шрам на его левой щеке. Острая боль ударила в голову. Я не могла дышать, как будто сердце остановилось. Олег! Тот самый любовник Сони, отец её дочери! Моя Алла и Дима – брат и сестра!
Всё кружилось перед глазами. Последним усилием воли я поставила на стол блюдо с заливным и погрузилась в темноту. Тьма ласково обвила моё тело, принимая в свои объятия. Стало легко и тепло. Не хотелось возвращаться в явь, но мне поднесли ватку с нашатырным спиртом. Пришлось открыть глаза. Алла держала меня за руку и плакала. Рядом стояла встревоженная Марина, Глеб и все прочие гости.
– Простите меня, переволновалась. Не каждый день дочь замуж отдаю.
Я поднялась с кровати, ругая себя последними словами. «Испортила дочери праздник, напугала гостей».
– Она с вечера хлопотать начала, – извинительно произнес Глеб. – Спать поздно легла, рано встала. Своими деликатесами хотела вас побаловать.
– Таня, мы оценили. Но почему ты за здоровьем не следишь? Нам с тобой внуков растить, – отчитывала меня Марина на правах сватьи.
Я заулыбалась.
– Обещаю исправиться. До свадьбы заживет. Внуков всенепременно дождусь.
Все засмеялись, вернулись за стол. Праздник продолжился. Я держалась из последних сил, не могла дождаться конца обеда.
После ухода гостей Глеб устроил мне допрос с пристрастием:
– Таня, объясни мне, что произошло? Чего ты испугалась?
– Пустяки, папа, переволновалась.
– Я тебе не верю. Говори, я пойму и постараюсь решить твою проблему.
Я еле отбилась от него. Глеб такой умный и проницательный. Но что же мне делать? Алла не может выйти замуж за Диму. Я знаю, что они, не дожидаясь первой брачной ночи, спят вместе. Это ужасно. Но самым ужасным станет рождение их общего ребенка. Он родится с отклонениями. Глеб и Кабановы начнут искать причины, и узнают правду. Я должна расстроить эту свадьбу! И как можно скорее. Полночи я искала решение, пока не придумала. Еще одна ложь во спасение.
Я отправила Диме сообщение, что хочу с ним встретиться. Это важно, и никто не должен знать о нашей встрече. Мы договорились встретиться в парке следующим вечером. Мы встретились. Но пошел дождь, и Дима предложил посидеть в ближайшем ресторане. Мы сели за дальний столик. Я постаралась изменить свою внешность: пришла в ярком платье, черных очках и с шарфом на голове, закрывшим волосы. Дима казался удивленным и заинтригованным.
Я взяла с него слово, что он никому не расскажет о моей тайне, которую я вынуждена ему открыть. Я рассказала ему выдуманную этой ночью историю.
… Я родом из Еловки, где находилась база отдыха «Дикий вепрь», какое-то время принадлежавшая вашей семье. Однажды я поссорилась со своим мужем Андреем, уехала к матери в Еловку. На базе отдыха я случайно встретилась с Олегом, твоим отцом. Глупая и молодая, назло Андрею я переспала с первым встречным, даже не зная его фамилии, и забеременела от него. Мы помирились с Андреем. Я скрыла от мужа и свекра, что Алла родилась семимесячная. Мой муж погиб, а для Глеба – Алла единственный свет в окне. Я не могу открыть ему правду. Он считает, что Алла его внучка. На самом деле Глеб серьезно болен. Правда убьет его раньше времени. Я узнала Олега, когда вы пришли к нам в гости. Поэтому, я упала в обморок. Думаю, Олег не помнит меня: мы встречались один раз. Я изменилась, да и много лет прошло. Вы не можете пожениться с моей дочерью, она твоя сестра. Я прошу, чтобы ты сам расторгнул помолвку с Аллой, найдя другую причину, не говоря правду. Прости меня, что причинила тебе боль. Но у вас с Аллой нет будущего…
По мере моего рассказа Дима менялся в лице. Он долго молчал, переваривая новость, затем встал с каменным лицом и пустыми глазами.
– Я никому не расскажу о том, что вы мне сообщили.
– А свадьба?
– Свадьбы не будет, прощайте.
Дима слово сдержал. Он расторгнул помолвку, объяснив присутствием в его жизни другой женщины. Я не предполагала, что для Аллы расставание с Димой обернется нервным срывом. Любящий дедушка решил найти ту женщину, ради которой Дима бросил Аллу.
Меня пот холодный прошиб, когда Глеб высказал мне, что именно я являюсь любовницей Димы. Он каким-то образом вычислил нашу встречу в ресторане, достал запись с камер видеонаблюдения. На встрече я пыталась скрыть свою внешность. Логика железная: скрывала, значит, любовница. Мой обморок на сватовстве вписался бы в эту версию.
Я растерялась, не зная, что лучше: остаться «любовницей» Димы или придумать очередную ложь. Я слабо сопротивлялась, но Глеб мне не верил. В конце концов, почему бы мне не стать этой женщиной? Мы могли встречаться с Димой раньше, чем он познакомился с Аллой. Затем расстались. Дима увлекся Аллой, но, в конце концов, он выбрал меня. У этой очередной лжи оказалась одна нестыковка: Дима приходил в наш дом и видел меня, в период ухаживания за Аллой. С чего бы вдруг у него вспыхнули старые чувства прямо накануне свадьбы? Нет, не пойдет. Буду отрицать. Да, встречались, но чтобы поговорить об Алле. И никаких любовных отношений с женихом дочери я не имела! Как вам, папа, не стыдно выдумывать такое!
Мы с Глебом пытались вывести Аллу из депрессии. Не подозревала, что она настолько сильно любит Диму. Даже позавидовала ей: мне подобные чувства недоступны. Андрей, и его родители постарались. Они убили мою душу. Как же я ненавижу Андрея и всех Бердниковых до седьмого колена!
Алла сходила на несколько сеансов к психологу. Я чуть в дерево не врезалась на машине, когда Алла описала мне своего психолога. Не может быть! Но возможно, это тот самый парень, что отговорил меня бросаться с моста, немного похожий на актёра Рыбникова. Я реалистка: не верила никогда в мистику, в совпадения, случайности. А здесь испугалась. Не к добру он повстречался снова на нашем пути. К несчастьям.
И точно, как в воду смотрела. Мама умерла в больнице от инсульта. Я ожидала подобного конца, сама её подтолкнула к нему. Но все равно, неожиданно. Я закрылась в своей комнате, чтобы никто не видел, плакала, вспоминала маму, как мы жили с ней в Еловке. И Еловку вспомнила. Мы ведь с мамой ни разу не съездили в наш поселок, с тех пор, как перебрались в город. Что стало с поселком? И живет ли там кто-нибудь? Не интересовались, не узнавали.
Оказывается, эта бредовая мамина идея насчет похорон в Еловке твердо засела в головах Аллы и Глеба. Я попыталась обратить
