После того, как она покинула галерею, у меня пропало всякое желание веселиться дальше. Вместо этого, я стоял в углу, зализывая свои раны и стараясь держаться подальше от этой толпы.
— Добрый вечер, Ник. — раздается голос из угла моего офиса. Я поднимаю глаза и обнаруживаю Страйкера, стоящего в нескольких сантиметрах. Он подходит к моему столу с невозмутимым выражением лица.
— Я не слышал, как ты поднимался.
— Я воспользовался лестницей, — ухмыляется он.
Он кладет на мой стол папку, и, чтобы привлечь моё внимание, стучит по ней пальцем два раза. В прошлый раз, когда я попросил его об одолжении, он следил за Ребеккой, когда та пошла в книжный магазин. Я пообещал себе, что это будет последний раз, когда я просил его сделать что-то в отношении неё. Он долго смеялся надо мной, когда Ребекка сбежала от меня, но теперь я уверен, что мой отец рассказал ему подробности наших отношений или отсутствие таковых. И я не удивлюсь, если он послал Страйкера присматривать за нами обоими.
— Что это? — раздраженно спрашиваю я.
— Ты хотел, чтобы я сообщил тебе, если появятся что-то новое о твоей помощнице. — Я отрываю взгляд от стопки чеков, которые подписываю для бухгалтерии, чтобы взглянуть на папку.
— И что же появилось нового? — Значит, у Ребекки есть скелеты в шкафу, о которых я не знаю?
— Речь идет о её родителях, — говорит он, присаживаясь перед моим столом.
— А что с ними?
— Кажется, у ее родителей возникли некоторые финансовые проблемы. Отец потерял работу несколько месяцев назад, и они могут лишиться дом. — Меня не должно беспокоить финансовые проблемы семьи Ребекки, но беспокоит. Обида, которая проникла в моё сердце, ещё не убила мою любовь к ней.
— Насколько у них всё плохо?
— По словам их кредитора, они не платят уже несколько месяцев.
— Спасибо, что сказал мне, Страйкер.
— Спокойной ночи. — Он кивает, а затем поворачивается, чтобы уйти. — О, кое-что ещё.
— Да?
— Твой отец любит тебя, Ник, и хочет для тебя самого лучшего...
— Я знаю, — бурчу я.
— Ты не дал мне закончить, — смеётся он. — Дело в том, что родители не всегда знают, что лучше для их детей. Они думают, что поступают правильно, но иногда они бывают такими упрямыми идиотами. — Слова Страйкера удивляют меня, учитывая, что это, наверное, самое длинное предложение, которое он сказал мне, с тех пор, как я впервые встретил его. Он очень молчаливый человек, и я не помню, что он когда-нибудь так говорил о моём отце, и, конечно, я никогда не слышал, чтобы он возражал ужасному Стефану Стонхейвену. И я пока не понимаю, как сказанное им может помочь в моей ситуации, но его слова утешают меня.
— Ты хочешь сказать, что он ошибается насчет моей предстоящей женитьбе?
Страйкер смотрит на меня и загадочно улыбается, как будто вспоминает что-то смешное.
— Женись на рыжеволосой. Она сделает тебя счастливым. Кроме того, женщина, у которой хватает мужества врезать тебе по яйцам, стоит того, чтобы за неё бороться.
Придурок.
Глава 26
Ребекка
Те, кто утверждает, что быть организатором мероприятия — это круто, понятия не имеют, о чём они, чёрт возьми, говорят. На этой неделе состоится гала-концерт, и я последние несколько дней провела, бегая по всему Нью-Йорку как сумасшедшая, пытаясь убедиться, что всё идет по плану. После разговора с координатором мероприятия, StoneHaven Publishing заключил договор, но я допускаю, что, несмотря на потрясающего поставщика продуктов, на приглашенных живых исполнителей и фотографа, существует вероятность того, что что-то может пойти не так, как планировалось. И моё беспокойство из страха переросло в панику.
Мне были даны строгие указания почти каждый день ходить по пятам за координатором в течение всей этой недели. Теперь я понимаю, что в моей паранойи по поводу того, что что-то пойдет не так, нет ничего необычного, поэтому я рада, что не только я одна беспокоюсь о столь крупном общественном мероприятии. Работа, кажется, возвращается к обычному режиму с Николасом, если можно так сказать, но он избегает меня уже несколько дней и общается со мной только по электронной почте. Мне неприятно это признавать, но я скучаю по тем дням, когда мы были так поглощены друг другом, что всё остальное казалось несущественным.
Кэрол была права, когда на днях сказала мне, что я веду себя неадекватно. После той ночи я сама не своя. Я превратилась в жалкую женщину, которая все выходные смотрит романтические комедии в пижаме, а ночи проводит, поглощая замороженный йогурт и плача из-за героини, которая никак не может найти свою любовь. Я хотела бы выйти из этого состояния, но для этого нужно время.
— Ребекка...я имею в виду, Мисс Геллар? — Моё сердце сжимается при виде Николаса, стоящего перед моим отсеком. Недельная щетина на его лице придает ему вид потрепанного рыбака в хорошо сшитом костюме. Его взгляд скользит по мне, прежде чем вернуться назад к бумаге в его руке.
— Я надеялся, что вы поможете мне с речью, которую я произношу вечером в пятницу. Мне кажется, вы обладаете талантом красноречия. Не могли бы вы взглянуть на эту приветственную речь?
— Конечно, — говорю я, взяв бумажку. У меня сдают нервы, и сердце бешено колотиться, когда он пробегает пальцами по второму абзацу.
— У меня возникли некоторые проблемы — вот здесь. Не стесняйтесь делать любые пометки и записи.
— Сделаю.
Николас слегка вздрагивает, когда я улыбаюсь. Он делает шаг назад, пристально смотря на меня, прежде чем извиняется.
— Я должен идти. Если я вам понадоблюсь, пожалуйста, звоните на мобильный. Меня не будет в офисе.
То, что происходит между нами — это ненормально. Его встречи вне офиса становятся всё более и более частыми. И у меня возникает вопрос, почему он всё время встречается со мной только при свидетелях. Я не могу понять это, то ли он боится оставаться со мной наедине, то ли он избегает меня из-за Элисон.
— Я отправлю вам исправленный вариант по е-мейлу, — предлагаю я.
— Спасибо. Спокойной ночи.
Я наблюдаю, как фигура Николаса удаляется всё дальше и дальше, когда он идёт через здание. Я хватаюсь за кресло, с трудом подавляя порыв подбежать к нему и почувствовать, как его руки обнимают меня.
***
— Эй, Бекка, ты готова к вечеринке в пятницу? — спрашивает Кен, когда выполняет танцевальное движение электрик слайд, выходя из кабинета. Я смеюсь, не в силах сдержать свои эмоции от его внезапной вспышки энергии посреди чрезмерно тихого офиса. Как необычно видеть Кена так весёлым в середине недели. Большую часть времени он слишком занят, волнуясь по поводу сроков и встреч с разгневанными или ретивыми авторами, но после унылой недели, его яркая улыбка — это то, что надо.
