кожей чувствовала мороз, который распространялся вокруг него. Мурашки пошли по всему телу, девушку знобило до того, что она застыла и почти стучала зубами. От ледяного воздуха хотелось закашляться.
– Тогда отблагодари меня, – мужчина елейно улыбнулся. – Отплати мне за помощь. Отдай мне свою тьму.
Русалки позади Рады зашипели. Девушка не успела даже понять, что значит «отдать ему свою тьму», как дружки потянули её в сторону, защищая от Морока, который вмиг кинулся в её сторону. Она чуть не упала, но русалки вовремя поддержали её. Вода замедлила мужчину. Мёртвые девы бросились на него – они схватили мужчину и попытались утащить его в реку. Рада, опешив, смотрела на это. Она едва чувствовала, как одна из русалок толкала её в сторону и сначала шёпотом, а после криком повторяла:
– Беги! Беги!
Девушка опомнилась. Приподняла длинную рубаху, которая вместе с водорослями связала ноги, и, спотыкаясь, она поплелась вон из реки. Краем глаза она видела, как Морок отбился от русалок. Они брызгали в него водой, заслоняя взор и вновь пытаясь утопить мужчину. Он поднял руку, будто в попытке прикрыть глаза, и Рада обомлела. Капли, что летели в его сторону, принялись превращаться в лёд. Градинками они посыпались обратно в воду, и река начала покрываться тонкой коркой льда. Русалки с шипением и визгом бросились на глубину, а лёд тем временем разрастался, пытался добраться до русалок и до Рады. Она едва успела выбежать из воды, чувствуя, как задубели ноги, и бросилась в лес.
– Далеко не убежишь! – Услышала она смех позади.
Лёд с треском лопался под ногами Морока, мужчина выходил на берег. Звук его шагов преследовал Раду, приближался намного быстрее, чем она бежала по тропе. Холод распространялся по лесу, обжигал горло. Ноги немели. Девушка мчалась из последних сил, раздвигала ветки, что заслоняли дорогу, и в кровь стаптывала ноги – свои лапти она позабыла на берегу. Мелкие палочки и камни вгрызались в ступни, и Рада охала от боли. Она не знала, чего именно хочет Морок, как будет отбирать положенную ему благодарность, но узнавать и не хотелось, и страх подобно едкому дыму клубился в душе. Ветки разодрали рукава, до крови исполосовали руки. Неестественный мороз становился всё сильнее, а по холодной земле змейкой заструился лёд. Он вместе с Мороком гнался за девушкой, норовя попасть ей под ноги, заставить её поскользнуться и упасть. Рада еле держалась на ногах. Она придерживалась за деревья и отталкивалась от них, чувствуя, что уже не бежит, а виляет на дороге. Топот преследователя тем временем звучал совсем близко.
Слишком далеко бежать до избы Ягини. И на помощь звать некого. Девушка готова была зарыдать от отчаяния, но несмотря ни на что сдаваться она не собиралась.
Не успела жажда спастись окончательно освоиться в мыслях Рады, как Морок повалил её на землю. Девушка вскрикнула. Она выставила вперёд руки, чтобы не удариться лицом, и ладони обожгло болью. Кожу она содрала о землю. Колени тоже засаднило, особенно когда Рада попыталась подвинуться. Пока Морок не навалился сверху, она ещё могла сбежать. Но тут же девушка почувствовала тяжесть, а потом услышала вскрик – не свой, а мужской, – и кто-то потянул её за руку. Всё смешалось перед глазами.
ГЛАВА 7
Сейчас
После отъезда из усадьбы Белолебедей Рада вся извелась. Она не знала, что думать, на что надеяться. Девушку вернули в горницу на постоялом дворе, и началось волнительное ожидание грядущего дня свадьбы.
Ночью она почти не сомкнула глаз. Спать хотелось, усталость, как тёплое покрывало, навалилась на девушку, но от тревоги сон не шёл. Мысли метались в голове. «Что, если Руслан переубедит отца и брата, заставит их отвернуться от меня? Подговорит кого-нибудь навредить мне, чтобы расстроить свадьбу? Что, если Филипп не успеет подготовиться, созвать гостей, и потому перенесёт свадьбу на другой день? Или Володя слишком поздно очнётся от хмельного сна?» – беспокоилась девушка. Что угодно могло пойти не так, а в её распоряжении оставался всего лишь день, чтобы выйти замуж и встать на прямой путь мести. Иного случая отомстить уже не будет.
Так, томимая мыслями, Рада провела ночь. Заснула лишь под утро и проснулась поздно, но то оказалось к лучшему – меньше времени осталось на переживания. А вот с пробуждения девушка не могла найти себе места. Она по которому кругу перемерила те платья, что вчера прислал ей Володя, перебрала украшения и обувь. Восхищение подарками до сих пор не угасло. Рада выбрала кремовое платье, которую впору было бы носить княгине или заморским дамам, что изредка проездом заглядывали в местное княжество. Простой люд такие светлые цвета и ткани не носил, чтобы не попортить грязной работой или чтобы завистники не попортили. К платью подошли сапожки, расшитые жемчугом, и жемчужные украшения: длинные серьги и невысокий кокошник.
Прежде чем нарядиться, Рада долго отмокала в купальне. Горячая вода расслабила её и смыла волнение, оставив лишь принятие своей судьбы. Запах трав успокаивал не меньше. Но лишь вылезая из ванны, девушка вдруг поняла, что среди трав затесались и те, которыми пах Руслан. Его образ тут же упрямо возник перед взором и не уходил, как бы Рада ни отмахивалась.
Этот человек мог испортить всё.
И снова спокойствие уступило место волнению. Девушка высушила волосы и дрожащими пальцами принялась заплетать их в тяжёлую косу. Руки работали, а мысли вновь уносились вдаль, к усадьбе Белолебедей. Володя не говорил времени, когда приедет, но оба понимали: ближе к вечеру. Нелегко подготовить свадьбу за один день, ведь и столы накрыть надо, и гостей созвать, и самим нарядиться. Да и дорога от усадьбы до постоялого двора неблизкая. Потому в ожидании Рада прислушивалась к звукам снаружи и бежала к окну всякий раз, как слышался стук копыт. Она вглядывалась в дорогу, рассматривая повозку – не Володя ли едет?
Но пока он не приехал, потому девушка от скуки и волнения, не зная, чем себя занять, наворачивала круги по горнице. Приглаживала платье, перекидывала косу на другое плечо и направлялась к сундукам. Пробегалась взглядом по их содержимому, размышляя, точно ли выбрала самое лучшее платье.
В очередной
