Читаем без скачивания Лионель Линкольн, или Осада Бостона - Джеймс Купер

Она не договорила. Ее душило волненіе. Ліонелю стало совѣстно, что онъ довелъ до такого состоянія женщину. Онъ успокоился самъ и сталъ успокаивать ее.

— Уходите! Уходите! — говорила она, указывая ему рукою на дверь. — Я только тогда успокоюсь, когда вы уйдете! Оставьте меня одну съ Богомъ и съ этимъ страшнымъ старикомъ!

Онъ боялся оставить ее въ такомъ разстроенномъ состояніи, но скоро вернулся Джобъ, и Ліонель ушелъ.

Вернувшись на Тремонтъ-Стритъ, Ліонель узналъ, что мистриссъ Лечмеръ благополучно возвратилась и легла спать, а также и обѣ ея внучки. Ліонель послѣдовалъ ихъ примѣру и, придя къ себѣ въ комнату, заснулъ послѣ всѣхъ перенесенныхъ треволненій крѣпко-крѣпко, точно умеръ.

Глава XIII

Работай, духъ зла! Ты поставленъ на ноги. Направляйся туда, куда захочешь.

.

Вызванная описанной нами военной экспедиціей тревога pаcпрсстранилась по всему атлантическому побережью и бурнымъ вѣтромъ домчалась даже до западныхъ горъ. Все мужское населеніе отъ Массачусетской бухты до прозрачныхъ водъ Коннектикута поднялось, какъ одинъ человѣкъ. Высчитано было, что послѣ рокового дѣла при Лексингтонѣ за оружіе взялось болѣе ста тысячъ человѣкъ, причемъ двадцать пять тысячъ сосредоточились на полуостровахъ Бостонскомъ и Чарльстоунскомъ.

Гэджъ, опираясь на постоянно усиливавшіяся войска и на огромный военный флотъ, смотрѣлъ на пряближающуюся бурю съ твердостью и въ то же время съ благодушнымъ спокойствіемъ, которое было свойственно его характеру. Совѣтники все время внушали ему мстительныя мѣры, но онъ уклонялся отъ этого и старался, напротивъ, успокоить волненіе мирнымъ воздѣйствіемъ. Впрочемъ, онъ понималъ, что даже съ тѣми войсками, которыя у него теперь были подъ рукой, опасно было бы двинуться вглубь сграны, и что онъ можетъ держаться съ успѣхомъ только на занятомъ англичанами полуостровѣ.

Въ то же время онъ издавалъ противъ мятежниковъ громоносныя прокламаціи, нисколько на нихъ не дѣйствовавшія, и принималъ разныя мѣры, которыхъ, по его мнѣнію, требовало достоинство короны. Но прерогативъ короны американцы не затрогивали. Они въ своихъ петиціяхъ и протестахъ продолжали обличать только министровъ, не задѣвая короля. Министровъ они прямо обвиняли въ беззаконныхъ мѣрахъ, нарушившихъ государственное спокойствіе.

Такъ прошло нѣсколько недѣль послѣ того ряда стычекъ, который получилъ громкое названіе Лексингтонской битвы — по имени того селенія, гдѣ произошла первая схватка. Обѣ стороны энергично готовились къ дальнѣйшей борьбѣ. Зная объ этомъ, Ліонель явился къ командующему воясками и попросилъ для себя опредѣленнаго назначенія. Но генералъ, похваливъ его поведеніе во время злосчастнаго похода, далъ ему понять, что онъ принесетъ гораздо больше пользы дѣлу, если попробуетъ использовать свое вліяніе среди богатыхъ и знатныхъ мѣстныхъ фамилій, съ которыми состоитъ въ родствѣ. Ліонель отвѣчалъ, что въ такомъ случаѣ онъ не будеть пока настаивать на своемъ ходатайствѣ, но если откроются военныя дѣйствія, то снова напомнитъ о немъ генералу. На этомъ пока и остановились.

Чарльстоунскую позицію Гэджъ благоразумно эвакуировалъ, чтобъ сосредоточить всѣ войска въ одномъ мѣстѣ. Съ холмовъ Бостонскаго полуострова было видно, что американцы спѣшно готовятся къ осадѣ. Небольшое селеніе Роксбюри занялъ многочисленный отрядъ съ артиллеріей. и построилъ тамъ земляныя укрѣпленія. Въ англійскомъ лагерѣ ходили слухи, что среди американцевъ появились лица, служившія раньше въ королевскихъ войскахъ и занимавшія важныя должности. Ліонель сдышалъ, какъ называли Томаса и Уарда, людей съ большими познаніями и съ нѣкоторой опытностью въ военномъ дѣлѣ, притомъ же либеральнаго образа мыслей. Конгрессъ Массачусетской колоніи предоставилъ имъ права начальниковъ отдѣльныхъ частсй въ мѣстномъ ополченіи. Называли также Уоррена, который до послѣдняго времени жилъ въ Бостонѣ и не переставалъ протестовать противъ беззаконій, не боясь англійскихъ штыковъ. Передъ Лексингтонскимъ дѣломъ онъ вдругъ исчезъ и принималъ въ немъ выдающееся участіе, бросивъ въ Бостонѣ на произволъ судьбы все свое крупное имущество и прибыльное дѣло. Но самымъ значительнымъ обаяніемъ пользовалось имя Путнэма, крупнаго землевладѣльца изъ сосѣдней Коннектикутской колоніи. Онъ бросилъ свое хозяйство и пріѣхалъ верхомъ за сто миль, чтобы принять участіе въ движеніи.

