двинулись к букету.
Я провела кольцом над букетом и показала этому недоверчивому типу засветившийся красным светом артефакт.
– А как вы поняли, что он светит не так? Вы же… это… слепая.
– Так он не только светится, но и слегка вибрирует! – объяснила я ему.
– Любопытная вещица! Расскажите пока, когда и кто принес букет, как долго он находился в покоях баронессы. Я вижу, там карточка. Но пока не рискну ее брать. Вы читали, от кого она?
– Букет принесли с полчаса назад, лакея, который его принес, видел наш телохранитель, – кивнула я в сторону Богдана, – он сможет подробнее описать, как тот выглядел. Почти сразу я проверила букет и решила, что он не безопасен и велела выставить его в коридор. Да, карточка там есть, текст точно не помню, но что-то про то, что самой прекрасной девушке и подпись – просто буква “Л”.
– То есть, баронесса букет пока не видела?
– Баронесса пока почивает. Сами понимаете, вчерашний прием длился почти до утра.
– Ну да, почти все гости еще спят, – согласился мужчина и подошел к Богдану, чтобы выяснить все, что тот мог сказать про лакея, который принес букет.
Вскоре вернулся Влад, за которым спешил невысокий, какой-то весь кругленький мужчина в мантии. Лысая голова добавляла ощущения округлости внешнему виду мага. Он нес с собой небольшой саквояж, из которого, подойдя к букету, начал вынимать различные артефакты и проводить проверку. Спустя добрых полчаса он вынес вердикт:
– Букет действительно отравлен. Пары, исходящие от него, содержат особый газ. Он без запаха и совершенно незаметен при дыхании, но воздействует на сердечно-сосудистую систему. Человек, надышавшийся этим газом в определенной концентрации, постепенно становится вялым и апатичным, а при периодическом повторном воздействии на его сердце, спустя какое-то время умирает от прекращения сердечной деятельности. Это хорошо, что вы поставили букет возле окна – так газ выветривается и его концентрация становится практически безвредной, чего не было бы, останься букет в замкнутом помещении.
Евгений Михайлович тихонько выругался и спросил:
– Карточка в букете безопасна? Ее можно забрать на изучение?
– Да, опасны только сами цветы, а точнее – бутоны. Если бы кому-то пришло в голову их понюхать, то получил бы особенно высокую концентрацию опасного газа, – ответил маг.
Петровский отдал распоряжение срочно утилизировать букет, забрав предварительно карточку.
– Благодарю вас за бдительность! – Поклонился он мне. – Я обращусь к вам и к баронессе с дополнительными вопросами по ходу следствия.
– Хорошо, – ответила я и вернулась в покои, где продолжала мирно спать Инесса, даже не представляя себе того, что творилось за дверью ее спальни.
Глава 25
Оса
Спустя полчаса в дверь моей спальни со стороны коридора постучали. Я открыла дверь – за ней стоял невысокий светловолосый мужчина неопределенного возраста. Ему могло быть как двадцать пять, так и сорок. Присмотревшись, я решила, что все же ближе ко второму варианту – было что-то неуловимое, незаметное обычному глазу, но видимое моим внутренним зрением и это что-то указывало на то, что мужчина не так молод, как может показаться.
– Здравствуйте, Осанна! Меня зовут Леонидом Сергеевичем, я секретарь княжича Инвара Всеволодовича. Он узнал об утреннем происшествии с букетом и хотел бы пообщаться с вами. Вы не могли бы проследовать за мной?
“Он уже на ногах?!” – чуть не вскрикнула я от удивления, но вовремя прикусила язык. Не стоит никому говорить о том, что я в курсе по поводу того, что произошло с княжичем ночью.
– Простите, Леонид Сергеевич. но моя хозяйка пока спит и я не могу оставить ее без предупреждения. Давайте, где-нибудь после обеда, когда баронесса отправится на дневную прогулку в сад, я приду к княжичу и мы все обсудим.
– Хорошо, – ответил секретарь, – когда у вас появится возможность, передайте через слугу и, если у Его Сиятельства будет время, он попросит проводить вас к нему. Позвольте пока откланяться!
Я попрощалась с секретарем и в задумчивости присела на кровать. Значит, княжич заинтересовался случаем. Это хорошо, будем надеяться, что он всерьез отнесется к проблеме безопасности своей будущей жены. Почему-то мысль о том, что Инесса – его будущая жена, меня коробила, цепляя душу, как наждачная бумага. Очень неприятно было представлять себе, как Инвар целует баронессу, берет ее за руку. или даже на руки, несет в спальню, укладывает на постель…
Так, стоп! Хватит думать об этом! Это личная жизнь аристократов и она меня не касается. Мое дело – следить за тем, чтобы Инесса была в безопасности. Во всяком случае – до свадьбы.После свадьбы безопасность будущей княгини будет уже задачей ее мужа. Мужа… что ж мне так плохо-то от этой мысли?
Я села на кровать и постаралась войти в транс, выкинув из головы все эти дурацкие размышления.
Инесса проснулась уже ближе к обеду. Поразмышляв немного, я решила не рассказывать ей про злополучный букет, хотя бы для того, чтобы не выслушивать ее истерики. Помочь она все равно ничем не сможет, только задергает всех и издергается сама. Спрашивать ее, что за Л мог прислать ей букет, мне также кажется бесполезным – вряд ли отправитель букета написал от своего имени. Я даже подозреваю, что карточку ту подписывал не он сам, а кто-то по его указанию. Будем надеяться, что Петровский с этим разберется.
Инесса проснулась уже далеко за полдень и сразу начала терроризировать прислугу: кофе недостаточно сладкий, пирожные недостаточно свежие, прическу сделать срочно, а синее платье для прогулок в саду не подходит, слишком скромное. Служанки только и делали, что носились туда-сюда, выполняя ее распоряжения. Я с тоской подумала о том, что если она уже сейчас настолько невыносима, едва почувствовав себя избранной, какой же она будет, когда станет женой княжича. Мысль эта уже привычной болью отозвалась в сердце. Также привычно я пресекла все эти размышления и старательно делала вид, что мне безумно интересно выслушивать рассказ баронессы о вчерашнем приеме.
– Мне жаль, что ты не могла видеть, какое роскошное платье было на мне, Осанна! – восклицала она. – Но чтобы хоть как-то украсить твою несчастную ущербную жизнь, я готова пойти навстречу и все тебе расскажу. Пусть хоть что-то радостное в ней будет! Еще и обет этот твой, уж послушать концерт ты могла бы. Конечно, тебе пришлось бы сидеть в малоприметной нише за занавесками, чтобы не смущать гостей своим видом, но это все равно гораздо лучше, чем сидеть одной в твоей комнате.
Дальше она рассказывала, сколько драгоценных камней было на ее платье, во
