ногой, протянул ей руку для рукопожатия со словами:
– Боюсь, название клуба ничего мне не говорит.
Джейн была впечатлена.
– Вы помните все клубы в университете? Их же сотни!
– Ну, мы оба работаем здесь уже давно и гордимся тем, что знаем все наши клубы. Да и название довольно необычное, мы бы наверняка его запомнили…
Миссис Томпсон подошла и придержала дверь, чтобы он смог пройти к своему столу. Ногой она подтолкнула к створке стопор и зафиксировала ее в открытом положении.
– Она ищет студентов, которые хотели туда вступить.
Мистер Горман задумался, устраиваясь на своем стуле.
– А вы пытались обращаться в студенческое правление? Обычно они держат руку на пульсе, хотя, конечно, клуб даже не был создан. И все равно…
Джейн оценила, что оба администратора искренне пытаются ей помочь. Она тепло их поблагодарила:
– Спасибо за содействие!
– Жаль, что не смогли сделать больше.
– Ничего страшного. У меня уже назначена встреча со студенткой, которая хотела организовать клуб. Наверное, она даст мне нужную информацию.
Оказавшись на лестнице, Джейн посмотрела на часы. Было почти пять. К ней пришло сразу несколько осознаний: первое – она не успеет сходить в студенческое правление, потому что – второе – проголодалась и, если сейчас не поест, не дотянет до ужина, который будет не раньше 9 часов с учетом обратной дороги, а еще (3) третье – она в Западном Лос-Анджелесе, то есть гораздо ближе к океану, и ей нужен кардиган, оставшийся в пикапе. Постояв перед зданием администрации, Джейн решила сначала забрать кардиган, а потом поесть – пусть даже это означало новый спуск и подъем по ступенькам. Физическая активность ей не помешает. Джейн отправилась к паркингу, впервые за все время в кампусе забыв о предосторожностях из-за голода, но все равно обрадовавшись большому количеству людей, направлявшихся к своим машинам.
Когда она выходила из кафе, готовясь к встрече в общежитии, то позвонила Скотту, раз уж он ее попросил. Джейн боялась, что разговор придется начать с объяснения ее внезапной смены настроения утром, но линия переключилась на автоответчик. Она запнулась, не зная, что говорить, потом сообразила, что Скотт все равно увидит, что звонила она. Надо было срочно придумать сообщение.
– Привет, Скотт! Просто хотела предупредить, что немного задерживаюсь в университете и вернусь домой не раньше девяти, поэтому я пойму, если ты решишь сегодня остаться дома… ну ладно, пока.
Джейн дала отбой. Смысл сообщения вышел обратным тому, что она в действительности собиралась сказать.
Но она уже подходила к общежитию, и момент встречи настал.
15
Ровно в шесть вечера из лифта вышла девушка и быстро пошагала через лобби. Джейн сразу поняла, почему Эйприл Бигей решила сама организовать студенческий клуб, а не просто присоединиться к уже действующему. Все в ней свидетельствовало об уверенности в себе и амбициозности: тщательно подобранная одежда в стиле смарт-кэжуал, портфель вместо рюкзака и расписание лекций, приклеенное скотчем к обложке папки, которую она держала под мышкой. Джейн была впечатлена – и впечатлилась еще больше, когда Эйприл первым делом извинилась за то, что перенесла их встречу.
– Я одна из ассистентов преподавателя на лекциях, а другой ассистент заболел. Мне пришлось включать видеоматериал в четыре часа. Иначе, я безусловно, пришла бы. Спасибо, что подождали. Надеюсь, я не доставила вам большие неудобства.
– Никаких неудобств. Спасибо, что согласились встретиться.
– Ну, если копы тебя о чем-то просят, с ними как-то не хочется спорить…
Они сели, и Джейн начала:
– Итак, мне сказали, что это вы были инициатором создания «Мешанины» два года назад…
– Да. Удивительно, что клуб привлек так мало внимания. Иногда ты опережаешь время.
– А какова была цель клуба?
– Я пыталась создать трибуну для людей смешанного происхождения или просто интересующихся вопросами расовой идентичности. Чтобы они могли собраться вместе и поговорить. Никакой особенной цели не было. Без политики, если не считать вопросов из разряда «в бланке переписи можно указывать разные расы, но кто потом все это подсчитывает?» И тому подобного.
Речь Эйприл лилась, как у опытного политика в ролике по телевидению, и Джейн уже стало интересно, что еще она могла бы сказать о расовой идентичности. Но тут ей вспомнился детектив Уэст, и она вклинилась в монолог:
– В клуб могли вступать только студенты смешанного происхождения?
– О нет. Он был открыт для всех, но записалось только восемь человек, включая меня. А надо было двенадцать. – Эйприл наморщила носик. – Не лучшее мое начинание.
– Вы были знакомы с этими людьми до дня записи в клубы?
– Только с двумя. Остальных пятерых я не знала, включая Джареда и Риган, о которых, как мне известно, вы собираетесь меня спросить.
– Похоже, вы их помните.
– Дело в том, что меня интересуют представители смешанных рас. Вот как вы. Вы же смешанной расы, не правда ли?
Джейн удивилась. Большинство американцев, с которыми ей приходилось сталкиваться, решали, что она латино, и этим ограничивались.
– Да, так и есть, – ответила она.
– Я подумала об этом из-за вашей фамилии. Ваш отец белый?
– Да, белый американец. А мама из Венесуэлы, и сама смешанных кровей.
– О, я понимаю, – сказала Эйприл. – У вас и африканские корни есть?
Джейн кивнула.
– Бабушка по материнской линии была из Ганы. А у вас?
– Мама – белая, отец – навахо. Вы, похоже, удивились, когда я заметила, что вы смешанная…
– Это правда.
– У меня щелкнуло в голове, как только я вас увидела.
Джейн сразу же вспомнилось тело Джареда Стилсона – его волосы – на стройплощадке. В момент, когда она их увидела, у нее тоже «щелкнуло в голове».
– Я недавно поняла, что обращаю внимание на смешанные пары, – сказала она. – И всегда смотрю, есть ли у них ребенок.
– Я тоже. Это что-то вроде узнавания и одновременно любопытства – хочется знать, похожи ли они на меня.
– Да! А если пара межрасовая, то какие именно расы смешались, уже и значения не имеет… их просто приятно видеть.
– Точно. – Эйприл, оживившись, подалась вперед. – Вообще-то, я собираюсь писать диссертацию по социологии на эту тему. По моему мнению, представители смешанных рас обладают двойной идентичностью, и я не имею в виду от каждого из родителей. Я говорю о другом уровне общности, который испытывают все люди смешанных рас. Одно из его проявлений – когда мы видим друг друга на улицах, улыбаемся и спрашиваем: «Ты тоже смешанный?» Это солидарность, не знающая границ, «смешанная идентичность», у которой нет ни языковых барьеров, ни национальностей. Я в этом убеждена, но мои научные руководители говорят, чтобы