Такъ прошло три мѣсяца. Въ Бостонѣ англичане повеселѣли, потому что изъ Англіи прибыло еще нѣсколько полковъ. Теперь у англичанъ было тысячъ восемь отличнаго войска. По своей благодушной натурѣ генералъ Гэджъ согласился на размѣнъ плѣнныхъ и такимъ образомъ призналъ американцевъ какъ бы воюющей стороной, а не простыми бунтовщиками.

Въ Филадельфіи собрался конгрессъ изъ делегатовъ соединенныхъ колоній, и такимъ образомъ составился органъ, посредствомъ котораго американскіе колонисты стали дѣйствовать, какъ отдѣльная нація.

Глава XIV

Въ Филиппахъ встрѣтишь ты меня.

На другое утро послѣ сцены въ старомъ магазинѣ Ліонель, какъ только проснулся, сейчасъ же отправился туда опять, чтобы добиться объясненій. Абигаиль Прэй онъ нашелъ въ той же самой комнатѣ, гдѣ она была наканунѣ. Видъ у нея былъ до крайности изнуренный и разстроенный. Она не ложилась и всю ночь провела безъ сна.

— Я къ вамъ спозаранку, мистриссъ Прэй, — сказалъ Ліонель, — но мнѣ очень нужно видѣть старика, который у васъ живетъ. Онъ, вѣроятно, у себя въ комнатѣ. Скажите ему, что я пришелъ.

Абигаиль торжественно покачала головой и проговорила едва слышнымъ голосомъ:

— Онъ ушелъ.

— Ушелъ? — воскликнулъ Ліонель. — Куда же? Давно?

— Надъ нашей страной разразился Божій гнѣвъ. Молодые и старые, больные и здоровые — всѣ хотятъ крови, и Богъ знаетъ, чѣмъ это кончится.

— При чемъ же тутъ Ральфъ? Гдѣ онъ, женщина? Неужели вы посмѣете мнѣ солгать?

— Никогда больше я не скажу ни одного слова неправды, майоръ Линкольнъ, а тѣмъ болѣе передъ вами! Этотъ странный человѣкъ куда-то исчезъ. Вернется ли онъ сюда — я не знаю.

— Надѣюсь, вы его не выгоняли отсюда?

— Помилуй Богъ! Выгонять! Да какое же я имѣю право? Я сама здѣсь, какъ птица небесная. У меня нѣтъ на землѣ никакого пристанища. Я вамъ правду говорю: какъ только взошла луна, Ральфъ и Джобъ отправились вмѣстѣ. Куда, зачѣмъ — ничего не знаю. Ральфъ со мной простился совсѣмъ и наговорилъ мнѣ такихъ вещей, которыя не перестанутъ раздаваться у меня въ ушахъ до самоій смерти.

— Ушелъ къ американцамъ! И Джоба взялъ съ собой! — сказалъ Ліонель какъ бы про себя. — Мистриссъ Прэй, вѣдь это очень опасно для вашего сына.

— Мой сынъ не отвѣчаетъ за свои поступки. Ахъ, майоръ Линкольнъ, что это былъ за прелестный мальчикъ до пятилѣтняго возраста! Лучше его не было во всей Массачусетской колоніи. Но тутъ-то и грянуло наказаніе Божіе за грѣхъ его матери. Отъ болѣзни онъ лишился разсудка, а я — всего, что у меня только было въ жизни. Но, слава Богу, на Джобѣ кончатся всѣ мои грѣхи, потому что третьяго поколѣнія отъ меня черезъ него не будетъ.

— Послушаіте, мистриссъ Прэй, облегчите свою душу, сознайтесь мнѣ въ вашемъ грѣхѣ. Изъ всего, что я слышалъ. я могу заключить, что все это въ значительной степени относится ко мнѣ. Скажите мнѣ все откровенно, а я обѣщаю вамъ. взамѣнъ со своей стороны прощеніе и покровительство.

— Мы всѣ грѣшны и всѣ нуждаемся въ прощеніи, — отвѣтила Абигаиль. — Насъ всѣхъ спасаетъ отъ грѣха только кровь Божественнаго Искупителя.

— Правильно. Но вѣдь вы, повидимому, нарушили законы человѣческія и божескія…

— Это я-то, простая, слабая женщина, нарушила законы божескія и человѣческія? — воскликнула Абигаиль. — Гдѣ ужъ мнѣ было этимъ заниматься! Что вы, маіоръ Линкольнъ! Вы хотите выспросить все у старой дуры, чтобы потомъ потѣшаться надъ ней съ товарищами за обѣденнымъ столомъ. Послушали бы вы, что въ своихъ воскресныхъ проповѣдяхъ говоритъ пасторъ Гунтъ про городскіе грѣхи.

Ліонель видѣлъ, что Абигаиль лицемѣритъ. Ему сдѣлалось противно, онъ сталъ сдержаннѣе въ своихъ рѣчахъ, но долго еще убѣждалъ ее разсказать ему все откровенно; однако, такъ и ушелъ, ничего не добившись.

Подъ вліяніемъ досады на неудачу и невольно зародившагооя подозрѣнія въ томъ, что его внучатная тетка въ чемъ-то противъ него виновата, онъ рѣшилъ въ этотъ же день переѣхать изъ ея дома.

Когда онъ сообщилъ объ этомъ мистриссъ Лечмеръ, то и тетка, и обѣ кузины были очень огорчены. Причиной Ліонель выставилъ необходимость для себя вести извѣстный образъ жизни по случаю открытія военныхъ дѣйствій. Къ нему будутъ постоянно ходить то за тѣмъ, то за другимъ, это будетъ безпокоить всѣхъ и, главнымъ образомъ, слабую здоровьемъ тетушку и т. д., и т. д.