на парковке Журавлёва, Визгликов сел к нему в машину и, на секунду прикрыв глаза, проговорил:
— Марк, где она работает?
— В загсе.
— Да я не про то. В каком районе? — переспросил Визгликов и осёкся. — В смысле, в загсе? Она мне сказала, что она какая-то учётчица.
— Ну да, она государственный регистратор, — Журавлёв поиграл кнопками на руле, и в салоне зазвучала тихая музыка.
— Да выключи ты, — нервно проговорил Визгликов. — Она браки регистрирует, что ли?
— Откуда я знаю? Я навёл официальные справки, получил ответ, где она и кем работает. Она трубку не брала, я начал искать её через работодателя. Дозвонился на работу, ей дали трубку. Договорились о встрече, — рублеными фразами отчитался Журавлёв.
— Понял, — задумчиво произнёс Визгликов. — Ладно, на месте разберёмся. А ты чего такой недовольный жизнью?
— Потому что у меня есть своя работа, — буркнул Марк. — У меня тоже реально сложное дело, и я из Москвы приехал на несколько дней. А сейчас моё дело передали другому оперативному работнику.
— А, то есть Лисицына выслужиться тебе не дала и, так сказать, скомкала твою карьерную путёвку? — Визгликов зевнул. — Ну извини, брат, я понимаю, у тебя большие планы на жизнь, а мы тут со своими мелочными делишками.
— Я не о том.
— Да я понял, — протянул Визгликов и взялся за ручку, когда Журавлёв припарковался на свободном месте.
С трудом выбравшись из вереницы гостей, счастливых родственников и молодожёнов на парадном входе, Журавлёв и Визгликов поднялись по боковой лестнице и остановились перед дверьми нужного кабинета. Марк открыл дверь, и в нос мужчинам ударил запах разогретой еды, кофе и корицы.
— Мужчины, ну написано же, перерыв, — рявкнула со своего места женщина, у которой выжженные перекисью до желтизны волосы были сложены в странную кривую башню.
— Нам Лидия, — Визгликов нахмурился, вспоминая отчество, — Васильевна нужна. Мы из следственного комитета, договаривались о встрече.
— Сейчас придёт. Вышла минут десять назад, — гораздо мягче проговорила дама. — У нас, конечно, не официальный перерыв сейчас, но за день так умотаешься, что к вечеру обязательно нужно как-то поднять уровень сахара в крови. Может, кофеёчку? — миролюбиво спросила она.
— Нет, спасибо, — Стас критически оглядел рабочее место Лидии. — А что это за профессия такая — государственный регистратор? — спросил он.
Стас вынул лежащую под кипой бумаг тонкую книжицу со странным названием «Энергетика мест захоронений».
— Так всё ж, знаете ли, требует учёта, — женщина с сожалением закрыла пластиковую коробочку с обедом, понимая, что спокойно поесть ей не дадут. — Мы вот с Лидочкой несём, так сказать, скорбную вахту. Смерти регистрируем.
— А это какая-то специальная литература для госрегистраторов? — спросил Стас, показывая книгу.
— Ой, ну что вы, — рассмеялась дама. — Лидочка просто увлекалась там всяким, — она скрыла смешок в ладошке, — мистикой и разным. Ну а что такого, должно же быть у каждого увлечение в жизни. Я вот вышиваю.
— Да что вы? — Визгликов поднял глаза на женщину. — Марк, а позвони Лидии, пожалуйста, что-то она долго. Скажите, она с сумкой ушла?
— Конечно. Она ж в магазин побежала, — проговорила собеседница.
— Телефон выключен, — Марк нахмурился и набрал заявительницу ещё раз.
— Скажите, пожалуйста, а у вас камеры в здание есть? — проговорил Стас.
— А как же, они к Петру Васильевичу на охрану выходят.
— Журавлёв, ты здесь, я к охране, — крикнул Стас, выбегая наружу.
Через несколько секунд, тяжело дыша, он ввалился в кабинет к охраннику и, предъявляя корочки, выдохнул:
— Все выходы покажите мне.
— А что ищите-то? — спросил перепуганный дородный мужчина в чёрной форме.
— Одна из ваших сотрудниц вышла из здания, хочу понять, куда пошла.
— А кто? Вдруг, так скажу.
— Камеры, — рявкнул Стас. — Ну, и так скажи́те. Лидия Васильевна, госрегистратор.
— Так она ещё минут двадцать назад в машину села, которая за ней подъехала. Прям вылетела из здания.
Визгликов жадно бегал глазами по дрожащей чёрно-белой картинке, скоро накидал номер машины и выскочил обратно, попутно звоня Кириллу.
— Киря, ну-ка пробейте мне номера и отследите маршрут машинки, инфу я тебе выслал в сообщении. Пошла от загса, геоточку сейчас дам, — Визгликов глянул на часы, — двадцать минут назад.
Перепрыгивая через ступеньку, Стас вернулся к Журавлёву. Он заскочил в кабинет и проговорил, глядя на Марка.
— Не там искали. Сейчас срочно начинай опросы всех, кто знал эту даму. Я тебе кого-нибудь в помощь пришлю. Она сбежала.
Глава 7
Глафира долго стояла под душем, смывала с себя земельную крошку, пыталась мочалкой стереть амбре тухлой воды, вычёсывала из волос труху и старалась не думать о чавкающем звуке, с которым они брели в кромешной тьме лабиринта канализации и который она теперь не могла забыть. Нос был забит вонью, и с этими миазмами не справлялся никакой шампунь, даже ядрёный дегтярный аромат не мог перебить отвратительный запах. Глаше было неуютно, потому что её постоянно преследовал шипящий голос, принуждавший сделать выбор. Сквозь шум воды девушка вдруг услышала посторонний звук в квартире, Глафира вздрогнула, замерла и, немного отодвинув пластиковую занавеску, долго стояла без движения. Но всё было тихо и спокойно, девушка выдохнула, закрутила вентили и, сняв полотенце с крючка, накинула его на влажные волосы. Глаша откинула полотенце, открыла глаза, и вдруг мир перестал существовать, а сознание провалилось в пустоту.
* * *
Журавлёв молча слушал, как приятная полная женщина, заведующая загсом, пытается дать Лидии прекрасную рекомендацию.
— Вы, наверное, меня не совсем ясно поняли, — устало выдохнул Марк, — у меня нет претензий к работе вашей сотрудницы. Мне нужно посмотреть её личное дело и услышать вашу характеристику. Она проходит по одному эпизоду как заявитель, и сейчас мы договорились о встрече, а она почему-то неожиданно уехала.
— Куда уехала? — встрепенулась заведующая.
— Если бы я знал, то сейчас бы не тратил ваше и моё время, — терпеливо объяснил оперативник. — Давайте вернёмся к сути вопроса.
— Ну что я могу сказать, сотрудник она хороший, всегда все отчёты вовремя сдавала, очень любила работу в архиве. Хотя у нас там не каждый может много времени проводить: помещений маловато и приходится всю архивную документацию держать в подвале. Там сыровато, конечно, и плесенью несколько попахивает, — понизив тон, проговорила женщина, — но её это не смущало. А мне как гора с плеч, а то уговаривать всех надоело.
— Знаете что, я вам оставлю свой номер телефона, вы, если вспомните ещё какую-нибудь интересную мелочь, позвоните, — Марк положил свою визитную карточку перед женщиной. — И последний вопрос: может быть, вы знаете, с кем она дружила из своих коллег?
— Я так с ходу не скажу, — женщина взяла в руки кусок картона
