как только они вошли. Однако исследовательского задора это друзьям не убавило. Впереди по широкому туннелю шёл Зефир с мечом в одной руке и деревянным жезлом в другой. Справа и чуть позади — благо, ширина подземного хода позволяла — следовал Леопольд. Он освещал путь, в то время как мохнатый обосновался у него на плече.
Первые метров двести свет с поверхности ещё попадал внутрь. Но как только товарищи добрались до поворота, плавно уводившего влево, единственным источником освещения стал факел.
К слову, стены туннеля оказались ровными. И, скорее всего, прорыли его не восьмилапы. Он даже чем-то напоминал тот, в котором друзья бродили ещё в Северо-восточном регионе. Правда, здесь не было никакой живности, да и растительность не встречалась.
Тем временем вдалеке забрезжил тусклый жёлтый свет, который по мере продвижения становился всё интенсивнее. И вскоре группа вышла в большую пещеру. Её своды были не выше, чем в туннеле, зато в ширину она оказалась довольно просторной и практически пустой.
В дальнем конце высилась земляная куча высотой метра три с половиной. Судя по всему, там должен был быть проход дальше, но завал его частично заблокировал. Справа же, у стены, находилось нечто непонятное.
Это было похоже на стройное розоватое дерево, почти достававшее до потолка, с короткими, растущими в стороны ветками. На каждой такой висел странный плод, напоминавший огромную грушу размером с небольшую сумку. Всего десять штук. При этом «кожура» у них была полупрозрачной, а изнутри они светились мягким жёлтым светом. Именно это загадочное растение освещало пещеру.
Товарищи подошли поближе к единственному интересному объекту в подземелье. И вблизи оно оказалась ещё более необычным.
— Это что, плоть? — ошарашенно произнёс Леопольд, рассматривая «ствол и ветки».
Те действительно напоминали скорее нечто живое: прожилки, похожие на кровеносные сосуды, по которым текло неведомое вещество, а ещё лёгкая пульсация то тут, то там.
«Груши» оказались не менее занимательными. Внутри каждой просматривалась какая-то тень. Словно большая косточка или что-то вроде того. Зефир подался немного в сторону, чтобы рассмотреть получше, когда внезапно споткнулся и чуть не упал.
Выругавшись, он глянул вниз и увидел толстый канат, присыпанный землёй. Он начинался от «дерева» и тянулся к завалу и, если не вглядываться, сливался с полом. Командир присел рядом, стряхнув рукой грязь с небольшого участка. Стало понятно, что это и не канат вовсе, а такой же живой материал, как у ствола. Какой-то корень или что-то в этом роде.
— Что это, как думаешь? — послышался голос чернявого.
— Мутировавшее дерево? — предположил командир самый очевидный вариант.
Он бы не удивился, если бы это оказалась самая обычная садовая груша, подвергшаяся кардинальным изменениям.
С плеча Леопольда внезапно тявкнул Брут и указал коготком вниз, рядом с их необычной находкой. Парни повернулись и тщательно осмотрели указанное место. Однако ничего, кроме нагромождения камней у стены, не увидели.
Енот, заметив, что его не поняли, спрыгнул на пол и осторожно подошёл к небольшим булыжникам, начав их ворошить. Несколько секунд спустя из кучи пробился мягкий белый свет. Мохнатый посторонился и горделиво подбоченился, в то время как Зефир и Леопольд заворожённо уставились на небольшой белёсый шарик диаметром в три сантиметра, лежащий среди камней.
— Бойня Всемогущая, да это ж средоточие! — поражённо воскликнул друг и добавил недоумённо, — только отчего оно такое крохотное?
Если в жёлтой зоне средоточие было размером с арбуз, то, руководствуясь простой логикой, в более лютой красной оно должно было оказаться не меньше колеса от телеги. С другой стороны, кто вообще сказал, что в каждом Выдохе всего одно средоточие?
Шарик тем временем как-то по особому мигнул, и зрение командира внезапно пропало. Когда оно так же внезапно вернулось, он обнаружил себя в совершенно другой обстановке. Это была огромная прямоугольная комната, залитая светом, с очень высокими потолками, под которыми юноша сейчас висел где-то в углу.
Стены — передняя и правая боковая — оказались практически полностью застеклены чистым прозрачным материалом, за которым виднелся широкий балкон с каменным бортиком. А снаружи, куда хватало взгляда, простирались лишь голубое небо и облака.
Опустив взгляд, Зефир увидел, что помещение было разделено на две условные зоны: меньшая, дальняя часть была отделена расшитой золотыми нитями ширмой, и за ней виднелся краешек кровати и красивый стол с большим зеркалом; большая же представляла собой нечто вроде приёмной.
У стены с панорамным окном, среди крупных кадок с необычными растениями, похожими на разлапистые папоротники, стоял безликий манекен, одетый в изящные доспехи, созданные, по-видимому, специально для женщины. Рядом с ним находилась подставка для меча, на которой лежал тонкий изысканный клинок с кисточкой из красных волос на эфесе.
Слева в углу была дверь, а всю остальную часть этой стены украшали около десятка странных картин. На одних были изображены воины, на других — разнообразные чудовища: некоторые знакомы командиру, как, например, гигантская змея или огромный медведоподобный монстр, иные — совершенно неизвестные.
Но объединяло их одно: все они лежали поверженные, распластавшись на земле, а над ними возвышалась худощавая красноволосая женщина с безразличным лицом, на котором светились потусторонним светом глаза с вертикальными зрачками. Она властно поставила ногу на побеждённых и подняла свой изысканный меч с красной кисточкой в величественном жесте.
Напротив окна, по правую руку юноши, располагался роскошный и даже на вид мягкий диван на мраморном постаменте. На нём, одетая в розовый шелковый халат с задравшимся подолом, открывавшим вид на стройные ноги, величественно возлежала главная героиня полотен — женщина с длинными распущенными алыми волосами. В руках у неё находился свиток, который она сейчас увлечённо читала, а перед ней в коленопреклонённой позе, уткнувшись лбом в пол, распростёрся седой мужчина.
Особого удивления происходящее у Зефира не вызвало. Такое уже случалось с ним, когда еретик со свиным пятаком показал средоточие жёлтого Выдоха. Тогда он видел последствия апокалиптической битвы между стариком по имени Бейсин и красноволосой Санду. Теперь он наблюдал за той же самой женщиной в спокойной обстановке.
Тем не менее, понимания это ему не добавляло, поэтому юноша просто сосредоточился на происходящем.
— Ренари, подними голову, — внезапно произнесла хозяйка комнаты.
Её голос звучал настолько властно и повелительно, что Зефир невольно сам чуть не выполнил приказ. Мысленно хмыкнув от удивления, парень взял себя в руки и вернулся к созерцанию сцены из странного видения.
— Я не смею, госпожа, — раболепно отозвался седой, не меняя позы.
— Ты мне перечишь? — прозвучал спокойный и холодный голос, способный заморозить океан.
Мужчина затрясся и, не разгибаясь, мгновенно поднял голову, преданно уставившись на красноволосую. Это оказался морщинистый
