не боюсь, — размеренно проговорил я, — Как не боюсь и смерти.
— Это я понял, — Шпагин перевёл взгляд на меня, — Никогда не задумывались сделать карьеру в сыске? Судя по тому как вы деретесь, у вас не просто есть шанс выйти на пенсию, а выйти, по меньшей мере, графом.
— Вы переоцениваете мои умения, — напустил немного скромности я.
— Что-то мне кажется, Сергей, что я вас как раз недооцениваю. Чисто из любви к ясности, — капитан приподнялся в кресле и наклонился ко мне, — Подскажите, как может молодой человек вроде вас, до вчерашнего дня имеющий всего с пару-тройку дуэлей до первой крови, столь сильно измениться?
— Пересмотрите моё личное дело. Дуэлей там больше, — улыбнулся я ему и затянулся кальянным дымом, — Да и зачем оно мне? Вы всё равно не поверите.
— Поверю, барон. Поверю и в историю происхождения такого количества наличных денег у вас на руках при наличии сгоревшего дотла имения.
— А без лжи обойтись можно? — спросил я его, передавая ему мундштук.
— Можно, — капитан пожал плечами и затянулся, — И даже нужно.
Ну, ваше благородие, вы сами напросились. Хотите правды — получите-распишитесь!
— После вчерашнего покушения я обрёл сверхспособности, — начал я издалека, — Не обычная родовая магия. Я будто бы прожил тысячу лет и научился видеть теперь всё и вся насквозь. Вот, скажем для примера, смотрю на человека, и вижу мага-ментальщика. Благо я не из уставников. Мне главное, чтобы мне и моим близким никто мозги не компостировал.
Шпагин на такой камень в свой огород даже бровью не повёл. Проведя взглядом по разомлевшему Мише, он посмотрел мне в глаза и протянул мундштук.
— Вы полны загадок, — произнес он, выдыхая вверх струю дыма.
— А вы – тайн, — поддержал я его, затягиваясь.
— Насчёт службы в сыске подумайте, всё таки, — добавил он, — И я вам, Сергей, не враг.
— Я вижу, — кивнул я.
— Благодарю за кальян и исчерпывающую беседу, — Шпагин поднялся с кресла и направился к вешалке со своими вещами, — Постарайтесь себя беречь.
— Всенепременно, капитан. До скорого! — Кивнул я.
Шпагин буквально за доли секунды оделся в уставную форму и, взмахнув мне на прощание рукой, вышел из купальной.
Доверительной беседы не получилось, а жаль. Я бы с радостью послушал про его шрамы. Но как-нибудь в следующий раз. Право слово, не раскрывать мне же ему всю свою демиургскую историю.
Мои размышления прервал размеренный храп Измайлова. Да и самого меня уже начало ощутимо клонить в сон. Впрочем, может мы все и заслужили немного отдыха, но ни род сам-себя не восстановит, ни особняк сам-себя не отстроит.
— Мария? — воззвал я ментально к призраку утопшей девушки.
По какой-то причине я знал, что она может меня услышать из любой точки Империи. Когда я приказал ей открыть ворота для Шпагина, я сделал это абсолютно неосознанно, как будто так и должно быть. Теперь сам удивился этой способности.
Что бы там ни было, истинная любовь, или связывающий её с моим родом контракт, это определённо творило чудеса.
— Хозяин? — отозвалась она в моих мыслях.
— Посмотри документы отца. Найди всех, кто не платит за использование наших патентов.
— Может лучше тех, кто платит? — Маша спросила абсолютно буднично.
— В смысле? — не скрывая удивления, спросил я.
— По первости всегда платили, а потом как-то переставали все. Как под копирку.
— А юрист ведь у нас есть? — продолжил я допрашивать свою призрачную ассистентку.
Странный, с одной стороны вопрос, у любого уважающего себя клана должен быть профессионал, разбирающийся в бумагах. Но даже если он у Алмазовых и был, я его ни разу в жизни не видел.
— А юриста у нас нет!
— Как это нет?
— Ну вот так! Старый хозяин все дела вёл самостоятельно, — Машу вопрос явно смутил.
— Прелестно, — раздражённо выдохнул я, — А на что мы жили тогда?
— Суммарная доля задолженностей клану Алмазовых составляет двести сорок шесть тысяч имперских рублей, — карикатурно безэмоциональным голосом задекларировал призрак.
— Сколько-сколько?! — у меня, наверное, глаза уже полезли на лоб от таких цифр.
— Именно столько, сколько я сказала, хозяин. А жили Алмазовы за счёт сквозных взаимозачетов: чеки, которые выписывал старый хозяин, обменивались в корпорациях-должниках на деньги или услуги.
Какая-то очень странная математика. Либо отец торговался как османский купец, либо я вообще не могу предположить, как он обеспечивал семье безбедное существование.
— Чушь какая-то. Как можно так жить? — я даже не пытался придумать оправдание действиям отца и спросил у Маши напрямую.
— Старый хозяин взаимодействовал только с теми, кто соглашался так работать.
Действительно, кто бы подумать мог. Учитывая формат сделок, меня удивляет, что такие контрагенты вообще находились. А ещё это многое объясняет.
— Поэтому у нас не было наемных слуг, кроме водителя Анатолия?
— Да и тот на машине клана таксовал. Зарплата у него была за счет ВИП-заказов. Можно сказать, что на старого хозяина он работал для души, — подтвердила мой тезис Маша, снабдив занятным дополнением, — А бензин обеспечивала договорённость с ГазОйлом.
А вот это неожиданно. “Достояние Империи” работало с отцом и расплачивалось с ним, смешно сказать, бензином. И это одна из крупнейших топливных корпораций страны. Это у них настолько дела плохи? Или есть ещё что-то, что я не знаю?
— Можешь поподробнее про ГазОйл? На каких основаниях они так?
— А вот этого, хозяин, не могу. Мы им патент на эфирные амплификаторы, они нам бензин. Больше ничего нету. Платили честно, если ты об этом.
Платили честно? Ладно, оставим этот вариант на перспективу. Как минимум, чтобы бензин в выплатах соответствовал модели машины. Но интереснее гораздо для меня другое.
— Маш, а кто у нас самый злостный неплательщик? С адресом и суммой задолженности.
— Трубопрокатный цех Крюковых. Посёлок Углесталь в Московской области, улица Уездная, дом сто пятнадцать, строение два. Общий долг двадцать три тысячи рублей.
Очень приятная сумма денег, чтобы держать её в руках. Или чтобы вытрясти её из рук недобросовестного делового партнёра.
— Понял, спасибо, ты молодец, — протянул я.
На другом конце метафизического “провода”, связывающего меня
