- Это очень серьезное заболевание, думаю, до завтра тебе нужно полежать в лазарете. И никаких посетителей!
Альда поблагодарила взглядом целителя и до вечера провалялась на кровати, отдыхая от физических и эмоциональных нагрузок.
Периодически она слышала голос лекаря:
- Нет, к ней нельзя. Приходите завтра.
Интересно, приходил ли Котт?
Вечером Досси принесла ей похлебку на куриных косточках с сухарями. Альда рассказала няне, что натворила и спросила, как все исправить.
- Скажите всем правду.
Легко говорить Досси. Сказать правду о своих чувствах не так просто. Здесь нужно мужество сотни, нет, тысячи воинов. За эту правду тебя могут возненавидеть или обидеть, а ты сиди потом с разбитым сердцем и разорванной душой. Ну уж нет. Пусть идет все своим чередом. И, если так суждено, то пусть так и будет.
Наутро с первым колоколом Альда отправилась на построение. Котт и Дрюша все еще с ней не разговаривали. Выглядели они уставшими. Во время завтрака Дрюк выбежал на улицу, а вернулся бледным и удрученным.
По плану Тарма в очередной раз отряду предстояло преодолеть кросс вокруг города. Альде эта идея показалось плохой: половина парней вяло и безжизненно переплетала ногами. Видимо, Тарм так не считал, поэтому связав всех веревкой, погнал по знакомому маршруту.
На половине пути отряд резко сбавил темп. Альда попыталась разглядеть впереди бегущего Котта. В этот момент он упал на колени, потерял сознание и приземлился лицом на землю. Тарм бросился к нему. Альда тоже начала выбираться из крепко обвязанной вокруг талии веревки. Следующим упал Дрюк. Один за другим парни валились с ног без сознания. Одиннадцать человек, включая Альду и Тарма, остались всознании.
- Кисак, быстро в замок за подмогой! – проревел Тарм. – Бреб, в город, нужны телеги, носилки. Быстро!
Он срезал с Альды веревку, дал клинок и приказал освободить остальных. Паника охватывала девочку с головы до ног. Альда велела себе не поддаваться страху и делала все строго так, как приказывал Тарм. Освободив всех, она подошла к Котту. Тарм перевернул его на спину, и девочка увидела окровавленное лицо парня. Камешки и земля прилипли к коже. Альда рукавом осторожно начала стирать с него грязь.
- Он дышит? – озабоченно спросил Тарм.
- Да.
- Какого дреяггха здесь происходит?!
- Я не знаю, гир, - осторожно ответила Альда, она тоже сейчас с удовольствием поорала бы и поругалась, но ее друзьям это не поможет.
Дрюк, в отличие от Котта приземлился куда удачнее – на бок.
Издалека послышался стук копыт и грохот телег. Из городка приехали мужики по просьбе Бреба. Всех детей загрузили на телегу, для Тарма места не хватило. Ему пришлось бежать следом. Ворота замка незыблено приветствовали своих жителей. На встречу бежала взволнованная Досси.
- Что происходит? – спросил запыхавшийся Тарм.
- Мальчишки, все, как один, попадали. На ногах только гир Дипат, Терваль, Малеф, Фар и Деська.
- А Гимон?
- Тоже пал.
- Где Кисак?
- Это который с тигровыми полосками на лице?
- Да.
- Не было, он ведь с вами должен быть.
Гир Тарм зарычал.
- Быстро выгрузите всех с телеги в замок, - приказал мужикам Тарм.
- Не-не, гир. У вас там хворь какая-то, не пойдем мы дале ворот. Вот тут прямо и забирайте их.
- Бреб на ворота! Как только все будут на территории замка, запрешь их. Никого не впускать и не выпускать кроме меня и Кисака. Понял?
- Да, гир.
- Я пошел на поиски Кисака. Альда, иди в замок, за помощью.
Девочка со всех ног бросилась в замок. По пути ей встретился Фар. Он поймал ее и сжал в объятиях.
- С тобой все в порядке!
- Отстань, Фар! – Альда грубо оттолкнула парня. – Ну, ведь не до тебя сейчас!
Не посмотрев на него, девочка снова припустила к замку.
- Гир Дипат! – позвала Альда, ворвавшись в замок.
В главном зале почти некуда было ступить. Те, кто стоял на ногах, притащили кровати и выставили их для больных. Отряды в полном составе лежали без сознания на местах. Каждого по очереди осматривал лекарь.
