— Вы хотите, чтобы я поверил, что все задержанные лица принадлежат к числу инфестатов? — с холодком спросил президент.
— Если я так сказал, значит, это уже подтвержденный факт, — веско изрек я. — Однако, я отчасти понимаю вашу озабоченность. И предполагаю, какое давление на вас оказывают родственники и подельники высокопоставленных преступников. Они наверняка замазаны в их черных делишках по самую макушку, а потому очень боятся, что правда всплывет наружу. А она всплывет, поверьте. С каждым часом мои люди узнают все больше и больше громких имен. И мы обязательно придем за этой гнусной швалью. За каждым. Слышите? Каждым. Поэтому, как я и обещал, вы получите от меня подробнейший отчет по всем пойманным инфестатам. Этим вы гарантировано сможете заткнуть рты недовольным. И даже более того, начать их уголовное преследование на вполне законных основаниях. А заодно я вам сообщу еще кое-что интересное. Касающееся организаторов кровавых вакханалий в столице…
— В таком случае, я буду ждать от вас донесений и уже на их основании делать выводы… — поспешно выдал глава государства, заставив меня кое-что заподозрить.
— Подождите-ка, — остановил я национального лидера, — вы ведь и без меня прекрасно знаете, кто подливает бензина в полыхающий на нашей территории огонь, я прав?
— Мы сейчас не это обсуждаем, майор…
— Ну конечно! — стукнул я себя кулаком по лбу, сетуя на собственную недогадливость. — Семеновский инфестат, говорящий на английском. Оговорка Гиштапа о множестве лабораторий похожего плана, как и в Нижегородской области. Ершовский Аид, прилетевший с североамериканского континента. Заполонившие интернет и даркнет агенты-просветители, распространяющие опасные знания по теории некроэфира. Причем, делающие это явно с использованием машинного перевода. Вам же вся эта херня известна не хуже моего. Вы прекрасно знаете, кто стоит за нашими бедами, но… бездействуете?
— Слушайте, майор, — враз осип президент, — это вопросы, тесно связанные с большой политикой! Если подходить к их решению со спешкой, то мы рискуем…
— Значит, вы неспешно сидите и ковыряете в жопе, боясь предать огласке факт, что против России идет скрытая, но активная война? А в это время мы, бойцы инквизиции, изо всех сил сдерживающие натиск нежити, методично пакуемся в гробы?
— Да вы не понимаете, Жарский! — эмоционально возразили мне на другом конце провода. — Если мы начнем разбрасываться такими обвинениями, пусть и обоснованными, то это приведет нас уже к полномасштабной, а не скрытой войне!
— С ядерной-то державой? — недоверчиво хмыкнул я в трубку.
— Вы отнюдь не стратег, майор, — бросил мне словно обвинение главнокомандующий. — От вас укрыт вид общей картины. Поэтому не пытайтесь лезть туда, где вы некомпетентны! А еще я спешу напомнить, что оружие массового поражения есть не только у нас!
— Что ж, мне ясна ваша позиция, — ледяным тоном ответил я. — Тогда можем мы вернуться к «Нисхождению?» Когда мы получим в распоряжение неживых помощников?
Президент чуть замешкался, сбитый с толку моей внезапной покладистостью. Он явно готовился к жаркому словесному противостоянию. Но я наглым образом обманул его ожидания.
— Ну, как вас уже известили, законопроект принят, — поведал мне собеседник. — Сейчас идет нелегкий процесс подготовки материальной базы и…
— Дата, — перебил я его. — Хватит тянуть время. Просто назовите конкретную дату.
— Я не могу этого сделать, — твердо отмел мою просьбу главнокомандующий.
— И что же вам мешает? — не отступил я.
— Вы хотите правды, майор Жарский⁈ — неожиданно вспылил национальный лидер.
— Я наивно полагал, что мы с вами и без того честны друг с другом, — поддел я государственного деятеля.
— Я считаю, что инквизиция и без «Нисхождения» получила слишком много вольностей, — пропустил тот мимо ушей мою шпильку. — Вы не подчиняетесь командирам, не подчиняетесь мне! Вы открыто наплевали на выстроенную вертикаль власти. Ваш несогласованный ни с кем штурм стал последней каплей. Задайтесь вопросом, с чего бы мне усиливать ваш отряд еще больше⁈
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ну, по крайней мере, я рад, что вы открыли свое истинное отношение к ГУБИ, — хмыкнул я.
