с девочкой-призраком, я ощутил смущенную улыбку.
Я встал с кресла и потянулся к своей одежде. За всё время, что я тут провёл, одежду успели отхимчистить, высушить и выгладить. Костюм выглядел почти как новый. Проблема только в том, что почти. Отрицать, что следы прошлой ночи с него отмыли на высшем уровне я не буду. Но всё-таки для дальнейших взаимодействий с уважаемыми партнёрами нужно приобрести наряд посолиднее. В конце-концов, теперь я глава Алмазовых. А значит и выглядеть должен соответствующе.
Мишу я будить не стал. Это я могу с утомлением бороться своей силой демиурга. А друг хоть и тоже осколок, но всё-таки спящий и не осознавший себя. Пусть восстанавливается по-человечески. В обоих смыслах.
Артефактный куб в сложенном состоянии лежал в центре сигилла посреди купальни. Хаос! И как я мог про него забыть? Надеюсь, что Шпагин его действительно не заметил, раз не стал поднимать тему. Тоже возьму с собой. С ним ещё нужно будет позаниматься. Да и вообще, в условиях незримой войны с хищными осколками такой подобное устройство никогда не будет лишним. Как и пара бутылок хорошего вина. Их тоже возьму.
Я вышел к стойке администрации и попросил счёт. Администратор, уже не тот, что встречал нас с Мишей, когда мы только пришли, учтиво предоставил документ.
“Купальная ВИП 24 часа — 30 рублей,
Услуги банщика — 10 рублей,
Услуги мойщицы 2 шт. — 30 рублей,
Кальян — 4 рубля,
Пробковый сбор — 6 рублей,
Мясная нарезка — 5 рублей,
Стол — 5 рублей,
Посуда — 5 рублей.”
Странный список, однако.
— Стол и посуда? — спросил я у администратора.
— Ваше высокоблагородие спиной графа изволили сломать, — протянул он со странной интонацией из смеси обыкновенного лакейского заискивания и усталого презрения.
Строго говоря, повторюсь, стол сломал граф. Тарелки побились как следствие. А я просто задал графу направление. Забавно, что дверь не посчитали. Но про неё говорить не будем.
— Стол с посудой, значит стол с посудой, — пожал я плечами.
С графом разобраться ещё успею. Не самый актуальный для меня сейчас пункт в списке дел. Но он там есть. И никуда не денется.
Итого, отдых души и тела для меня и Михаила обошёлся в 95 рублей. Для круглого числа надо было ещё кресло сломать. Не дешёво. Но экономить на таких вещах: не по-дворянски – раз, неуважение к себе самому – два. Притом, что траты ещё не предстоят.
— Будьте добры, организуйте моему другу спальный номер до завтра. У него был тяжелый день, — продолжил я, отсчитывая остающиеся ассигнации имперского банка.
А оставалось их опасно мало. Всего шестнадцать рублей. Поездка к Крюковым постепенно становилась из обязательной в критически необходимую.
— Как вам будет угодно. В таком случае с вас ещё десять рублей.
Я протянул причитающиеся деньги, добавив пару рублей сверху.
— Прошу. Тут немного на чай, — и добавил, — Алиса с Алиной уже ушли?
— Да, ваше высокоблагородие. Ушли сразу же после инцидента. Передать что-нибудь людям графа если приедут?
— Сообщите, что я убыл и дайте им мой номер. Про барона Измайлова не говорите ничего, — распорядился я.
— Принято, — поклонился мне администратор.
Я вышел из здания и погрузился в прохладу русского осеннего вечера. На контрасте после душной и влажной купальни сухой воздух подмосковного леса казался чем-то инопланетным. А ведь в чертогах демиургов атмосфера похожая. Забавно, вот уж не предполагал никогда, что будет напоминать мне о настолько далёком прошлом.
Потянувшись всем телом, я двинулся в сторону машины. Как попало припаркованная серебряная Тойота ждала меня на небольшом отдалении от выхода. Надо же, ключи забыли забрать. Впрочем, нам тогда было не до того. А ценностей в машине никаких. Кроме самой машины, собственно. То, что она простояла в ожидании весь день — это конечно приятно.
Я бросил рюкзак с бутылками и кубом на заднее сиденье, а сам сел за руль. Кресло встретило мою спину облегающей прохладой, но оказалось неудобно отстроенным. По дороге сюда рулил Михаил. Так что минута времени ушла на настройку салона и зеркал под меня. Предательски тянуло в сон. Но дела главы рода ждать не любят. А осколок демиурга с таким несущественным ограничением справиться в состоянии.
Когда машина тронулась с места, меня оглушило оповещение о непристёгнутом ремне. Как-то Миша говорил, что из сминаемого в кашу автомобиля лучше вылететь через лобовое стекло, чем оставаться внутри. Поэтому ремень всё таки я застегнул, но накинул его за спиной. В конце-концов, если меня снова будут убивать, будучи пристёгнутым я окажу им неоценимую помощь.
Я вырулил на шоссе и направился в Углесталь. Крюковы, готовьтесь. Вас ждёт непростой разговор.
***
Звонок нагнал меня на пол пути, номер как всегда неопределён, и я, положив телефон на пассажирское сидение экраном вверх, перевёл его на громкую связь. Дорога была более чем комфортна и, для этого часа, чиста, однако заниматься двумя делами одновременно я не желал.
— Алмазов, — холодно произнёс я и получил в ответ пылкую речь.
— Ты с-сука баронская, ты мне рёбра поломал! — начало литься из трубки.
— Хорошо. Будет тебе уроком, раз мама не научила ничему! — выдал я, улыбаясь.
— Я тебя вызываю! Сегодня же в полночь на Домодедовском кладбище!..
— Ничего себе, а чего это не в Твери? — продолжил я улыбаться.
— Струсил?! Я не дам тебе шанса отвертеться, теперь вся Москва узнает, кто ты есть на самом деле!
— Тогда заказывай Кремлёвский Дворец, — продолжил я подкалывать “неизвестного” собеседника.
Они, знатные, такие забавные, когда на расстоянии.
— Шутишь, с-сука?
— Не без этого. Сабли, пистолеты? — уточнил я.
— Хрен тебе на воротник, магия!
— Магия? — не понял я.
— Магия, бой будет идти до смерти!
— Дантес херов, — усмехнулся я, — В полночь на Домодедовском!
Трубку повесили. Граф силён в боевой волошбе? Интересно…
Глава 11. Там, где запустение
Дуэль была назначена на полночь. Значит на всё про всё у меня часа четыре, не больше. Не то чтобы я переживал за тайминг, но граф со своими предложениями нарисовался раньше, чем я его ожидал.
Надо сказать, что
