Читаем без скачивания Встан(в)ь перед Христом и убей любовь - Стьюарт Хоум

— Да хранит тебя Бог, незнакомец! — сказал он вместо приветствия, а затем разразился следующей речью. — Если ты слышал что-нибудь на предмет бракосочетания короля, прими к сведению эти слова. Ибо Жених предлагает тебе выбор между четырьмя дорогами, каждая из которых, если только ты не потонешь по пути, может привести тебя к королевскому двору. Первая коротка, но опасна, она заведет тебя на каменные кручи, через которые весьма непросто перебраться. Вторая длиннее и кружная, она ровная и легкая, если только ты воспользуешься услугами Магнита и не свернешь с нее ни влево, ни вправо. Третья — это истинно королевский путь, который обеспечит тебе приятное путешествие благодаря всем тем удовольствиям и пышности, которые подобают нашему Королю, но пройти этой дорогой до сих пор удавалось лишь одному из тысячи. Четвертой дорогой никому из смертных не удастся достичь дворца, потому что это путь лишений, доступный только для тех, чье тело не подвержено страданиям. Выбери отныне, каким из трех ты будешь следовать и следуй им неотступно, ибо тот, который ты выберешь, и предначертан тебе неумолимой судьбой, и не смей поворачивать обратно, разве что только в случае великой опасности для жизни. Вот и все, что тебе следует знать по нашему мнению. Но помни, не забывай, что вступая на этот путь, ты не можешь и подозревать, насколько великой опасности ты собираешься себя подвергнуть, ибо если у тебя имеется хоть тень намерения ослушаться королевского закона, то, молю тебя, поспеши лучше обратно домой, пока еще не слишком поздно.

— Давным-давно я выбрал второй путь, — ответил я, — и не страшись, друг мой, ибо хотя и прочитал математический трактат Джона Ди со всем подобающим интересом, мои кажущиеся на первый взгляд беспорядочными скитания в совокупности своей складываются в прямую линию, ибо я пользуюсь неэвклидовыми методами.

— Да хранит вас Господь в пути, сир! — воскликнул незнакомец, встал из-за столика и ушел.

Это был знак, данный мне девятью Повелителями, о том, что я достиг подлинного просветления. Я проводил взглядом незнакомца, который исчез в направлении общественного туалета. Через несколько минут на том самом месте, где исчез старик, в моем поле зрения появилась Сайида. Я купил еще два каппуччино и миндальный круассан. В этот момент Нафишах подошла и поздоровалась со мной и вскоре мы уже сидели за столиком, глядя друг другу в глаза. Я чувствовал легкую напряженность во всем теле, но она быстро прошла, как только девица принялась за еду.

— У тебя такой довольный вид, — просиял я, — что как только мы допьем кофе, я отведу тебя на другую сторону рынка к лавке, где продают спагетти и песто и заставлю тебя набить ими живот!

— Ммм, увлекательная перспектива!

Сайида промурлыкала эти слова так, что я чуть было не кончил.

Я представил себе, как пьяная девица ест спагетти, и, естественно разбрызгивает соус по своей обширной груди и животу. Мне захотелось вымазаться с ног до головы в креме, а затем заставить Нафишах слизывать его с меня. Затем я начал фантазировать на тему того, как я принудительно скармливаю Сайиде шоколадный торт, но прибытие моих ассистентов Секстуса и Лайви вернуло меня с небес на землю.

— Повелитель, — залебезил Лайви, — члены Черной Завесы и Белого света начинают беспокоиться по поводу вашего затянувшегося отсутствия во время совершения ритуалов. Поговаривают о назревающем бунте со стороны некоторых состоятельных братьев, многие из которых поговаривают о том, чтобы найти себе другого наставника более внимательного к их духовным нуждам.

— Знаешь, Лайви, — сообщил я, пронзая моего ученика взглядом, — у меня в обычае, что за дурную новость должен отвечать тот, кто ее принес. Если бы ты был толковым учеником, ты бы воспользовался моим отсутствием, чтобы захватить руководство группой. Но поскольку ты, судя по всему, не справился с организацией переворота, ты ничем не лучше грязи под моими ногами. Теперь иди и приготовь мои магические инструменты, они мне позже понадобятся.

Избавившись от этого подхалима, я отвел Сайиду и Секстуса к макаронной лавке. Как только Нафишах съела полагающуюся порцию итальянской еды, я повел нашу маленькую компанию по Шордитч-Хай к "Слизню и Салату". Как только мы очутились в моей укромной комнате, мы разделись донага и намазались салом в порядке подготовки к астральному путешествию в комнату интерьера пятидесятых годов в Музее Джеффри, где нам предстояло совершить ритуал сексуальной магии. Мы лежали сблизив головы, а наши тела простирались в разные стороны комнаты. Я закрыл глаза и вскоре я оказался вместе с Нафишах и Секстусом лежащим на коврике перед камином в выставочном зале на втором этаже музея.

