член. Он не маленький, и мое миниатюрное тело иногда с трудом принимает его. Я съеживаюсь, когда он начинает вколачиваться в меня. Его руки перемещаются к моей шее, а затем он сжимает, снова забирая у меня воздух. Он неумолим, и я чувствую, что теряю сознание. Внезапно он отпускает мою шею и изливает в меня свое семя, а его глубокие стоны наполняют гостиную. Он отступает обратно в глубокое кресло, и я сворачиваюсь калачиком на боку.
— Мы здесь еще не закончили, — говорит Коул через минуту. — Я думаю, будет только гостеприимно позволить Рэю немного повеселиться.
Я быстро сажусь и смотрю на Рэя. Его член уже вынут, он держит его в руке, поглаживая себя.
— Коул, нет! Пожалуйста, нет! — Я подползаю к тому месту, где он сидит, и начинаю буквально умолять у его ног. — Пожалуйста, Коул, пожалуйста! Я сделаю все, что ты захочешь, только не это. Пожалуйста, не позволяй ему этого делать.
Коул смотрит на меня и смеется. Он крепко хватает меня за подбородок и говорит:
— Ты сделаешь все, что я захочу. Я позволю ему заполучить тебя. Ты моя шлюха, с которой я могу делать все, что мне заблагорассудится, и теперь я хочу посмотреть, как Рэй возьмет эту задницу.
Я в ужасе. Коул никогда не трахал меня нигде, кроме рта и киски. Я никогда в жизни не занималась аналом, и теперь мне собирались навязать это. Я могу думать только о потенциальной боли от того, что этот подонок грубо возьмет меня туда в мой первый раз. Я в полной панике!
Я быстро вскакиваю на ноги и бегу к двери. Вокруг меня всегда была цепь, которая замедляла меня или позволяла Коулу легко схватить и оттащить меня назад, но теперь он совершил ошибку, сняв с меня эту цепь на сегодняшний вечер. Я распахиваю дверь и выбегаю в снег.
Глава 16
Лана
Я бегу так быстро, как только могу, сквозь густой снег и порывистый ветер. Я бегу так, словно от этого зависит моя жизнь, потому что так оно и есть. Однако в одной фланели и носках я мгновенно замерзаю и немею. Моими конечностями становится трудно даже управлять, поскольку я не могу полностью их чувствовать. Может быть, я не продумала это до конца. Я облажалась, но какой у меня был выбор? Остаться и подвергнуться насильственному содомизму? Я бы предпочела замерзнуть до смерти. Я понятия не имею, куда я вообще иду, и какая дорога ведет в город. Хотя не то, чтобы это имело значение, я знаю, что так далеко я не продвинусь.
Достаточно скоро я слышу голоса Коула и Рэя, которые кричат и гонятся за мной. О Боже, я в такой заднице. Где Каллум?
Вскоре я так онемеваю и меня неудержимо трясет, что я больше не могу ни бегать, ни даже ходить. Я падаю на землю и молюсь, чтобы умереть прямо здесь и сейчас.
Появляются две тени, и Коул грубо перекидывает меня через плечо и несет обратно в хижину.
Мы возвращаемся внутрь, и он бросает меня на землю перед камином, а затем мгновенно набрасывается на меня, нанося удар за ударом по лицу и животу. Я кричу, рыдаю и все еще дрожу от холода. По моему лицу течет кровь, кровь попала в рот, а из носа текут сопли. Он собирается убить меня. Это оно. Вот так я умираю.
Где Каллум!
Коул срывает с меня насквозь мокрую холодную фланель, обнажая все мое тело. Я сплевываю кровь, часть которой попадает на мою теперь обнаженную грудь.
Рэй появляется в моем размытом поле зрения, и я переворачиваюсь на живот.
Нет. Нет.
Я все кричу и кричу сквозь булькающую кровь.
— Помогите! Кто-нибудь, помогите мне! Слезьте с меня! Пожалуйста, кто-нибудь, помогите мне! — Я кричу. Мою голову поднимают за волосы, а затем снова швыряют на пол.
— Заткнись нахуй! — Рэй орет мне в ухо. От него разит спиртным и гнилью. Мои мольбы медленно стихают до тихого шепота. Пожалуйста, позволь мне умереть, прежде чем он войдет в меня.
Каллум
Я пытаюсь проснуться, мои глаза и голова все еще кажутся тяжелыми и дезориентирующими. Что за черт. Какое-то время я пытаюсь вспомнить, как добрался до кровати. Я думал, что готовлю еду для Ланы.
О боже, у меня раскалывается голова.
Коул. Коул, блядь, накачал меня наркотиками? Ты, должно быть, шутишь. Зачем ему накачивать меня?
Лана.
Черт.
Что это за шум? Я медленно привыкаю к своим ощущениям и сажусь. Кто-то кричит.
Лана.
Лана кричит так, как я никогда раньше не слышал.
Я выбегаю из своей комнаты в гостиную. Что за черт. Я врезаюсь прямо в кирпичную стену Коула, который удерживает меня. Я смотрю поверх широкой фигуры Коула и вижу обнаженную Лану, лежащую под Рэем, который вынимает свой член. Она лежит там, вся в крови, изо всех сил пытаясь освободиться, умоляя о помощи. Я смотрю, как Рэй снова бьет ее по лицу, приказывая заткнуться. Она замолкает, но все еще тихо просит о помощи.
— Убирайся нахуй с моей дороги! Сейчас же! — Я кричу Коулу.
Он прижимает меня к стене и упирается предплечьем мне в грудь: — Оставайся на месте, черт возьми, Кэл. Она пыталась сбежать, вот что она получила! — кричит он мне в лицо.
Я снова смотрю на Лану. Ее покрытые синяками и кровью глаза встречаются с моими. Мое сердце готово разорваться. В груди все сжалось, горло перехватило. Я тону в ее слезах.
Рэй смачивает свой член и выстраивается в очередь позади нее. Нет. Я смотрю, как Лана медленно тянется ко мне с потеками крови на пальцах, и с трудом разбираю слово, которое она почти шепчет.
— Каллум.
Вот и все. Я ломаюсь. Я раскалываюсь надвое, и все, что я вижу, — красное. Чистая ярость и адреналин наполняют мои вены. Никто меня не остановит.
Я отталкиваю Коула от себя со всей силы, на какую только способен, и бью его прямо в челюсть. Он падает на землю, а затем я разбегаюсь и бросаюсь на Рэя как раз в тот момент, когда он начинает давить на Лану. Я валю его на землю, опрокидывая рождественскую елку вместе с нами, и начинаю наносить ему по лицу шквал ударов. Я не могу остановиться. Я избиваю его до потери сознания, и даже тогда я не останавливаюсь. Я не могу. Мои руки болят, но я отталкиваю боль и продолжаю. Все,
