щекочущие движения вверх и вниз по коже. С явным намеком…
Я не реагировала. Надеюсь у императора хватит совести не усугублять свою провокацию.
Хватило. Спустя какое-то время чужой хвост убрался восвояси, а император поднялся, поблагодарил всех за насыщенную и полезную встречу, поздравил с заслуженными наградами и попрощался.
В коридоре меня догнал один их сотрудников администрации и попросил, следовать за ним.
Ну что ж, Мирей. Главное испытание впереди. Не расслабляйся. У тебя получится.
Как я и думала меня ждали в императорском кабинете. Очень нетерпеливо ждали. Потому что едва закрылась дверь и пикнул замок, как я оказалась стремительно вжата в нее и обвита всеми доступными венценосными конечностями.
— Ждал, тебя рыбка моя строптивая, — проурчал Роргард мне в губы. — Это ты для меня так наряжалась? — насмешливо блеснул он глазами.
Глава 24. Глухая оборона
— Да, я подбирала своё одеяние специально для вас, ваше величество, — сдержанно улыбнулась я, выделив немного голосом слово “специально”. — Для демонстрации успехов в освоении дворцового церемониала и императорского этикета.
Ах да, ещё я перестала смотреть ему в глаза. Ничего похожего на наши прежние стычки взглядами.
Нейтральное выражение лица. Расфокусированный взгляд куда-то в район его переносицы. Всё согласно протоколу встречи с императором.
Зря что ли я тот кирпич штудировала и вбивала себе в голову все эти зубодробительные формулировки? Ты мне, беложабер буквоедельный, за каждую строчку, мною прочитанную, перечитанную и зазубренную, ответишь.
Император мягко и уверенно обнимал меня, окутывал своим тяжёлым нестерпимо желанным запахом идеального самца.
Усмехнулся. Погладил мои неподвижные губы своими губами. Провоцирующе лизнул кончиком языка и прикусил, оттягивая, мою нижнюю губу. Прошелся упругим плоским кончиком своего хвоста по моей ноге от щиколотки до бедра.
Я едва удержала свой хвост в штанине от одобрительного выщёлкивания чего-то там непонятного, одного хвостам этим белым сговорившимся ведомое. Мой и императорский быстро так спелись, а мне теперь терпеть.
И я терпела. Замерла ледяной статуей, чтоб его. Как же я терпела…
Моя дикая недотраханная самка рвалась наружу изо всех сил, чтобы впиться в мужские губы, но я упрямо стискивала зубы и заталкивала ее обратно.
Я Зартон. Я рихт. Рихт!
Мы с рождения тренируем хвосты. Мы ставим чипы в зрелом возрасте. Мы знаем, что разум сильнее дикой натуры.
Я сильнее моих озабоченных инстинктов и своей дикой природы. Потому что я разумна, и самостоятельно выбираю не подставлять задницу, приглашающе отодвигая хвост, именно этому самцу. Будь трижды идеален! Я выбираю!
От появившейся перед глазами картины, где император ставит меня в классическую рихтовскую позу случки: на колени и локти, наматывая на кулак хвост и поглаживая своими сильными длинными пальцами мой вздыбленный гребень, из моего горла вырвался то ли стон, то ли всхлип.
Роргард отпустил мою губу и торжествующе улыбнулся. Я немедленно вернула себе каменное выражение лица.
Нахер протоколы все эти орсовские! С ненавистью посмотрела императору прямо в глаза. Сволочь! Гад! Ненавижу!
Ухмылка стёрлась с его лица. Глаза гневно сверкнули, впрочем, он тут же вернул своему взгляду нейтральное выражение.
Медленно убрал от меня руки и свой хвост. Отступил на шаг. Погладил кромку воротника моего бронекостюма кончиками пальцев и отошёл к столу.
— Я сейчас отправлю несколько срочных распоряжений, — невозмутимо, произнёс он, выводя над столом экран, — и освобожусь. Приглашаю тебя на прогулку, Мирей Зартон. Согласна?
Я перевела дыхание. Хвост недовольно дёрнулся в штанине, выражая свое недовольство моей глупой сдержанностью и упертостью. Я тут же приструнила его. Будет мной еще командовать! Этот раунд, похоже, за мной, но надолго ли?
Император явно что-то задумал, вон как глаза довольно блестят, а на губах нет-нет, да проскальзывает предвкушающая ухмылка. Шальная, почти хулиганская…
Это так ему шло, что я невольно залюбовалась. Опомнилась от его вопросительного взгляда и нарочито приподнятой брови.
Пойду ли я? А у меня есть выбор? Учитывая все обстоятельства, выбора нет.
— Благодарю за приглашение, ваше величество, — максимально вежливо ответила я, снова уводя взгляд. — Почту за честь присоединиться к вашей прогулке.
Его взгляд стал задумчивым, губы зло поджались, но он кивнул.
Пока Роргард заканчивал дела, я рассматривала императорский кабинет. Вообще-то я делала вид, что мне интересен больше сам интерьер, а не его владелец. Объёмные голографические картины с видами морских глубин были очень хороши. Это помогало немного отвлечься и отвлечь мою самку.
Ну как отвлечь? Зажать ее внутри, пока есть маленькая передышка.
Но всё равно невольно любовалась работающим императором.
Хорош самец. Твёрдый взгляд, отточенные скупые жесты, скорость и красота движений.
Сдержав тяжкий вздох и в который раз одёргивая свою самку, растёкшуюся в экстазе от рассматривания шикарного самца, я подошла к самой большой картине на стене.
Не знаю, почему, именно к этой картине. Понравилось сочетание белого и глубокого синего.
Когда до меня дошло, на что именно я смотрю, разозлилась.
На фоне нереально красивого синего цвета в окружении белых полупрозрачных водорослей застыла ослепительно белая шипастая рыба с тёмным полосками по бокам. Спинной плавник — высокий гребень из широких игл. Роскошные плавники тоже заканчиваются веером из игл.
Засмотрелась и едва удержала тело неподвижным, чтобы не дёрнуться: позади меня раздался глубокий и порыкивающе-низкий голос императора. Снова приблизился незаметно!
— Белая крылатка, — вкрадчиво произнёс он. — Самая опасная рыба наших океанов.
