– И здесь концлагерь устроили, сволочи.
Припомнив все когда-либо прочитанное им о концентрационных лагерях, Алексей подобрал увесистый булыжник и, примерившись, запустил его в переплетение проволоки. Если по ней пропущен ток, то при замыкании должны посыпаться искры и сработать сигнализация. Камень замкнул сразу несколько витков проволоки, но ни искр, ни сирены не последовало.
Хищно усмехнувшись, Алексей отполз обратно на тропу и принялся высматривать место, по которому он мог бы подобраться к скале, минуя проволоку. В том, что такое место есть, парень даже не сомневался. Это горы, а в горах построить концлагерь, обнесенный колючей проволокой со всех сторон, просто невозможно. Обязательно найдется пару мест, где окажется или расселина, или просто голый камень, в который нельзя вбить столб.
Обходя плато по краю, Алексей заметил пару металлических ангаров, по габаритам вполне подходящих для хранения вертолетов. Но один вертолет он умудрился сбить, а второй так и не появился. Значит, второй вертолет они потеряли раньше или он очень серьезно неисправен. В любом случае выяснять это он не собирался – водить вертолет он не выучился. Как-никак служил в обычных парашютно-десантных войсках, а не в спецназе. Стрелять, драться, бегать, кое-как ориентироваться на местности – этому их учили. А что касается более серьезной подготовки, то, судя по всему, командование решило не тратить на это времени. Служить им полагалось всего полтора года, из которых на подготовку отводилось всего несколько месяцев.
Так что и готовить их особо было незачем. Выживут – хорошо. Ну, а нет – значит, не судьба. Эти нехитрые истины они усвоили быстро – едва оказавшись в горах. Молодой, но почти совсем седой капитан, мрачно оглядев пополнение, удрученно покачал головой и, вздохнув, произнес короткую, но очень доходчивую речь, смысл которой сводился к одному простому понятию «хочешь жить – не щелкай клювом».
Все остальные нюансы службы Алексей с сослуживцами постигали потом и кровью. Так что устраивать показательное выступление в стиле голливудских боевиков Алексей не собирался. Было бы здорово разжиться десятком гранат, типа той, что сбросила его с карниза. Но и это – не больше чем мечты. Впрочем, мечты вполне осуществимые.
К вечеру он нашел подходящее место. Край скалы, возвышавшейся над плато, выступал за периметр, обнесенный колючей проволокой. Подняться по этой стене внутри периметра было невозможно, но снаружи это было проще простого. В очередной раз убедившись, что строившие лагерь больше заботились о том, чтобы никто не выбрался наружу, чем исключить проникновение извне, Алексей про себя высмеял знаменитую немецкую педантичность и начал готовиться к подъему.
В темноте парень быстро взобрался на уступ и, закрепив веревку скользящим узлом, соскользнул на территорию периметра. Привычным рывком распустив узел, он быстро смотал веревку и, забравшись поглубже в тень, принялся высматривать посты часовых. Теперь ему нужно было так же незаметно пробраться внутрь самой скалы. Что она полая, Алексей понял, когда увидел, как группа ребят, под командованием нескольких бандитов, вошла в широкий грот.
Судя по количеству вошедших людей, здесь начинался вход во внутренние помещения. Несколько вырубленных в скале окон убедили Алексея в его догадках. Выжидая, он успел понять, что местом своей новой дислокации фашисты выбрали какой-то древний монастырь.
– Хрен редьки не слаще, – проворчал Алексей, настороженно всматриваясь в отблески света, мелькавшие в скалах.
Исходя из обычной логики, можно было предположить, что заключенных держат ниже, чем живут те, кто их охраняет. Основываясь на этом постулате, Алексей вскарабкался на скалу и, добравшись до ближайшего окна, проскользнул в монастырь. Узкие коридоры тускло освещали редкие лампочки с серыми плафонами, подвешенные под потолком на витых проводах.
Заметив эту особенность, Алексей поздравил себя с очередной правильной догадкой. Такие провода он видел в старых зданиях, построенных после войны. Бесшумной тенью скользя по коридорам, парень добрался до лестницы и уже начал спускаться, когда над монастырем раздался вой сирены, и по коридорам застучали тяжелые шаги.
Понимая, что еще немного – и он будет обнаружен, Алексей сделал первое, что пришло на ум. Упершись руками в одну стену коридора, а ногами в другую, он принялся осторожно подниматься вверх, стараясь прижаться к потолку. Зависнуть в таком положении на десяток минут ему никогда не составляло труда, но сейчас сломанные ребра отозвались противной, ноющей болью, заставив его стиснуть зубы и перенести вес тела на одну руку.
Несколько десятков бандитов пронеслись прямо под висящим парнем, так и не заметив его. Как говаривал инструктор по рукопашному бою, мы старательно смотрим себе под ноги и почти никогда – вверх. Именно поэтому всегда проще спрятаться над головой, чем под ногами. Так и произошло: Алексей завис между лампами, оказавшись в тени, и стал невидим для бегущих.
Где-то внизу, в пещерах, раздались громкие гортанные команды и лязг открываемых засовов. Сообразив, что в такой суматохе бандитам не до него, Алексей быстро спустился на пол и, вернувшись к окну, через которое попал в монастырь, выбрался наружу. Ему нужно было понять, чем вызвана эта паника, и что бандиты собираются делать с пленниками.
Он едва успел закрепиться на скале, когда вспыхнули яркие прожектора и из грота начали выводить схваченных. Прижавшись к камню, Алексей внимательно наблюдал, как пленников выгнали на площадку и, старательно пересчитав, начали грузить в грузовики.
«Похоже, у нас большой переезд намечается», – подумал Алексей, пытаясь сообразить, куда могли бы везти пленников.
Алексей принялся судорожно обдумывать способ незаметно прокрасться в одну из машин. Позволить бандитам увезти пленников в неизвестном направлении он не мог. Это означало бы крах всех его попыток спасти коллег. Два прожектора, освещавшие пленных, навели его на нужную мысль.
Стоявшие в ряд четыре грузовика освещались только со стороны кузовов, куда загоняли пленников. Стараясь не шуметь, Алексей спустился со скалы и, оббежав место погрузки по широкому кругу, быстро опустился на холодную землю, решив подползти к машинам по-пластунски. Безусловно, все эти перемещения были сплошной авантюрой, но другого выхода парень просто не видел.
Прокравшись под стоявший вторым с краю грузовик, Алексей быстро распустил веревку и, опутав ею пространство между продольными балками рамы, перед задним мостом, устроил нечто вроде гамака. Перевесив рюкзак на грудь, он втиснулся между веревками и полом кузова, мысленно радуясь тому, что рюкзак почти пустой, а сам он достаточно гибок для таких упражнений.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
