чтобы чем-то себя занять. Больше ничто не могло отвлечь меня от произошедшего.
После пережитого в Туннеле я думал, что с нами ничего не может случиться. Нам повезло отбить атаку, а дальше всю работу должен был сделать «Январь». Никто даже не подумал, что зэки отправятся на другую станцию, не дожидаясь вестей от первой группы. До меня только сейчас дошло, что все рабочие на «Источнике», скорее всего, мертвы. В том числе и Чиута. Я понятия не имел, что сейчас переживает Вайша. А ещё мы могли оказаться на их месте, если бы Лассон изначально отправился на «Источник», а не к нам. Но он выбрал ближайшую станцию.
По дороге от «Источника» до «Зари» можно было добраться за сорок-пятьдесят минут. Как оказалось, мы продирались через бурю три часа. Понятно, что мы двигались медленней, чем обычно, но определить, где мы находимся, всё равно не представлялось возможным. «Заря» могла находиться рядом или в десятках километров отсюда.
Стихия понемногу успокаивалась. Это можно было заметить как по просветлению, так и по тому, что всё больше и больше машин вырисовывалось из пелены.
— Они оказались там гораздо раньше нас, — вдруг произнёс Лассон.
— Что? — спросил я, разбуженный от своих мыслей.
— Зэки давно на «Источнике».
— Откуда вы знаете?
— На станциях ведь нет оружия, верно? — в своей манере он снова задал вопрос вместо того, чтобы ответить.
— Нет. Только на «Январе».
— Значит, по нам никто не мог стрелять, кроме бандитов.
— А с чего вы взяли, что они там давно? — не понял я.
— По нам начали стрелять, когда станция только стала видна. Они успели расставить часовых, которые заметили нас издали. Вы связывались с «Источником» перед тем, как отправиться на него?
— Мы не смогли бы с ним связаться. Но распоряжение пришло с «Января». Оттуда уж наверно им звонили.
— Что значит «не смогли бы»?
Вопрос был неожиданный. Хотя, учитывая, в какой обстановке шла жизнь в тюрьме, неудивительно, что механик не знал даже таких простых вещей.
— Никто не может ни с кем напрямую связаться, — ответил я. — Все провода связи проложены от «Января» до станций. Между собой они никак не соединены.
— Почему? — удивился Лассон.
— Думаю, потому что прокладывать многокилометровые кабели на морозе — довольно сложная задача. Если нам нужно что-то передать другой станции, мы оставляем сообщение у диспетчера на «Январе». Это вообще большая редкость, чтобы станциям что-то было нужно друг от друга.
— Но перед нашей отправкой всё было в порядке?
— Я не знаю. Я вообще в последний момент присоединился к группе. Но думаю, что с «Января» звонили на «Источник».
— А другие средства связи где-то есть?
— Насколько я знаю, есть радиостанции. Но, кажется, они установлены только на «Январе» и в порту, чтобы связываться с кораблями.
Лассон замолчал, о чём-то размышляя. Снаружи снегопад продолжал слабеть. Я надеялся, что буря не разыграется с новой силой, и мы сможем хотя бы примерно понять, где оказались.
— Почему они не уехали оттуда? — вновь заговорил Виктор. — Почему не взяли вездеход и не скрылись?
— Буря начиналась ещё пока мы ехали, — ответил я. — Бандиты добрались до «Источника» где-то в этот промежуток. Может, не рискнули.
Тут я вспомнил разговор с Катаном и Шиму перед нашим столкновением с бандитами и сказал:
— А там и не было машин, как и у нас. Почему мы ездим на тюремном вездеходе?
Я рассказал Лассону о новых экспедициях, для которых, видимо, обчистили гаражи всех станций.
— Неудивительно, что пришлось собирать машины отовсюду, — заметил на это он, — учитывая, как в Антарте распоряжаются техникой!
Он кивнул вперёд. Я посмотрел через изрешечённое лобовое стекло, сквозь которое в кабину постоянно залетал снег. Урагана как такового уже не было, хотя снегопад сохранял силу. Видимость была слишком плохой, чтобы разглядеть ландшафт, но я отчётливо различал, что мы стоим на краю большого кладбища техники. Десятки вездеходов ржавели посреди ложбины. Их занесло снегом, а вокруг не было ни одной постройки. Похоже, сюда сгоняли сломанные машины в течение всего освоения Антарты. Хотя я не представлял, что должно было случиться с вездеходом, чтобы его не могли починить или разобрать на запчасти. Впрочем, это могли быть и пустые корпусы.
— Где-то неподалёку должна быть ремонтная станция, — сказал Лассон.
— Ремонтная станция? — переспросил я. — Я даже не слышал о такой.
— Сам подумай, — продолжал он, — куда неисправная техника попадает перед тем, как отправиться на свалку?
— Туда, где её попытаются починить, — только сейчас я про себя отметил, что с какого-то момента Лассон стал обращаться ко мне на «ты».
— Вот именно! — заключил он. — Я найду её.
Лассон вытащил карту и начал рыскать по ней пальцем.
— Ничего не понимаю, — пробормотал он через несколько минут, — здесь ничего нет.
— Что? — спросил я.
— Здесь ни станции, ни свалки не отмечено.
— Может быть, мы не там, где вы смотрите.
— Я учитываю это, — сказал он. — Сам посмотри. Мы должны быть где-то здесь.
Он обрисовал мне довольно большой регион, недалеко от центра которого была «Заря», а на краю ещё одна станция — «Айсберг». Но больше здесь не было ни одной отметки.
— Мы ехали три часа, — продолжал он, — примерно с одной и той же скоростью. Да, где-то мы меняли направление и останавливались. Поэтому радиус такой большой.
— Что мы будем делать? — спросил я, возвращая ему карту.
— Нужно ещё подождать. Если погода начнёт ухудшаться, попробуем поехать хоть куда-нибудь. Если прояснится, попытаемся сориентироваться.
Я согласился. Делать было нечего, поэтому я сел поудобнее и прислонился к двери, подложив под голову шапку. Тогда я наконец заметил, насколько устал. С момента прибытия Лассона мы почти не спали, а часы показывали полночь. Поэтому стоило мне немного расслабиться, как я провалился в сон. Как только мои глаза сомкнулись, я увидел Катана, который пытается выбраться из вездехода, а по его куртке течёт кровь. Мне хотелось отогнать этот образ, но он лишь преобразился. Я по-прежнему видел Катана, который лежал на скале. В руке он держал револьвер. Катан кричал на меня, а я поворачивал ручку детонатора. Снизу бил гигантский снежный фонтан.
***
Меньше чем через час меня растолкали. Этого времени было недостаточно, чтобы я хоть немного выспался, но вот шея успела затечь. Я открыл слипшиеся глаза и первым делом обратил внимание, что вижу горы вдали. Снег всё ещё шёл, но всё вокруг просматривалось на пару километров. Разбудил меня Галаш, рядом с которым сидел Маги. Лассона не было видно.
— В чём дело? — спросил я.
— Просыпайся! — сказал Галаш. — Сейчас поедем!
Они с Маги выпрыгнули из
