она брела определить Анечка так и не смогла, хотя и не сильно старалась. По крайней мере на вершину Анечка зашла уже в сумерки. С другой стороны, это не могло не радовать. Потому что всю красоту вершины горы Химеры можно полноценно оценить именно в сумерки. Человеческие фигуры уже не так четко видны, это были скорее темные очертания, ночные тени… Природный огонь кое-где горел постоянно и люди старались умоститься возле него маленькими групками. В некоторых местах выход огня на поверхность горы был огражден, потому что он не постоянно горел, а появлялся периодически. Анечка устроилась в гордом одиночестве именно у такого места, где огонь был свободен и хаотичен. Девушка буквально приклеила свой взгляд к языкам огня. И в ее воспаленном мозгу начали вспыхивать воспоминания. Ужасные воспоминания. Люди. Красивые мертвые люди. Их было много. Их надо было обязательно нести. Куда и зачем нести Анечка не понимала. Картинки этих воспоминаний и ощущений сменялись другими, еще более жуткими. Люди, опять мертвые люди. Но уже обезображенные до неузнаваемости. Крававое месиво вместо лиц. Их было бесконечно много, и они были разложены как персонажи какой-то страшной картины. Спектакль, но какой спектакль! Главные и второстепенные роли в этом представлении играли изуродованные трупы разных людей, от обычных до изуродованных не только кем-то, но и природой. Среди них Анечка вроде бы распознала своего посланца, олигофрена, который принес ей таблетки от учителя. Ей стало безумно жаль этого парня. Она видела его всего раз, но он произвел на нее только положительное впечатление. Да, он не был красив, скорее всего его можно было назвать не красивым, но от него исходила какая-то детская наивность и искренняя доброта. Анечка не могла охватить взором воспоминаний общий вид этой ужасающей инсталяции. Но ее пусть и воспаленный, но все еще мозг передал ей импульс – все, что сейчас она вспомнила это кем-то создано. Это не может быть обычный человек, который пьет, ест и живет где-то в том же мире, что и она. Это скорее всего какой-то дьявол, олицитворение люти и злобы, злой гений, ученик абсолютного зла… или учитель…нет, не может этого быть… наставник, мой бог, мой властелин…. Девушка уже не видела огонь, перед глазами уже было небо, черное небо с черными облаками и яркие точечки звезд… ее зрачки расширились и уже никогда не станут такими, как раньше… живыми…
Анечку нашли только утром. Спасатели сразу ее не узнали, а потом прибыл доктор, который сразу опознал девушку. По предварительным показателям доктор сделал вывод, что погибшая была наркоманкой, так как при ней нашли целый пакет каких-то препаратов без упаковки. Но последующие выводы можно будет сделать уже только после вскрыия и проводить его будет не он. Так как девушка была туристкой, то пригласили представителей ее страны. А за представителями посольства подтянулась и спецгруппа. И как оказалось не зря. В карманах девушки кроме таблеток, был телефон, документы и какая-то странная вещь, похожая на брелок. Из неожиданностей было то, что телефон был пуст. Абсолютно пуст, ни карты телефонной, ни карты памяти, а само устройство было сведено до заводских настроек. Документы были в порядке и заботливо упакованы в специальную полиетиленовую сумочку. А вот брелок странным образом был зашит в подкладку софтшела (кофта из специального материала, используется обычно туристами в горах и на море). Специалисты группы не долго гадали, что это за брелок. Это был обычный передатчик, при помощи таких устройств родители контролируют своих детей. Специальная программа устанавливается в гаджете, будь то телефон, планшет или любой другой компьютер, и уже в этой программе вы можете видеть координаты, где находится ваш подопечный, более того вы можете прослушивать все, что находится вокруг него, звонить ему, чтобы поговрить и принимать звонки. Звонок к вам поступает с тревожной кнопки, расположенной сбоку на брелоке. Зачем и почему девушка носила это устройство так тайно ясно не было. Хотя, если бы на тот момент нам была известна вся история Анечки, то точно стало бы понятно, что управляющие Анечкой голоса были не в ее голове, а звучали именно из этого устройства. Мы бы так и не связали смерть Анечки с нашей серией, если бы не ее рисунок и записка. Вечером, ночью и ранним утром он не был заметен, так как был сделан на камнях углями. Я постараюсь словами описать то, что было изображено. Были фигуры людей, они были раскиданы везде, не размещены, а именно раскиданы. Было много веревок вокруг некоторых людей. Был нарисован Атлан, который держал не просто шар, а шар-часы, циферблат который состоял из римских цифр. И были несколько кулонов с римскими цифрами. Все это было обведено толстой линией и повсюду были надписи «Это он, это учитель», «Бедные олигофрены», «Властелин», «Зло» и еще несколько надписей, которые то ли из-за утренней росы, то ли еще по какой-то причине сложно было разобрать. Наша группа поработала достаточно долго с местом смерти девушки, со свидетелями, которые наперебой рассказывали свой вариант истории и естественно выражали свое мнение – это были спасатели и доктор. Туристы посчитали более безопасным находиться подальше от места происшествия, на всякий случай, так сказать, а случай бывает всякий (простите за неуместный каламбур), поэтому опросить близко сидевших к девушке людей оказалось невозможным – они давно уже ушли. Время летело быстро, день перешел уже в свою вторую половину. Скоро должно было вечереть. Тимур позвонил Сергею уже после всех мероприятий на горе, и предложил приехать сюда, чтобы еще раз все оглядеть. К моему превиликому удивлению он предложил меня также взять с собой. Еще одной приятной неожиданностью для меня стало то, что Сергею сразу выделили служебное авто, причем полностью оснащенное для передвижения в горах. Мы приехали на место если не в сумерки, то к закату точно. Было безумно красиво. Огненные вспышки и небольшие огнища местами освещали гору. Заходящее солнце кровавым багрянцем залило все вокруг. Я поежилась. Это место явно напоминало какую-то часть преисподней. По крайней мере в моей ассоциации это выглядело именно так. Нас всречала вся спецгруппа, и это как-то меня смутило. Чувство тревоги невольно поселилось в груди. Тимур быстрым шагом, слегка нервным направился в нашу сторону, при этом жестом руки он категорически приказал нам остановиться. Мы послушно замерли и ждали, когда он к нам подойдет. Я непроизвольно вцепилась Сереге в руку и стала слегка позади него. Сережа вздрогнул, мягко погладил меня по плечу и поцеловал в макушку.
«Маше лучше остаться тут,
