это.
— Не буду. — Обещание обрывается, когда я отключаюсь и выпрыгиваю из грузовика.
— Папочка! — Ханна вырывается из объятий Райан и бежит ко мне.
Наклонившись, подхватываю ее на руки, чувствуя, что наконец-то снова могу дышать с тех пор, как оставил ее прошлым вечером.
— Привет, детка. Похоже, я как раз вовремя. Куда вы направляетесь? — вопрос адресован спешащей к нам Райан. Замечаю, что она в рабочей одежде; мой взгляд привлекает ее длинные стройные ноги в обрезанных джинсовых шортах и ковбойских сапогах.
— Прости, — извиняется она, задыхаясь. — Надо было позвонить тебе.
— Что происходит?
— Мне нужно на работу.
— Думал, ты не работаешь по выходным.
— Обычно, нет, но сегодня вечером не хватает персонала, и им очень нужна моя помощь, и мы могли бы использовать дополнительные… — она замолкает прежде, чем успевает закончить фразу.
Сжимаю челюсть, думая, что она даже не нуждалась бы в деньгах, если бы я был здесь с самого начала. Однако, откладываю этот спор на другой раз.
— Так куда ты ведешь нашу дочь?
— Я хожу к мисс Пегги, — отвечает Ханна. — Она остается со мной, если мама работает, а я не в школе.
Понятия не имею, кто такая мисс Пегги, но мне не нравится мысль о том, что кто-то чужой присматривает за ней.
— Она живет от нас через улицу, — торопится объяснить Райан. — Она любит Ханну и очень хорошо о ней заботится.
— Возможно и так, но сейчас необходимости в этом нет. Я здесь и останусь с ней.
— Ура! — ликует Ханна. — Можно, мамочка, пожалуйста? Я хочу остаться с папой.
Я бросаю на Райан тяжелый взгляд, пусть только посмеет сказать «нет». Будь я проклят, если кто-то другой будет заботиться о моем ребенке, когда я рядом.
— Ты уверен? — спрашивает она, зубами теребя нижнюю губу, — привычка, показывающая, что она нервничает, и которая творит безумные вещи с моим членом. — Я вернусь домой далеко за полночь.
— Она моя дочь, Райан, а не просто ребенок, с которым я нянчусь.
Тяжело вздохнув, она опускает плечи.
— Знаю. Прости, что огорчила тебя. Я это не нарочно. Мне позвонили всего двадцать минут назад, и я, не задумываясь, сделала то, что обычно. Мне следовало сначала спросить тебя, хочешь ли ты с ней остаться.
Удовлетворенный таким ответом, кивком принимаю извинения и смотрю на Ханну.
— У меня есть для тебя кое-что.
— Что? — взволнованно спрашивает она.
Поставив ее на ноги, я открываю заднюю дверцу, показывая мягкие игрушки, сложенные на сиденье.
Ее маленький ротик приоткрывается.
— Святая корова! Они все мне?
— Все до единой.
Ее визг пронзает воздух, когда она бросается к моей ноге, крепко ее обнимая.
— Спасибо. Спасибо. Спасибо!
Моя грудь раздувается от ее счастья, ее улыбка дороже любых денег.
Она запрыгивает в грузовик и начинает их пересчитывать.
Взглянув на Райан, вижу, что она смотрит на меня с нежной улыбкой на прекрасном лице.
— Ты ее балуешь.
— Она этого заслуживает.
— Это совершенно не обязательно. Ты ведь понимаешь, да? Ей ничего не нужно, кроме тебя.
— Я у нее есть. — Когда этот ответ, кажется, ее не удовлетворяет, я подхожу ближе, заставляя ее запрокинуть голову. — Я пропустил больше пяти лет ее жизни, Райан. Дни рождения, Рождество и многое другое. Я наверстываю упущенное. Не забирай это у меня.
В ее глазах вспыхивает чувство вины.
— Вполне справедливо. Перед тем как я уйду, тебе что-нибудь нужно?
Мой взгляд падает на ее губы, я вижу румянец, окрашивающий ее щеки, и прежде чем могу остановиться, на моем лице появляется ухмылка.
— Нет. Все будет хорошо.
С трудом сглотнув, она делает шаг назад.
— Если я тебе понадоблюсь, мой номер у тебя есть. Увидимся, когда я вернусь домой.
Я киваю, и она залезает в грузовик к Ханне.
— Пока, милая. Увидимся утром, — говорит она, целуя ее в щеку.
При виде ее упругой задницы в этих коротких гребаных шортах член шевелится; пальцы сжимаются в кулак, усмиряя желание предъявить права и завладеть ею.
— Пока, мамочка.
Райан отступает и оборачивается, ее улыбка исчезает, когда она ловит выражение моего лица. Я не делаю никаких попыток скрыть свои мысли, позволяя ей увидеть именно то, о чем только что думал.
— Пока, — задыхаясь, шепчет она, ее лицо пылает.
— Пока.
Не отрываю от нее глаз, следя за каждым движением, пока она не исчезает в своей маленькой машине и не уезжает.
— Нам придется сходить много раз, чтобы перетаскать все это в мою комнату, — приглушенный голос Ханны возвращает меня к реальности и заставляет обернуться. Ее руки полны плюшевых животных, их так много, что даже не видно ее лица.
Посмеиваясь, делаю шаг вперед и беру у нее несколько, чтобы она могла спрыгнуть на землю.
— Пойдем, я помогу тебе, а потом мы сходим куда-нибудь поужинать и поесть мороженого.
— Мороженое? — оживляется она. — На мороженое я согласна.
— Так и знал, что ты не против такого плана.
Совершив нелегкий подвиг, мы, в конце концов, поднимаем все игрушки в ее комнату, а потом, как я и обещал, отправляемся в город. В итоге, я веду ее в местную закусочную, где обедаю сам. По тому, как ее приветствуют официантки, когда мы входим, это место ей, кажется, хорошо знакомо.
Женщина средних лет, которая обслуживала меня несколько раз, очень удивлена, увидев нас вместе.
— Ну, еще раз привет, — приветствует она меня, прежде чем посмотреть на Ханну. — Как поживаешь, милая Ханна?
— Все хорошо, мисс Таня.
Женщина тычет большим пальцем в мою сторону.
— А что это за красавчик с тобой?
— Мой папочка, — гордо заявляет она, улыбаясь от уха до уха.
Удивление вновь отражается на лице дамы.
— Что же, я и понятия не имела, что обслуживаю твоего папу, когда он был здесь, — она протягивает мне руку. — Приятно официально познакомиться, сладенький. Я Таня Хендрикс, и это кафе принадлежит мне.
— Джастис. — Я отвечаю на ее рукопожатие. — У вас вкусно кормят.
— А ты даешь хорошие чаевые, так что здесь тебе всегда рады, — усмехается она, забавляясь сама собой. — Что вам принести выпить?
Я киваю Ханне, чтобы она говорила первой.
— Клубничный молочный коктейль, пожалуйста.
— С дополнительной вишенкой? — спрашивает Таня, выгнув бровь.
— Да, мэм.
— Поняла, дорогая. — Она подмигивает и снова обращает внимание на меня.
— А тебе, красавчик?
— Колу.
— Хорошо, дайте мне пару минут, и я вернусь, чтобы принять ваш заказ.
— Спасибо.
Она уходит, оставляя нас с меню, которое Ханна даже не потрудилась открыть.
— Ты уже знаешь, что будешь? — спрашиваю я.
— Ага. Я беру одно и то же каждый раз, когда прихожу сюда. Картошку фри и чизбургер, без огурцов.
