожу своим пальцем по бугорку его брюк и нетерпеливо вытаскиваю его ремень из петель. Его брюки соскальзывают на пол, он скидывает обувь, и отшвыривает их в сторону.
Я в полной заднице. Моя уверенность слабеет при виде его члена, выпрыгивающего из брюк. На нём нет нижнего белья. Он ухмыляется мне, в то время, как я заставляю себя оторвать взгляд от его великолепного совершенства, которое так и притягивает мои губы, чтобы пососать и подразнить его.
— Нравится то, что видишь? — спрашивает он.
— Я видела и побольше, — блефую я. Это ложь. Я знаю, что у Николаса не гигантский, но он гораздо больше, чем у любого другого мужчины, с кем я встречалась. Он одаривает меня неплохая попытка, но ты чёртова лгунья взглядом.
— Если ты продолжишь в том же духе, я буду трахать тебя до тех пор, пока твои ноги не онемеют. — Он прижимает меня к своему телу. — Ты и я мы оба знаем, как сильно ты любишь, когда мой член скользит внутри тебя. — Николас наклоняется и кусает меня за мочку уха, посылая дрожь по всему моему телу. Он прав, но мне также нравится, когда он говорит об этом хриплым голосом, находясь во мне. Часть меня почти разрывается от мысли, что я никогда не сделаю этого снова. Через месяц, он будет женат на другой, а этот момент будет всего лишь мимолетным воспоминанием в его голове.
Николас нагибает меня над столом, затем просовывает колено между моих ног, разводя их шире. Его пальцы проходятся сначала по ямочкам (под коленами) до внутренней части моих бёдер, по бёдрам, а затем поднимаются по бокам к груди. Он сжимает мои соски между пальцами и тянет их, пока они ни твердеют и ни болят.
— Ты готова для меня? — говорит он, прижимая меня к столу. Предвкушение и возбуждение сводят меня с ума. Не дожидаясь ответа, его рука бьёт меня по ягодицам. И я визжу от обжигающей боли. Блядь. У. Меня. Проблемы.