- Альда! Слава Небесному Солнцу! Где Тарм? Где твой отряд? – Дипат беспокойно оглядывался.
- Там, идемте.
Потихоньку отряд Альды тоже перетащили в главный зал. Малеф велел отмыть всех, на ком была грязь, и переодеть в чистую одежду. Деська, не передыхая, носил чистую воду. Альда первым делом взялась за Котта и Дрюшу. Тарм с Кисаком на руках вернулся только под вечер.
Когда основная работа была сделана, лекарь объяснил, что эта хворь называется ляс. Передается исключительно через слюну, поэтому велел перемыть всю посуду в замке. У больных лясом поднимается высокая температура, начинаются бред и галлюцинации. Если вовремя не вылечить ляс – больной умрет.
Гир Дипат незамедлительно отправил гонца к королю Аварису за исцеляющим зельем, которое в Леводефьи не водилось. Ждать предстояло двенадцать дней. Малеф боялся, что гонец может не успеть.
День за днем Альда дежурила у постели Котта и Дрюши. Иногда больные приходили в сознание. В это время их нужно было успеть напоить и накормить, а это весьма нелегкая задача. Больные в бреду отказывались принимать пищу, выбивая посуду из рук.
Чтобы сбить жар все окна и двери в замке пооткрывали и создали сквозняк. Здоровым обитателям замка постоянно приходилось менять примочки у больных. Спать удавалось по два-три часа. Гир Дипат хотел в помощь пригласить девочек матер Катюллы, но оказалось, что ее дом тоже болен. Тогда Малеф сделал вывод, что заразу мальчишки получили именно там. А Цеська, который не посещал матер Катюллу, видимо, допил или доел за кем-то из больных и тоже заразился. Десан ни на шаг не отходил от своего товарища. Даже гир Дипат бегал от одного мальчишки к другому, меняя им примочки. Гир Терваль осунулся, погрустнел. Он также окружил своей заботой мальчишек из своего отряда и Гимона.
В одну из таких тяжелых ночей, Альда, как обычно свернулась калачиком у ног Котта, пытаясь отдохнуть хоть немного.
- Альда, - услышала она слабый голос Котта.
- Я здесь, - девочка соскочила с кровати и взяла его за руку.
- Альда, - Котт с закрытыми глазами продолжал повторять ее имя.
- Все хорошо.
- Где Альда?
- Здесь, - чуть не плача, она крепче сжала его руку.
- Она меня простит? – еле шевеля потрескавшимися губами, произнес Котт.
- Конечно! Конечно, простит.
- Пить.
- Сейчас принесу. Деся, дай чистую кружку.
Полусонный Десан кинул ей помытую кружку. Альда зачерпнула из специально принесенного ведра воды и подала Котту. Выпив все до дна, парень открыл глаза.
- Альда, - улыбаясь, сказал Котт. – Ты мне опять снишься?
- Нет, все по-настоящему. Я здесь.
Она обмакнула тряпку с его лба в ведро с ледяной водой и снова приложила ко лбу.
- Сколько я уже так?
- Семь дней.
- Я умру?
- Нет! Гонец с лекарством уже в пути.
- Ты такая красивая, Альда, - он провел слабой рукой по ее волосам. – И глаза у тебя такие… смотреть – не насмотреться.
Щеки Альды зарумянились от неожиданных комплиментов.
- Если я выживу, напомнишь мне, чтобы я тебя поцеловал?
Что-то внутри Альды радостно ухнуло.
- Нет, Котт, ты же бредишь.
- Напомни, - парень начал подниматься с постели.
- Ладно, ладно. Хорошо, - Альда опустила его обратно на подушку.
- Ты с ним целовалась еще? – слабым голосом спросил Котт.
- Нет.
- Ты его любишь?
- Котт, мы поговорим об этом, когда тебе станет лучше.
Тихо, но уверенно парень повторил свой вопрос.
- Нет, я не люблю его, - уверенно ответила Альда.
Блаженная улыбка растеклась на лице Котта.
- Прости меня. Я не должен был туда идти.
Альда молчала.
- Она писала, как ей страшно, одиноко. Мне стало жаль ее. Я лишь хотел ее поддержать. А она меня поцеловала.
Альда ласково погладила его по влажным волосам.
