class="subtitle">* * *
В магазинчике, где продавались ритуальные принадлежности, висела скорбная тишина. Печальные люди бродили от стены к стене, выбирали товары, которые не успели купить перед посещением почивших родственников. Продавщица с приклеенной страдальческой миной смотрела под прилавок в экран планшета и старалась изо всех сил не смеяться над весёлыми роликами в соцсетях.
— Алё, — отозвалась она, услышав голос подруги в наушниках, — да, сижу, что мне ещё делать? Да не, не бойко. Будни, да и день такой дождячный, кому охота переться на кладбище? Наверное, даже пораньше сегодня закроюсь.
Вдруг продавщица увидела, что в её сторону смотрят все покупатели, и на лицах людей явно читалась тревога. Женщина вытащила один наушник и проговорила:
— Милые граждане, спросить что-то хотите?
Один из мужчин как-то опасливо пожал плечами и, вытянув шею с пробивавшейся щетиной, проговорил, показывая за спину женщине:
— Там стучит кто-то.
Продавщица секунду смотрела на него, потом поджала губы и выдохнула:
— Милые мои, ну вот не время и не место шутить. Позади меня стена. Может, сторож где-то неподалёку чинит или приколачивает что.
— Да вы не поняли, — истерически воскликнула женщина, пятясь к двери. — Из-под пола.
Продавщица вытащила второй наушник и повернувшись оглядела стену и дверь в подсобку.
— Милые мои, вы с поминок все, что ли? Из-под какого пола?
В эту секунду снизу и правда раздался глухой стук. Продавщица замерла, щека её нервно дёрнулась, и она, стащив грузное тело с табурета, пошла к двери в кладовку, здесь удары слышались чётче.
— Алё, Петрович, ну-ка мухой сюда, — набрав номер сторожа, гаркнула продавщица и отступила на несколько шагов, пытаясь сохранять безопасное расстояние.
— Что происходит-то? — слегка осипшим голосом проговорил мужчина, стоящий почти вплотную к продавщице.
— Да я откуда знаю, — последняя всплеснула руками и тихо взвизгнула, когда звук стал более отчётливым.
Дверь в магазин хлопнула, в помещении повис густой запах перегоревшего спиртного, и Петрович, широко шагая, подошёл к собравшимся.
— Чё у вас тут?
— Стучит кто-то, — один из покупателей потыкал пальцем в сторону пола.
— Ну, знамо кто, — усмехнулся Петрович топорща рыжие, не раз подпаленные усы и демонстрируя крепкие жёлтые зубы, — они. Покойники. Мы ж их на ночь гулять выпускаем, не всё ж им под землёй сидеть.
— Придурок, что ли? — в сердцах воскликнула продавщица. — Там и правда стучит кто-то.
В ответ на её слова звук стал ещё более явным, у сторожа вытянулось лицо, и он, растолкав людей, подошёл поближе к поверхности пола.
— Ну здесь так-то раньше погреб был. Ну не то чтобы, — он развёл руками, подбирая слова, — но сторожка здесь была. И в прежние времена погреб держали, потом надобность отпала, и вот зашили его. Подтапливало по весне, — задумчиво проговорил мужчина. — Да, не повезло Мартынычу, — глядя на кусок линолеума, сказал сторож. — Лариса, звони участковому, он где-то недалеко шаболдается с операми целый день, а мы с ним ввечеру хотели день здоровья устроить. А я пока сковырну пол.
Спустя десять минут Петрович уже кряхтел, отдирая намертво приделанные доски, снизу дробные звуки ударов стали раздаваться чаще, участковый с бледным видом не отрываясь смотрел на образовывающуюся щель и обнажавшийся кусок бетона.
— Да тут и пол залит. Как быть? — продавщица всё время держалась за сердце с правой стороны и вздыхала.
Сторож хмыкнул и стал ломом наподобие швейной иглы ломать тонкую корку цемента, которую он сам же во имя экономии и заливал лишь для вида. Земля посыпалась вниз, в проёме появились куски кирпичей, и послышался голос:
— Товарищи, помогите выбраться.
Женщины в магазине закричали в голос, мужчина с щетиной медленно сполз по стенке, участковый стал лихорадочно звонить, а Петрович задумчиво вытянул губы вниз и проговорил:
— Я извиняюсь, а вы вот, так сказать, чьих будете?
Позже, когда перепачканные и вымокшие Казаков и Глаша отогревались и отпивались горячим чаем, в который им щедро наливала кагор продавщица, к кладбищенскому магазину с визгом колёс подлетел автомобиль Визгликова. Стас и Лисицына вылетели из машины, и Визгликов, забежав внутрь, остановился перед криминалистом и Глафирой с одним-единственным вопросом:
— Как?
— Вас, Станислав Михайлович, что конкретно интересует? — отозвалась Глаша. — Каково это — оказаться в ловушке в склепе или насколько интересно пробираться под землёй по кладбищу в кромешной тьме?
— Нет, Глафира, я хотел спросить, как тебе удаётся всё время оказываться в эпицентре событий? — Визгликов устало сел на стул.
— Это, конечно, фантастика какая-то, — покачала головой Лисицына.
— Не, по мне, это жёсткий хоррор, — Глаша встала и проговорила. — Отвезите меня, пожалуйста, домой, я просто мечтаю о ванной.
* * *
Новый просторный кабинет для следователей заливал солнечный свет, серое ковровое покрытие скрадывало звук шагов, в воздухе струилась прохлада и аромат свежезаваренного кофе. Визгликов ходил между столов, всё время оглядывался и цокал языком.
— Что случилось? — нервно спросила Лисицына, которая уже третий раз переписывала несколько строк в рапорте.
— Ничего. Вообще ничего, — всплеснул руками мужчина. — Просто неуютно здесь как-то, а так в жизни больше никаких проблем.
— Стас, успокойся, от того, что ты будешь здесь создавать завихрения воздуха, лучше не станет, — Анна Михайловна подошла к кофеварке. — Тебе налить что-нибудь?
— Да, — резко отозвался Визгликов. — Водки.
— Стас, сейчас ребята соберутся и будем думать, как искать Андрея. Вообще, мне всё это кажется каким-то фарсом, — Лисицына нажала на кнопку, и в чашку под тихое журчание мотора полилась струя крепкого кофе.
— Знаешь, у меня совсем другое представление о комедийных жанрах, — Визгликов с размаху сел на стул.
— Я неверно выразилась. Если бы он хотел и правда причинить кому-то вред, то не думаю, что мы бы отделались лёгким испугом. Он всё спланировал, подготовился, а потом взял и так отпустил? Мне кажется, даже ключ этот в столе не просто так лежал.
— Журавлёв уже поехал жену хозяина склепа допрашивать? — нахмурился Стас.
— Нет. Сейчас собирается, — Лисицына отрицательно помотала головой.
— Я тоже поеду, — Стас вскочил с места и пошёл к двери, но потом резко остановился. — Аня, созвонись с Нинель. Пусть она тебе по трупам из склепа расскажет свои соображения. Мне кажется, у меня начинает выстраиваться какая-то логика действий этого индивидуума.
— Хорошо, — Анна Михайловна пожала плечами. — Я всё сделаю. Ты позвони Марку, потому что, похоже, женщина эта на работе была, когда он ей звонил, и как-то неохотно отозвалась на предложение встретиться.
Визгликов вышел в коридор, глянул по сторонам и покривился. Ему определённо здесь не нравилось: всё было строго офисным, до тошноты бело-серым и геометричным, и Стасу ещё казалось, что сверху давит громада здания.
— Закончим дело, уволюсь к чёртовой матери, — прошипел он.
Догнав
