и сделать это быстро.
Я одеваюсь потеплее, затем выхожу на улицу, чтобы немного поработать лопатой. Когда я возвращаюсь, то обнаруживаю, что Коул и Рэй уже встали и завтракают, ну, на самом деле в это время дня это больше похоже на обед.
— Ну, как она, братишка? — Спрашивает Коул, нетерпеливо ожидая моего ответа. Я совершенно не в настроении выслушивать эту чушь.
— Хорошо, — произношу я.
— И это все? Просто хорошо? Она была у тебя всю ночь, чтобы делать все, что ты захочешь, и это было просто хорошо? — Коул выглядит невозмутимым, или, может быть, это подозрение.
— Что ты хочешь, чтобы я сказал? Ты хочешь, чтобы я подробно рассказал о том, как я трахал ее на каждой поверхности своей комнаты, как она отсосала мне досуха и умоляла о большем?
Коул смеется: — Вот так-то лучше, — гордо заявляет он и похлопывает меня по спине той же рукой, которая прошлой ночью ласкала киску Ланы. Я хочу повернуться и схватить его за запястье, но не делаю этого.
Я устал от работы лопатой, поэтому принимаю теплый душ, а потом немного вздремнул. Когда я просыпаюсь, на улице снова темно.
Я должен принести Лане что-нибудь поесть.
Я выхожу из своей комнаты и направляюсь на кухню. Коул и Рэй снова сидят за столом с напитками в руках.
— Иди сюда, Кэл. Выпей, — говорит Коул.
— Тебе не кажется, что с тебя было достаточно прошлой ночи? — Замечаю я.
— Не говори со мной, как с ребенком, Кэл. А теперь давай, только одну. Я хочу произнести особый тост.
У меня нет ни сил, ни времени спорить с ним прямо сейчас, поэтому я закатываю глаза и беру стакан с ликером.
— Выпьем за старых друзей и нерушимые узы братьев, — говорит он, поднимая свой бокал и пристально глядя на меня. Рэй следует его примеру, поднимая свой бокал. Я наклоняюсь вперед, чокаюсь с ними и залпом выпиваю виски. Я ставлю свой стакан и начинаю делать Лане сэндвич.
Черт, у меня уже голова идет кругом. Это не может быть от того единственного выстрела. Я на мгновение кладу руки на стойку, чтобы не упасть. Каждый мускул в моем теле отяжелел, и, кажется, я не могу держать глаза открытыми.
— Ты в порядке, Кэл? Ты неважно выглядишь. Может, тебе стоит пойти прилечь, — слышу я голос Коула, когда он подходит и обнимает меня. Комната кружится и кружится, пока я не падаю в темную бездну.
Лана
Дверь подвала распахивается, и Коул спускается вниз. Я ожидала увидеть Каллума. Обычно он не задерживается так надолго, не спустившись проведать меня или принести еды.
— Вставай, — приказывает Коул. Он не ждет, пока я сяду. Он стаскивает с меня одеяло и рывком ставит на ноги. Он снимает с меня цепи и говорит: — Ты будешь хорошей девочкой и веди себя хорошо наверху, да, Лана? Делай, как я говорю, поняла? Я не успел закончить с тобой прошлой ночью, так что теперь моя очередь.
Мое имя в его устах звучит так мерзко, что меня тошнит. Я просто киваю и следую за ним наверх.
Рэй развалился на диване, его глаза остекленели, а взгляд, устремленный на меня, сочится желанием, когда он оглядывает меня с головы до ног. У меня по коже бегут мурашки. Я замечаю полосы от белого порошкообразного вещества на приставном столике.
Кокаин.
Они употребляли кокаин.
Коул садится в глубокое кресло и сажает меня к себе на колени. Собирается ли он продолжить с того, на чем остановился прошлой ночью? Не могу представить, что он добьется от меня такой же реакции теперь, когда я трезвая. Может, он просто хочет, чтобы Рэй посмотрел, как он меня трахает. Мысль о том, что Рэй наблюдает за тем, как Коул насилует меня, и наслаждается этим, усиливает мою тошноту.
— Я тут рассказывал Рэю, как тебе нравится грубость. Как ты наслаждаешься борьбой, какой влажной она тебя делает. Он хочет посмотреть, — говорит Коул мне на ухо, ощупывая мою грудь.
Пожалуйста, пусть это побыстрее закончится.
Коул отталкивает меня от себя, и я с силой падаю на пол на четвереньки. Он хватает меня за волосы и переворачивает на спину. Он вынимает свой член, еще не полностью твердый, и садится мне на лицо. Он шлепает меня по щеке своим членом, прежде чем провести им по моим губам.
— Откройся, шлюха, — говорит он. Я закрываю глаза и подчиняюсь. Еще одна сильная пощечина попадает мне по щеке, но на этот раз это была тыльная сторона его ладони. — Разве я просил тебя закрыть глаза? Держи их открытыми. Посмотри на меня, — нетерпеливо требует он.
Я слышу, как Рэй тихо хихикает. Я держу глаза открытыми и наблюдаю, как Коул смотрит на меня сверху вниз и засовывает свой член мне в рот. Мне приходится бороться с желанием укусить его каждый раз, когда он это делает. Сначала его движения медленные, а затем он хватает меня за голову с обеих сторон, притягивает к себе и толкается в мой рот. Это слишком. Мои руки начинают давить на его бедра, и он отрывается от моего рта и снова обнимает меня. Я всхлипываю и хватаюсь за щеку.
— Ты моя шлюха, Лана?
Я не отвечаю.
Он хватает меня за шею и сжимает.
— Скажи мне, что ты моя шлюха! — Требует он, выдыхая мне в лицо спертое дыхание.
Я начинаю кивать, и он отпускает мою шею.
— Я твоя шлюха, — бормочу я.
Он двигается вниз по моему телу и приподнимает фланель, обнажая мою голую киску. Он облизывает два пальца и вводит их в меня. Я инстинктивно извиваюсь, пытаясь вытащить его из себя. Коул хватает меня за переднюю часть фланели, притягивая к себе, а затем швыряет обратно на землю. Моя голова ударяется о деревянный пол, и перед глазами вспыхивает яркий белый свет.
— Я же говорил тебе быть хорошей гребаной девочкой. Не дергайся. В глубине души ты знаешь, что тебе это нравится, шлюха. Прямо как прошлой ночью, — усмехается он.
Теперь моя голова пульсирует, когда он насилует меня своими пальцами, двигаясь внутрь и наружу. Я не пьяна, но мое тело все равно предает меня и дает ему то, чего он хочет, больше смазки.
— Вот оно. Посмотри, какой мокрой ты становишься для меня. Вот и все, обмажь мои пальцы, грязная маленькая шлюха.
Я смотрю в потолок, безмолвно умоляя, чтобы это закончилось. Затем Коул убирает пальцы и начисто отсасывает их, прежде чем засунуть в меня свой твердый