— Мое отношение было к вам бесконечно лояльным, пока вы исполняли свои функции! — на другом конце провода что-то гулко бумкнуло, будто опрокинутый стул. — Но когда вы демонстративно начали вести собственную игру, то превратились в дестабилизирующий фактор!
— Повремените с выводами, товарищ главнокомандующий. Дождитесь от меня отчета по проделанной работе. И тогда вы увидите, что боевая инквизиция ни на шаг не отступилась от своего долга. Всё, что вам поют в уши кремлевские советники, смело делите на два. А лучше вообще подотритесь бумагой, на которой они изложены. Я же дам вам факты по каждому захваченному нами инфестату. Сухие и неопровержимые.
— Хорошо, но вы передадите всех задержанных в ФСБН, — попробовал нагнуть меня президент. — И лишь после этого станет ясна судьба «Нисхождения».
— Иной раз я не понимаю, за кого вы больше беспокоитесь, — грустно усмехнулся я. — За кучку ублюдков, погрязших в скверне собственных грехов или за народ и страну. Разве вам неясно, что такое решение играет на руку внешним врагам? Тем, кто старательно разжигает костер под нашими пятками.
— Вы слышали мое условие, — не уступил государственный лидер. — Никаких обсуждений, пока вы его не выполните.
— Я вас понял, — охотно включился я в торг. — В таком случае, мы займемся этим самостоятельно. «Нисхождение» будет запущено и без вашего содействия.
— Без подробных инструкций по некроформации, вам останется только ходить кругами и впустую переводить биологический материал, — злорадно объявил мне главнокомандующий.
— Не переживайте, у нас полно учебных пособий по этой теме, — вернул я ему издевку.
— Что⁈
Я красочно представил, как челюсть президента падает на столешницу, и довольно ухмыльнулся.
— Да-да, вы не ослышались. Мы изъяли тонны всевозможных инструкций по созданию упырей. Ну или «стригоев», как они поименованы в захваченной инквизицией документации.
После моего намека на иностранное происхождение обсуждаемых сведений, глава государства звучно скрипнул зубами. Похоже, он никак не ждал, что в распоряжение ГУБИ попадут такие записи. Хотя, говоря начистоту, подобной информации в мировой сети, как навоза за баней. Пусть и не в таком полном виде, но все же.
— Вы меня решили шантажировать, майор? — угрожающе прорычал собеседник.
— Шантаж — удел слабых, — не моргнув глазом, парировал я. — Тех, кто только угрозами добивается поставленных целей. Я же просто довожу до вашего сведения, что произойдет, если мы не найдем общий язык.
— Я запомнил, — мстительно прошипел глава кремля. — Хорошо, будет вам «Нисхождение». Но имейте в виду, майор, у любого поступка бывают последствия. Пусть и настигают они не сразу.
— Жду от вас точную дату к вечеру, — нагло проигнорировал я неприкрытую угрозу. — Всего доброго, товарищ главнокомандующий.
Сбросив вызов и отняв от уха разогревшийся после длительной беседы телефон, я протяжно вздохнул. Тяжело это — спасать корабль, когда его капитан делает все, чтобы судно пошло ко дну. Но что поделать? Такова моя миссия…
* * *
О том, что телефонный разговор с президентом принес плоды, мне стало ясно уже на следующий день. Вряд ли, конечно, его испугала моя угроза заняться некроформацией самостоятельно. Скорее, главнокомандующего обеспокоили последствия этого поступка. Как отнесутся собственные граждане к появлению ГУБИ в компании измененной нежити? Вероятней всего — хреново.
Но ведь и воздействовать на инквизицию он не мог. У него попросту отсутствовали рычаги давления, чтобы запретить нам что-либо. Да и распустить наше боевое подразделение не представлялось возможным. Мы слишком сильно нужны ему. Нет такого солдата, который одолеет упыря в схватке один на один. Пока что такое под силу только одаренным ликвидаторам неживой угрозы.
