были строгие. Максимум, что дозволялось влюбленным до свадьбы, — держаться за руки, женщинам — томно вздыхать, мужчинам — целовать кисти своих избранниц.
Взгляд невольно упал на круглую нашивку на жилете кера Лаэра. На белом кусочке ткани была алыми нитками вышита буква «Ф». Предлагая мне руку и сердце, мой усатый гусар совершал мезальянс. Он понимал это и плевал на условности. За это я зауважала его еще сильнее.
— Да. Я говорю: «Да».
Уши наполнил счастливый смех. Его или мой? Ноги оторвались от пола. Комната закружилась перед глазами — это жених подхватил меня на руки и устроил мне веселую карусель. Сердце в груди колотилось как бешеное. Кровь приливала к щекам нежным румянцем.
Хотела бы я сказать, что это был миг чистой, ничем не омраченной радости, но где-то в глубине души, под толщей прагматичных рассуждений о плюсах замужества, я понимала, что не купаюсь в любви, а ищу, куда удобнее пристроить свою усталую попку.
Слишком уж долгий, изнурительный путь я прошла к сытой, безбедной жизни. Слишком шатким было мое положение в незнакомом мире. Мне нужен был защитник. Если домой вернуться не суждено, надо зацепиться на новом месте покрепче. Удачное замужество — уверенность в завтрашнем дне. Богатый, приятный в общении супруг — билет в светлое будущее.
И потекли приготовления к свадьбе.
Стоило произнести заветное «да», и время побежало еще быстрее. Будто стремительное течение реки подхватило меня и понесло. Иногда мне казалось, что я захлебываюсь в этой бурной холодной воде, что она накрывает меня с головой, не оставляя ни секунды на размышления. Я пыталась выплыть, ухватиться за выступающий камень или древесную корягу, но волна накрывала за волной.
Свадебное платье лежало на кровати, сверкая маленькими перламутровыми жемчужинами, когда, обернувшись, я заметила на фоне распахнутого окна своего старого пушистого знакомого. Черный кот улыбался мне, сидя на подоконнике, и сосал сахарный леденец на палочке.
— Ты не забыла про наш договор? — спросил он, помахивая хвостом. — У меня к тебе дело.
От его тона у меня заскребло под ребрами.
Занятая вопросами выживания, я действительно успела позабыть о нашем соглашении. Тот давний разговор у вонючей речушки стерся из памяти, как сон после пробуждения. Слишком много было других забот. В какой-то момент сказочный кот с крыльями начал казаться плодом моей фантазии. А теперь эта наглая усатая фантазия вырвалась из глубин разума и воплотилась в реальность, чтобы, сидя на подоконнике моей спальни, напомнить о тикающих часах. И о топоре, висящем над моей головой.
— Что тебе надо? — бросила я грубее, чем хотела, и невольно посмотрела на белое платье, разложенное на постели. — У меня свадьба.
— Это вряд ли, — протянул кот и откусил половину сладкого петушка на палочке.
Руки мои сами собой сжались в кулаки.
— Что ты имеешь в виду? — слова вылетали из моего рта, как стрелы, выпущенные из лука. — Ты бросил меня одну посреди болота, по горло погрузил в грязь и сбежал. А теперь, когда я из этой грязи кое-как выбралась, более или менее наладила свою жизнь, ты явился, чтобы сказать… Что именно ты явился мне сказать? Время еще не вышло. До конца срока несколько месяцев.
Кот глубоко зевнул, демонстрируя острые клыки и черное нёбо.
— Ты не можешь выйти замуж, потому что, — не договорив, он откусил от сахарной птицы еще кусочек и громко захрустел, работая челюстями.
Да он издевается!
— Ты можешь есть быстрее, — возмутилась я. — Ты можешь вообще не есть, пока мы беседуем?
— Не могу флифком вкуфно, — прочавкал блохастый.
Мне пришлось ждать, пока он дожует.
— В общем, — сказал поганец, вытирая усы, — если сейчас ты выйдешь замуж, то упустишь единственный шанс выполнить свое задание. Со дня на день наместник Эрлинг-Веста объявит об отборе невест. Император насел на него, требует найти избранницу и сочетаться с ней законными узами брака. Воле императора, как ты понимаешь, перечить нельзя.
— И ты хочешь, чтобы я…
— А каким еще способом ты можешь изменить этот остров к лучшему? Легче всего это сделать, стоя по правую руку от его правителя. А еще надежнее — лежа с ним в постели и страстно нашептывая ему на ухо свои желания. После близости мужчины особенно сговорчивы. А после бурной близости, готовы ради своей женщины даже звезду с неба достать, не то что очистить городские улицы от мусора.
Кровь застучала в висках. В ушах зашумело. Я подумала о том, что не могу бросить кера Лаэра у алтаря. Платье пошито, приглашения разосланы, благодаря помолвке городской совет дал мне официальное разрешение заменить букву на моей нашивке. Теперь я носила на груди не простецкое «В», а, как и мой будущий супруг, гордое «Ф».
Пойти на попятную — предать человека, от которого все это время я видела только хорошее. Унизить и опозорить в благодарность за его ко мне доброту.
Все эти мысли я пылко высказала коту, на что он ответил, доедая леденец:
— Ну так замечательно! Заявку на отбор могут подать только девицы со статусом «Ф». Ты очень удачно провернула эту схему с будущим замужеством и получила новую нашивку.
И, поигрывая хвостом, он мерзко захохотал. Мне же было не до смеха.
Откажусь расторгнуть помолвку — и топор, висящий над моей головой, опустится.
* * *
Когда это отвратительное животное удалилось, я долго сидела на кровати рядом со своим подвенечным платьем и задумчиво гладила шелковую ткань. Последнее время я была занята тем, что собирала свою разбитую жизнь по кусочкам, но только все начало налаживаться, как с трудом склеенная ваза дала трещину.
Этот кот просто козел. Является лишь для того, чтобы привнести в мою жизнь смуту.
Опять все рушилось, рушилось, разваливалось на части.
Моральная дилемма, перед которой я внезапно оказалась, рвала мне душу в клочья. К сожалению, хвостатый засранец был прав. Чтобы облагородить остров, надо иметь влияние на самом высоком уровне. Стать королевой Эрлинг-Веста, вернее, женой наместника. Иного пути я не видела. Мне очень хотелось жить. Не год, не пару месяцев, оставшихся до срока, обозначенного в магическом договоре. Жить! Долго. До самой старости.
Впрочем, если я подам заявку на отбор, это не гарантирует мне победу.
Так что же делать?
Рискнуть? Пойти на подлость?
Не менять планов, понадеявшись на авось? А через год, когда закончится срок…
О господи, как же я устала!
Не
