хватило бы для убеждения, что место неспокойное. Тело девушки было привязано к одному из немногих сохранившихся надгробий. Погода была морозной, поэтому работать пришлось в неприятных условиях. Тут мы потеряли еще одного сотрудника. Лестница, ведущая наверх была металлической, что в зимнее время само по себе было хоть небольшим, но экстримом. Жертвенное надгробие, на котором был размещен труп находилось фактичесеки напротив этой злополучной лестницы. Когда эксперты группы закончили свою работу, эвакуаторы трупа приступили к своей. Наученные горьким опытом работали сообща. Сняли веревки и канаты, но девушка продолжала плотно прилегать к надгробию. Чтобы не углубляться в подробности скажу сразу, девушка была насажена на арматурные штыри, торчащие из монумента. Земля под ногами была утыкана ямами, достаточно глубокими ямами, будто тут велись какие-то раскопки. Хотя почему бы и нет. Черных копателей ведь никто не отменял. И именно из-за этих ям собраться более, чем трем людям напротив трупа, чтобы снять жертву с арматурных прутов, было не реально. В итоге решили поставить два человека напротив трупа, а еще два за надгробием, чтобы подталкивали убитую в спину. Вроде и работа была аккуратной и синхронной, но несчастный случай сделал свое коварное дело. Один из парней, стоящий спиной к лестнице и лицом к трупу, оступился, упал и ударился головой о металлическую ступень виском. Смерть наступила мгновенно. Сказать, что все мы испытали шок – это ничего не сказать. «Ваш Сережа, Мари, был на месте этого преступления. Он как раз расследовал тогда дело об убийствах, связанных с какими-то бриллиантами то ли Рейха, то ли просто какого-то высокопоставленного чина фашисткой Германии», – Вилтон приподнялся, подлил мне чаю и придвинул ближе трюфеля. Я задумчиво пожевала конфету и на секунду окунулась в воспоминания того времени. Не так уж давно это было. Я тоже туда ездила, именно на это кладбище. Но только не в составе какой-то группы, да и не в компании Сергея. А тайком, почти поздним вечером, чтобы было как можно меньше туристов. Я сделала кучу кучную фото и видео места преступления. И только теперь я поняла, что фотографировала я не то место преступления, которое расследовал Сергей. А место двойной смерти. Одно – убийство. Второе – несчастный случай, в следствии которого погиб сотрудник спецгруппы. Да, неожиданное для меня открытие. Надо будет при первой же возможности пересмотреть эти фото и видеоматериалы. Зачем, скажете вы. А вот просто так. Интуиция мне подсказывает, что надо. Я всегда доверяю своему спинному мозгу, когда дело касается интуиции. Лично мне кажется, что моя интуиция живет именно там – в спинном мозге.
Девушка была также красива, как и все остальные жертвы. Отличительной ее особенностью стал возраст. Она была самая старшая. Француженка 35 лет, но это никак не отразилось на ее фигуре или внешности в целом. Темноволосая, непривычно высокая для француженки, уроженка какого-то маленького городка. То ли Лион, то ли еще как, Вилтон точно вспомнить не мог, или не хотел. Тут уж можно было только гадать, потому что в искренности выражения его лица и интонации голоса сложно было сомневаться. Профи, как ни крути. Лицо держать всегда умеет. С таким в преферанс я бы не советовала играть.
После таких подробностей о француженке что-то еле уловимое проскользнуло у меня в мозгу. Встревожило и упорхнуло. Француженка. Не много ли французов для одного преступления? Я непроизвольно схватилась за свою сумку, вытащила блокнот и записала эту мысль. Об этом я подумаю потом, когда буду одна, без посторонних. Вилтон с еле уловимой улыбкой сопроводил мои телодвжения с блокнотом и продолжил дальше говорить.
«После этого предтупления, нас направляли работать еще с несколькими убийствами, но они не были связаны с «нашей серией».
«Простите, а кто был непосредственным исполнителем убийства в киевском случае?» Не знаю почему, но для меня это казалось важным. Может потому что это коснулось города, где я живу…
«Мари, все банально и традиционно. Убийцей оказался юноша с нетрадиционной ориентацией, более того с психическим расстройством на почве поиска сокровищ. Он был охвачен манией, что именно на этом кладбище где-то в надгробиях запрятаны несметные сокровища. И чтобы найти эти сокровища, ему необходимо было принести в жертву, а кого именно принести в жертву он толком объяснить не смог. Постоянно путался в показаниях, то говорил, что девица должна была быть одним из ближайших родственников погребенных там людей. То говорил про какого-то французского кладоискателя, но пояснить какое отношение жертва имела к этому кладоискателю он не мог. То начинал упоминать каких-то киевских бандитов, с широким криминальным прошлым. Короче говоря, все как всегда – много информации, но ничего стоящего. Над этим паренком очень хорошо кто-то поработал. И этот кто-то был нам, ой, как нужен, особенно после смерти нашего второго сотрудника».
Вилтон опять загрустил, а Назар дико сверкнул черными глазами, и заиграл желваками. Да, не просто им далась гибель еще одного товарища.
И вот теперь «серия» привела группу сюда. Вилтон не мог точно пояснить, но Тимур и Сергей очень сдружились или возможно были дружны еще до встречи на Ведьминой горе в Киеве. Сережа планировал переходить работать в группу и документы уже были поданы на рассмотрение, а сам Серега оправлен в отпуск перед сменой места работы. Но в связи с тем, что убийсва были совершены здесь… короче Серега приступает к своим обязанностям уже, а точнее вчера или даже несколько дней назад.
«Так почему вчера? Убийство же только сегодня произошло».
«Потому что в заброшенном отеле были убиты несколько человек и привязаны под водой к столбам-опорам старого пирса. А свидетель, точнее тот, кто нашел эти трупы – это Вы, Мари. Значит Серега приступает к работе поневоле именно с того момента. Ислава всем святым, что Вы официально не оформили отношения, так бы Серегу не допустили бы к этому делу, и его распределение в нашу группу было бы под вопросом», – и Вилтон беззаботно хрустнул тостом.
Да уж. Дела были еще те. Теперь я поняла почему Серега так сердился на меня и отчитывал за то, что я постоянно влипаю в истории. Он так мечтал отдохнуть. Прости, любимый. Прости…
А так как я сунула нос в расследование, да еще и место преступления обнесла, украв улику, то судя по всему просить прощения мне надо будет не только у Сереги.
Елизавета Марковна нарочито медленно окинула взглядом салон авто, нас всех, предварительно затянувшись табаком, выпустила тонкую струйку дыма в потолок. Все это было проделано в гробовой тишине –
