какой-то бумажкой внутри, в океан. Я видел, — с безмятежной улыбкой сказал Андрон.
— О-о-о! — протянул Адам. — Тогда процесс затянется. Морская почта нетороплива.
— Ваша честь, я вам советую полагаться на свои силы, — добавил он, обращаясь к Судье. — Ваш обвиняемый так хорошо научился прятаться от людей, что Интерпол вам не поможет.
— Это была формальность, которую я обязан был соблюсти.
Адам подошёл к Андрону.
— Андрон, опять вы довели нашего Поэта до нервного срыва!
— Я объяснял ему, как работает его биологический механизм.
— Да не должен он это знать! Пусть он верит, что его душа живёт в сердце. Не надо ему рассказывать, что это насос, который гонит по телу кровь. Это знание для него бесполезно и мучительно. Какой же вы не чуткий!
— Каждый должен знать свой биологический механизм!
— Тьфу ты!
Адам уже хотел отойти, но заметил что-то и указал пальцем на рукав рубашки Андрона.
— Держите своё подопытное животное, а то потеряете.
Андрон поймал муравья и присмотрелся.
— Снова Роберт шестой, — задумчиво сказал он и вздохнул. — Это уже склонность к побегу. Надо наказать.
Когда все разошлись, Артур вернулся к «Мыслителю» и увидел Писателя. Писатель сидел за столом, закрыв глаза. Было похоже, что он слушает приёмник. К одному уху он приложил зелёную коробочку, в которой Артур с удивлением узнал мыльницу из душевой комнаты, другое ухо он прикрыл рукой, чтобы не мешали слушать.
Через некоторое время он оторвался от своего занятия, увидел Артура, засунул мыльницу в карман и, как ни в чём ни бывало, поделился новостями:
— Передавали по радио — фараон Рамзес тридцать четвёртый женился на герцогине Уэльсской. Как вам это нравится?! Всё смешалось в доме Уэльсских. Зачем ей этот фараон? Только что титул древний, а ему уже лет шестьдесят, я слышал.
Артур удивился.
— Фараон? Разве есть ещё фараоны?
Писатель с недоумением посмотрел на него.
— А куда ж они денутся? Египет же есть, пирамиды есть? А почему фараонов нет?
Артур не знал, чем опровергнуть эту железную логику. Писатель же переключился на другую тему.
— Вы слышали, что в Антарктиде откопали озеро?
— Да, что-то слышал такое.
— Так вот там нашли древнюю рыбу, которой тысяча лет. И рыба эта разумная, говорящая. Только никто не может понять языка, на котором она говорит. Её привезли в Организацию Объединённых Наций и поместили в аквариум. Теперь все президенты, которые приезжают на заседания, смотрят эту рыбу, слушают, кивают головами — потому что видно, что что-то мудрое говорит, — но никто не понимает.
Артур изобразил сожаление.
Из душевой комнаты вышел сердитый Паскаль и закричал через двор:
— Писака! Мыло верни!
Писатель съёжился и его, как ветром, сдуло. К Артуру подошёл Паскаль, с полотенцем на плече.
— Опять этот Писака мыльницу унёс! Ну что ты с ним будешь делать! Я ему руки оторву.
— А чем он тогда роман будет писать? — засмеялся Артур.
— Пусть, как Гомер, заучивает своё сочинение и читает наизусть.
После обеда Андрон за столом разгадывал кроссворд из газеты, почёсывая карандашом затылок.
— Самое опасное животное, семь букв, — вопросил он подошедших Артура с Паскалем.
— Леопард? — предположил Артур.
— Зная Писаку, убеждён, что это слово «человек», — заявил Паскаль.
— «Человек» подходит, — подтвердил Андрон. — А вот здесь ещё подскажите, а то я уже забыл геометрию. «Как называется биссектриса круга?»
— «Биссектриса круга»? — обалдел Паскаль. — Что за чушь? Ну-ка, покажи!
— Да вот! По вертикали, шесть букв. Начинается на «Р», кончается на «С», — протянул ему Андрон газетный листок.
— Это может быть только «радиус», — сказал Артур. — Но как он стал биссектрисой, я не понимаю.
Артур заметил Писателя, наблюдавшего за ними, выглядывая из-за Аполлона.
— Вон автор стоит, — указал Артур. — Надо у него спросить.
Паскаль нахмурился, но махнул рукой Писателю.
— Иди сюда, Писака! Да не бойся, не трону.
Писатель осторожно приблизился, бросая настороженные взгляды в сторону Паскаля.
— Что ты здесь написал? Какая «биссектриса круга»? Где ты это вычитал? — насел на него Паскаль.
— Ничего я не вычитал… Это моё открытие. Биссектриса есть в треугольнике, а круг состоит из треугольников.
— Это каким образом? — удивился Артур.
Писатель, осмелев, подошёл к столу.
— Если поворачивать треугольник вокруг одной из вершин, другая вершина опишет окружность. Круг состоит из множества треугольников.
— Это тянет на Нобелевскую премию, — пошутил Артур и постарался выручить Писателя. — Только надо уточнить, что круг состоит из множества равнобедренных треугольников, когда третья сторона стремится к нулю. Тогда действительно биссектриса станет радиусом.
— Писака открыл интегральное исчисление, — язвительно откомментировал Паскаль. — Не знаю, как Нобелевскую, но Шнобелевскую тебе точно дадут.
— Да ну вас! — надулся Писатель. — Художника может обидеть каждый.
Махнул рукой и пошёл прочь.
Кроссворд был разгадан. Андрон отложил газету и Артур спросил у него:
— Андрон, вы не знаете, кто нашёл меня в тот день, после шторма?
— Это я нашёл вас на берегу без сознания. Я тогда упросил Демона выпустить меня на берег, чтобы собрать на острове ещё муравьёв. Он конечно посмеялся надо мной, но выпустил. Я прошёлся по берегу и наткнулся на вас. Побежал обратно и сообщил о находке Демону. Вдвоём мы занесли вас в Замок. Пришёл Хозяин, осмотрел вас, чем-то обработал рану и приказал Демону отнести вас в свободную комнату. Вот что было.
— А не было у меня или рядом со мной каких-то вещей?
— Вещей? А! — сумка была. Валялась рядом — коричневая сумка. Такую носят младшие офицеры на боку.
— И где она?
— Не знаю… Наверно её забрал Демон. Это надо у него спросить.
Артур побарабанил пальцами по столу. Идти с вопросами к Демону ему совсем не хотелось.
— Послушайте, Андрон. Мне интересно, как вы пришли к мысли, что вы биологический механизм?
— Своим умом, — гордо сказал Андрон. — Размышлением, так сказать, о сущности мира… Думаете, мне легко было это признать? Я даже бросил курить, чтобы доказать себе, что я — не механизм. Это ему, моему механизму, не хватает никотина, чтобы продолжать своё привычное существование… Курить очень хотелось, но я мужественно перетерпел.
— Ну и как — доказали?
— Как видите, — нет, — он печально развёл руками. — Эти мысли меня не покинули.
— Я с нашим учёным разговаривал, — заговорщицки понизив голос, сказал Андрон. — Он говорит, что в мире законов Ньютона, мы действительно — механизмы, но квантовая физика оставляет нам надежду на свободу воли.
— Пытался я читать учебник по квантовой физике, — сокрушённо сказал он, — ни черта не понял.
Андрон безнадёжно махнул рукой, встал из-за стола и пошёл в свою комнату.
Артур тоже поднялся и пошёл навестить Паскаля.
Сидя на кровати в его комнате,
