выпотрошит!» – мелькнуло в голове.
Но нет. Когти спрятались, а рука опустилась, даже не завершив замах. Но ответить на вопрос Уилл не успел. Потому что где-то из-за его спины послышался мужской голос:
– Что здесь происходит? Кай, я везде тебя ищу. Пойдем отсюда!
Уилл нахмурился. Ведь кто был обладателем этого низкого бархатного голоса, он, кажется, догадывался. И сжал кулаки, оборачиваясь, чтобы посмотреть на Филиппа.
Кай тоже резко повернулся. А его улыбка напомнила, скорее, волчий оскал.
– О, друг мой, ты так вовремя! – от такого тона дернулся, кажется, даже Уилл, хотя его Кай пока оставил в покое. – Кто-то только что клялся мне, что не смотрит ни на кого, кроме жены! И что в итоге? Кому ты умудрился передарить булавку от меня? Вещь слишком дорогая, чтобы отдавать кому угодно! И посеять ее ты не настолько идиот! А теперь этот… господин утверждает, что получил ее в дар любви от какой-то дамы!
Кай сжал кулаки, чудом не изранив себе ладони когтями. Стоило ненадолго уехать, и эти Хоупы опять за старое! Как дети! Ни на день нельзя оставить одних!
Когда Филипп обернулся, Кая уже не было рядом. Вот зараза! Филипп же просил на ярмарке не отходить от него далеко. Он понимал: не нужно так сильно переживать за Кая, он не мальчик, а взрослый мужчина. Но… не родился же в этом мире, и до сих пор многое здесь пугало демона или вызывало отвращение. Например, шумные толпы людей, которые бродили по площади.
– Кай! – позвал Филипп, увидев в отдалении знакомую фигуру.
Он направился туда. Но каково было его удивление, когда он заметил рядом с Каем Уилла! Того самого мальчишку, любовника Элион!
Глава 14
В этот воскресный вечер я осталась дома одна. Солар и Филипп снова укатили к Андреасу. Филипп звал меня с собой, говорил, что брат скучает и хочет увидеть свою подругу. Но я отказалась. После вести о беременности я с осторожностью выходила из дома. Слишком живы в памяти были моменты, когда мне пытались навредить. Как раз во время прошлых беременностей. Так что я запаслась хорошей книгой, взятой из библиотеки, и уже отправилась заварить себе чай, чтобы не просить никого из прислуги, когда в дверь постучали.
– Это к Вам, госпожа, – пожилой слуга провел гостя в гостиную.
Мое сердце тревожно забилось. Кто мог явиться ко мне на ночь глядя, без предупреждения? Вдруг очередная… зазноба Филиппа заявилась. С радостным заявлением, что тоже носит от него ребенка. О нет, я знала, что такого не переживу! Стиснув кулаки, я шла в гостиную, как на казнь. Но там меня ждал приятный сюрприз. Не любовница Филиппа сидела в кресле, скучающе разглядывая картину на стене, а Уилл.
– Уилл? – с удивлением проговорила я, проходя в гостиную, и улыбнулась своему другу. – Какой приятный сюрприз.
– Прости, я без приглашения. Здравствуй, Элион. Как ты поживаешь? – тон Уилла был немного натянутым, а глаза жадно пожирали меня.
Мне даже захотелось инстинктивно прикрыть живот ладонями, будто чтобы защитить ребенка. Хотя я знала, что Уилл не навредит. Да и платье-халат, длинное, спадающее мягкими складками до пола, напоминало по цвету ночное небо и скрывало фигуру. Не выдавало то, что я слегка поправилась… Уилл не догадается, пока я ему не скажу. Пока я…
«Ты должна ему сказать! – прошелестел в моей голове голос совести. – Уилл заслуживает знать правду. Он влюблен! А ты водишь его за нос…»
– Никого я не вожу, – буркнула я негромко.
Уилл свел брови и переспросил:
– Что, Элион?
Я неопределенно пожала плечами. Признаваться, что говорю сама с собой, я не собиралась.
– Ничего. Хорошо, что ты пришел. Нам нужно поговорить.
– Согласен, – неожиданно твердо сказал Уилл и пересел на диван.
А потом призывно похлопал по диванным подушкам рядом с собой. Я подошла и опустилась на них, чувствуя себя не в своей тарелке.
– Как ты меня нашел? – спросила негромко я.
Уилл грустно улыбнулся.
– Ты никогда не делала тайны из своего прошлого местожительства. Пара вопросов у знакомых Агнии, и адрес был у меня в кармане. Скажи, почему ты уехала из дома Агнии, Элион? – Уилл снова уставился на меня твердым взглядом.
Он уже не молил о взаимности, как прежде. Он требовал ответов. И я, вздохнув, начала их ему давать.
– Я не пряталась от тебя, Уилл. Клянусь. Просто мы поссорились с тобой накануне. И я не хотела тебя видеть. Была обижена на тебя. А потом ко мне приехал Филипп. Мы решили, что мне нужно вернуться на какое-то время домой, чтобы разобраться с его отцом. Который очень сильно оскорбил меня. Я собиралась вернуться к Агнии, но… кое-что случилось.
Я не смогла продолжать разговор и отпустила взгляд. Выпрямила спину, молитвенно сложив руки. Мне был дорог Уилл как друг. И я понимала, что после моего рассказа он просто развернется, уйдет, и я его никогда не увижу. Но что поделать? Врать ему я не хотела.
– Ты передумала разводиться, – глухо проговорил Уилл и прищурился, рвано выдохнув тихое ругательство. – Этот гад все-таки соблазнил тебя…
– Все сложнее, Уилл, – я полностью доверяла Уиллу, поэтому подсела еще ближе и взяла его ладони в свои, крепко сжала, заглядывая в глаза. – Выслушай меня, пожалуйста, и не перебивай? Никто не знает из моих друзей. Только ты.
– О чем? – Уилл не отталкивал меня, но выглядел каким-то неживым.
Мне было плохо от того, что я причиняю ему боль. Но иначе нельзя.
– Я беременна. И не знаю, от кого. Или от Филиппа, или от Солара.
Уилл дернулся, как будто я замахнулась по нему плетью. Но не успел ничего ответить. Я продолжила негромким, спокойным тоном:
– Это была ошибка, Уилл. Я не распутница, хотя ты вправе считать именно так. Это все чудовищная ошибка. Раньше я никогда не изменяла мужу. А потом…. В тот вечер, когда отец Филиппа вернулся домой, в доме устроили бал. Все были в масках. И на нем… мы сильно поругались, и меня потянуло к незнакомцу. В маске. А он оказался Соларом. Я жалею об этом всем сердцем, но прошлого не изменишь. А Солар еще и скрывает правду, говорит, что я лгу. Это и рассорило нас с Филиппом. Поэтому да, Уилл, это гадко, грязно,