Тело Сайиды было зажато между моим телом и телом моего ассистента. Лежа на боку я повернул ее так, чтобы видеть ее лицо. Затем я схватил Сайиду за огромные титьки и начал мять их. Ее соски были возбуждены и я подержал во рту сперва один, а затем другой. Затем я скользнул правой рукой по вздувшемуся животику девицы и погладил ее клитор. Моя рука проникла между ногами Нафишах и я превеликим удовольствием я обнаружил, что она вся мокрая. Я растер соки наслаждения вокруг клитора Сайиды, а затем проник внутрь. Полакомившись сочной дырой Нафишах на протяжении нескольких минут, я извлек мой член, позволив Секстусу пробраться в анальное отверстие девицы, обильно смазанное кремом.

После того, как мой ассистент вошел с заднего хода, я вновь проложил себе путь в пизду. У нас ушло некоторое время на то, чтобы найти правильный ритм, но вскоре мы с Секстусом уже двигались таким образом, чтобы он проникал в Сайиду, когда я извлекаю из нее свой член и наоборот. Яйца моего ассистента задевали за мои и наши члены были отделены друг от друга только тонкой стенкой плоти. Это было очень эротично, но прежде всего это был акт сексуальной магии очень большой силы. Я, как и два моих компаньона визуализировали богиню Исиду, и на несколько мгновений, в то время как мы трахались на полу в одном из залов музея, она материализовалась над нами.

— Магия, магия, я чувствую магию! — застонала Сайида и мы с Секстом кончили одновременно.

— Заткнитесь, ради всего святого, заткнитесь!

Это кричал парень в соседней комнате, стуча в стену кулаками.

— Я вчера поздно пришел домой и хочу спать! Почему вы не можете трахаться по вечерам, как все нормальные люди!

Я открыл глаза и одновременно с этим извлек член из пизды Нафишах. Секстус вытер свой член тряпочкой перед тем, как одеться. Я отпустил моего ассистента, заверив его, что вечером посещу церемонию Ложи Черной Завесы И Белого Света. Сайида заползла в мою постель. Как только Секстус ушел, я улегся рядом с ней и мы оба заснули.

У меня еще не все было в наличии для церемонии "Ложи Черной Завесы и Белого Света", которую я намеревался провести в тот вечер, поэтому я отправился в Гринвич, чтобы заняться приготовлениями. Купив свечи и прочие ритуальные принадлежности, я зашел в газетный ларек за банкой «кока-колы». Покупая напиток, я осознал, что за мной следят коварные агенты специального подразделения организации "Молодежная синдикалистская лига". Я попытался выскользнуть потихоньку из магазина, но внезапно застыл как вкопанный: Дэйвид Уайт, массивная фигура которого не позволяла резко сбавить ход, налетел на меня со всего размаху.

— Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо вонючее! — визжал он.

— Смотри, куда прешь! — отрезал я.

— Послушай, Нолан, — цедил Марсель, потея все своей массивной тушей. — Я знаю, что это ты написал "Маркс, Христос и Сатана объединяются в общей борьбе", потому что Каллан — это, судя по всему, лишь псевдоним, который ты получил, слегка изменив свое имя!

— А ты знаешь, что вера в то, что все произведения Шекспира написаны Фрэнсис Бэкон, есть несомненный признак душевного заболевания? — полюбопытствовал я.

— Наймит государства! — пискнул Уайт. — Ты дорого заплатишь за то, что пытаешься оклеветать меня. Хуже того, я обличу тебя в моем памфлете!

— Какой ужас! — поддакнул я самозванному «независимому» теоретику марксизма.

— Еще бы! — разговаривая, Уайт все время размахивал в воздухе пальцем. Эти штучки он явно усвоил, учительствуя в школе. — Нет силы ни на земле, ни в небесах, которая смогла бы устоять перед способностью просвещенного рационального мышления вскрывать истину!

Поскольку спорить с безумными сторонниками "теории заговоров" бесполезно, я извинился и ушел. Уайт пыхтел у меня за спиной, выкрикивая что-то про власть разума и про Дидро и Вольтера. Я зашел в ларек купить шоколадных конфет, и, пока я стоял в очереди, владелец попросил Уайта выйти, поскольку его проповедь раздражала покупателей. На улице Уайт поджидал меня, притаившись за дверью паба, но я сделал вид, что не заметил его, и направился к станции. Затем я сел в состав, направлявшийся на вокзал Чаринг-Кросс, а Уайт попытался незаметно устроится в соседнем вагоне. Как только двери начали закрываться, я выскочил из вагона на платформу и помахал рукой промчавшемуся мимо меня в уехавшем составе Уайту, на лице которого застыло выражение удивления, когда до этого пропойцы наконец дошло, что я перехитрил его.