на пол, опираясь о стену, и взлохматила светлые волосы, зарывшись в них кончиками пальцев. Так просидела около получаса, продолжая внутреннюю грызню.
В дверь постучали. Судя по звуку — клювом.
— Ясь, — осторожно сказала курица. — Там все уже собрались, только тебя ждем.
— Иду! Сейчас, минутку. То есть лучинку или как там у вас говорят? — последнее я пробурчала себе под нос.
Поднялась, глянулась в зеркало, заплела волосы в косу и, подхватив рюкзак, со вздохом открыла дверь. За ней уже никого не было.
Я вышла во внутренний двор. Там действительно собралась уже вся компания и не только. Здесь находился отряд из десятка молодцев — все как на подбор хорошо сложены, на тонконогих лошадях. Ну да, как-то я не подумала, что нам может понадобиться подкрепление. Так вот оно.
Добрыня осматривал уже оседланного скакуна, рядом гладила ладную белую кобылку Отрада, что-то той приговаривая. Вышемир, стоя около красивого гнедого, давал какие-то указания управляющему, что делать в его отсутствие. Рядом с его лошадью стояла еще одна: рыжая в пятнышки, чем-то напоминавшая окрасом Рябу. Я даже улыбнулась, ища глазами свой фамильяр. Но как только поняла, для кого предназначена рябая лошадка, улыбка покинула мое лицо.
Ну не умею я ездить верхом! Ни разу не доводилось, даже в детстве — на пони.
Я сглотнула и подошла ближе к честной компании.
— Я на нее не смогу сесть! — пришлось признаться под удивленные взгляды Отрады и Добрыни.
Ну да, тут, кажется, всякий так умеет.
— А нельзя ли придумать какую-то карету, ну, или телегу хотя бы? — спросила я, старательно делая вид, что обращаюсь ко всем сразу, хотя, конечно, вопрос был адресован хозяину замка.
— Если ты боишься, можешь сесть вместе со мной, мой жеребец вполне выдержит обоих. — Кащей смотрел на меня серьезно и заботливо.
Краска залила лицо, я отвернулась от него боком, чтобы хотя бы немного скрыть смущение.
— Не боюсь, просто не умею, ни разу не пробовала.
— Мы не можем взять телегу, в некоторых местах она не проедет. Вероятно, лесом придется часть пути проехать. Горынычу-то что? Он на крыльях может к себе прилететь, вот и поселился в горах, а к ним еще добраться надобно.
Я поджала губы, упрямо не глядя на Кащея. Понимаю, что это выглядело очень по-детски, учитывая, что я первая его поцеловала. Ну вот! Я снова об этом подумала и снова покраснела! Да ешки-матрешки! Но ничего поделать с собой не могла.
— Ясь, — подала голос Ряба. — Ты ведь и на ступе до этого не летала, а вон как хорошо получалось!
— Да, ровно до того момента, пока я метлу об эту, — я взглядом указала на Отраду, — не сломала.
Добрыня заинтересованно на меня посмотрел. Сдается мне, кикимора до сих пор не удосужились рассказать богатырю, историю нашего знакомства и то, кем является на самом деле. Но теперь уж не мне в нее кидаться камнями.
— Нам нужно выдвигаться, Ярослава, — снова взял слово Вышемир. — Решай: сама или со мной?
— С-с-са-а-ама, — даже начала заикаться я.
— Ладно, — легко согласился Кащей, быстро приближаясь ко мне.
Я расширила глаза и испуганно отступила, придавив лапу Рябе. Та в тот же миг взлетела на голову рыжей лошади с кудахтаньем, и, кажется, я разобрала в этих звуках несколько очень неприличных слов. И откуда они известны сказочной курочке, интересно мне знать?
— Ты чего? — не понял Вышемир. — Я помогу забраться. Или ты и это сама? — он прищурился.
Я оценила размер бедствия: лошадь выглядела непомерно высокой. И со вздохом сдалась.
Пришлось сперва переложить вещи из рюкзака в седельные сумки, а потом Кащей взял меня за талию. Я смотрела на мужчину снизу вверх, на секунду потерявшись в разноцветных глазах. Краска снова залила лицо, мне казалось, на нас смотрит весь двор. Может, так оно и было.
— Вставь ногу в стремя, — скомандовал он после секундного замешательства. Не знаю, что он чувствовал после вчерашнего поцелуя, но виду, что нечто случилось, не подавал.
Я сделала, как он велел.
— Возьмись за поводья, — Вышемир протянул кожаный шнур.
Снова выполнила приказ.
— А теперь закидывай ногу! — с этими словами он резко поднял меня.
Хорошо хоть под платье надела леггинсы! Когда я вскарабкалась в седло и расправила подол, поняла, что сижу слишком высоко. Но все же не дала панике захватить меня. Спокойно, Яся, на ступе ты летела гораздо выше. Да, но ступа слушалась меня, а тут лошадь — живое существо. Откуда мне знать, что у нее на уме?! Однако вопреки опасениям, кобылка стояла смирно.
Я выслушала короткий курс по управлению этим транспортным средством, и Кащей с легкостью взлетел на своего скакуна. Ох, как же у него это красиво получилось, не то что у меня!
К тому времени, когда я разобралась, как хотя бы запустить это животное в указанном направлении, все уже ушли вперед, пройдя через распахнутые настежь ворота. Только Кащей поджидал меня. Ряба устроилась сзади, у нее там оставалось еще достаточно места на спине животного.
— А ты разве не должен возглавлять отряд? — хмуро спросила я его, решив, что лучшее средство спрятать смущение — вести себя грубо.
— Десятник прекрасно знает маршрут, он всех поведет, а я могу пока присмотреть за тобой, — не поддался Кащей на провокацию, сохраняя полное спокойствие.
— Я что, дитя малое? За мной не надо приглядывать! — теперь я начинала злиться по-настоящему. — Н-но! — вспоминая исторические фильмы, ударила пятками лошадку по бокам и, кажется, не подрассчитала силу.
Животное кинулось вперед, я вскрикнула, курица, не удержавшись, осталась где-то позади. Распугивая криком ехавших впереди, я в почти врезалась в них, они в последний момент сумели отпрянуть в разные стороны.
Пыталась остановить лошадь, но та, видно, недовольная неопытным седоком, не желала слушать беспорядочные команды. Я не на шутку струхнула, когда поняла, что это действительно совсем не ступа, которая слушается каждой моей мысли. Лошадь была совершенно неуправляема.
Я услышала, как сзади с хохотом меня догоняет Вышемир. На его плече восседала обиженная Ряба, я увидела это, даже мельком глянув на их компанию.
Мужчина издал какой-то звук, который, наверное, был призван успокоить строптивую лошадку, и, когда она замедлила ход, взял ее за поводья, не переставая смеяться.
— Я поспорил бы с твоим утверждением,
