пролетку и мы поехали к уже знакомому мне месту, где я, собственно, и наняла извозчика.
На месте, где я оставила княжича, почти ничего не изменилось. Разве что Инвар уже не шевелился и, похоже, был без сознания. Лекарь тут же кинулся к раненому и начал его сканировать взглядом. Маг, поняла я. После этого целитель открыл чемоданчик и начал доставать все необходимое для обработки ран.
– Ранен пульсаром, – сообщил он графу, – потерял много крови и теперь без сознания, но мы приехали вовремя. Спасем.
Я обессиленно села на какой-то перевернутый вверх дном ящик и с облегчением выдохнула. Пока целитель останавливал кровотечение, обрабатывал и зашивал рану, граф Пинский подошел ко мне.
– Тебя как зовут, малец? – спросил он.
– Санёк, – ответила я. Почему-то это имя у меня в душе отзывалось чем-то родным и знакомым. Видимо, так звали кого-то из близких мне людей там, в прошлой жизни.
– Спасибо, Санёк! – сказал граф и протянул мне только что вынутую из кармана пачку купюр. – Это тебе за помощь.
Я посмотрела на деньги: сумма была впечатляющая. Даже для меня, как вполне успешного телохранителя. А для мальчишки-беспризорника это были вообще заоблачные деньги. Отказываться не стала – было бы слишком подозрительно. Сунула деньги в карман и на подгибающихся ногах покинула двор таверны.
Во дворец возвращалась уже знакомым путем: дырка в заборе, схрон с одеждой под ивой. Переоделась. Платье, конечно, весьма измятое, но плащ, к счастью, из немнущегося материала, так что плотно накрылась им, натянула на глаза уже привычную повязку, а дудочка превратилась обратно в трость. Ну да, слепой монашке приспичило посреди ночи прогуляться по парку. Одежду мальчишки спрятала обратно под корни ивы. Лучше такое не держать в своей комнате – мало ли кому вздумается сунуть нос в мои вещи, могут возникнуть вопросы.
Мне повезло: по дороге никто не встретился и я благополучно вернулась к себе. Инесса все еще была на приеме,так что, приняв душ, я с облегчением рухнула на кровать. Господи, какое счастье, наконец, оказаться в постели!
Но сон не шел. Стоило закрыть глаза и попытаться уснуть, как в голове возникал образ княжича в окровавленной жилетке, лежащего на земле с этой дурацкой нелепой бородой, но с такими знакомыми и невероятно притягательными серыми глазами. За приоткрытой дверью послышался шум и восторженный голос Инессы – клиентка вернулась с приема и теперь эстафетная палочка от телохранителей перешла ко мне. Ладно, мне не привыкать спать в полглаза. Я вздохнула и задремала, чутко отслеживая сквозь сон все, что происходит в соседней спальне.
Глава 23
Инвар
Инвару повезло. Дядя с лекарем прибыли вовремя и он не успел окочуриться от потери крови. Хотя пока ждал помощь, сознание нет-нет, да уплывало. Спасибо пацану, который чудом оказался в нужном месте в нужное время и вызвал помощь. Когда княжич пришел в себя, он первым делом спросил у дяди, поблагодарил ли он парня. Дядя сказал, что конечно поблагодарил и благодарность эта была в виде весьма ощутимой для мальца суммы.
Инвар тяжко вздохнул: в той прослойке общества, где крутится этот парнишка, обладать крупной суммой денег или чем-то драгоценным весьма не безопасно. Если кто-то узнает о таком вознаграждении, в лучшем случае деньги у мальчишки отберут. Про худший думать не хотелось. Оставалось только надеяться, что мозги у парня вроде как есть и он догадается тщательно припрятать привалившее богатство и не светить им направо и налево.
Ночевать пришлось у дяди, поскольку нынешнее состояние княжича во дворце могли заметить и тогда у окружающих возникло бы много неудобных вопросов. К утру его самочувствие было уже вполне сносным, а рана превратилась в довольно свежий шрам. Спасибо магии целителя – без нее Инвару пришлось бы как минимум неделю проваляться в постели.
Так что с утра пораньше, пока все аристократы еще спали сладким сном после вчерашнего приема, а именно часа за два до полудня, княжич, слегка морщась от боли в раненом боку, отправился в свой кабинет – пообщаться с секретарем Лёнечкой. За много лет совместной работы они давно отошли от официоза и наедине общались на “ты” и даже могли себе позволить определенные колкости по отношению друг к другу.
– Выглядишь, как огурчик! – отметил секретарь. – Такой же зеленый и в пупырышках.
– Умеешь ты подбодрить! – фыркнул Инвар. – Давай уже. рассказывай, что ты там накопал.
– Издеваешься? Когда бы я что нарыл? Ты вчера вечером только меня озадачил.
– Это ты можешь кому-нибудь другому заливать, а я тебя не один год знаю, как облупленного. Ты явно уже что-то знаешь.
– Про твоих нападавших… Вот и зачем было их убивать? Хотя бы одного оставил бы для допроса!
– Ну прости, просто неожиданно как-то накинулись, я и не сдержался. Еще и зацепить один умудрился. Пульсаром.
– Это тебе урок, чтобы в следующий раз не вел себя как самоуверенный идиот!
Инвар тяжко вздохнул: и правда расслабился, потерял бдительность. Сперва во двор он вышел вместе с информатором, чтобы пообщаться без свидетелей. Потом мужчина ушел, оставив его во дворе одного – было бы слишком подозрительно, если бы они вышли вдвоем. Пока выжидал время, через черный ход во двор вышел какой-то бугай и спросил, как пройти в б… Нет, не в библиотеку, конечно, а в бордель.
Отвлеченный таким образом, Инвар не сразу заметил тень, мелькнувшую из темного проема запасного выхода из таверны и летящий в него пульсар. Ну и потом, разозленный тем, что напавший успел его ранить, он не сдержался и прикончил обоих убийц. Были ли это случайные бандиты, решившие очистить карманы у подвыпившего трудяги или наемники, пришедшие конкретно за ним – предстоит еще выяснить. Но что-то слабо верится. что простой бандит обладал боевой магией. пусть и не на очень высоком уровне.
– Что касается слепой монашки… – продолжил секретарь и Инвар навострил уши. – С девушкой действительно не все просто. По возрасту ей примерно двадцать четыре.
– Что значит – примерно. Ты все о ней выяснил?
– Не совсем. Дело в том, что ее нашли моряки шхуны “Святой Николай” почти шесть лет назад на берегу моря на юге страны в довольно безлюдном месте. До ближайшей деревни в этой скалистой местности было несколько часов верховой езды. Девушка была в плохом состоянии – вся в синяках и ссадинах, с серьезной травмой головы. Они забрали ее на шхуну и на первой же стоянке в Приморске отвезли в больницу для неимущих. Там девушку подлечили и тогда же определили ее примерный возраст –
