Гера остановился, пытаясь перевести дух. Дрожащими пальцами перевел обезумевший «налобник» в одиночный режим. Совсем недалеко от него, на границе света, сдавленное, точно пробка в бутылке, бесновалось гигантское чудовище. Могучие плечи по-атлантски подпирали своды тоннеля, левая лапа оказалась неудобно зажата между стеной и волосатым бедром. Непомерно огромная голова массивной нижней челюстью прилипла к широченной груди, неожиданно голой. Неестественно вывернутые колени напрягались от невероятных усилий, из последних сил стараясь не сдавить болтающийся между ними, похожий на дохлую змею устрашающих размеров член. Лишь правая лапа все еще обшаривала пространство перед собой, пытаясь схватить «мальца», не пожелавшего расставаться с печенью и прочими вкусными внутренностями. Чудовище что-то мычало сквозь стиснутые зубы, и Герка не сразу разобрал:
— Подойди ближе, малец… Не бойся… подойди ближе…
— Ага… щ-щ-щас! — дрожащими губами прошептал Герка.
Единственным желанием, которое испытывал юноша, было держаться от подземного монстра как можно дальше. Он бы с удовольствием продолжил убегать. О, с какой невыразимой радостью он бежал бы сейчас по собственным следам обратно! И только страх за Лилю не позволял ему повернуться к застрявшей твари спиной и рвануть, сверкнув пятками, к знакомому бомбоубежищу, к заросшему парку, в котором рыщут таинственные сборщики… к свету. Девушка не пришла к нему на помощь, как обещала. Значит, с ней что-то случилось. Возможно, она где-то впереди, в тоннеле, истекает кровью, покалеченная любителем человеческих внутренностей. Быть может, ей нужна помощь. Какую помощь способен оказать человек, добросовестно провалявший балду на всех уроках «безопасности жизнедеятельности», Гера представлял слабо, но все же не мог просто так бросить девушку в этом опасном месте.
Чудовище, крепко засевшее в круглом чреве тоннеля, угомонилось, ненавидящим красным глазом буравя несостоявшуюся жертву. Экономя силы и место, оно лишь тихонько поерзывало, пытаясь освободиться. Но стоило Герке сделать шаг в его направлении, как спертый воздух подземелья вновь затрепетал от раскатистого рева, приправленного, правда, скуляще-обиженными нотками. В попытках дотянуться до мяса, свободная лапа жадно загребала пустоту, яростно пластая ее на лоскуты. Чтобы достать посмевшего сбежать мальчишку, не хватало десятка сантиметров. От этого тварь негодовала еще сильнее. Герка же стоял, ощупывая пристальным взглядом перегородившее проход лохматое тело. Шанс перейти на другую сторону имелся, но шанс крохотный, зыбкий. Выбраться на поверхность, найти полицейских и убедить их спуститься на поимку таджика-оборотня и то казалось более реалистичным. Вздохнув, Гера повернулся к монстру спиной и начал удаляться, постепенно теряясь во тьме перехода. Тот, не ожидая такой развязки, зарычал от злости.
— Стой, малец, — сквозь тесно сжатые зубы захрипело существо. — Не уходи… Не бойся меня… ближе… ближе подойди… Вернись… Иди сюда… ближе…
И будто поддавшись его уговорам, Воронцов, отошедший шагов на пятнадцать, действительно остановился. Стянул с головы неудобный налобник, зачем-то помассировал запястье. А затем, к неописуемому восторгу твари, начал возвращаться, шаг за шагом набирая скорость. К середине пути он уже не просто шел — бежал, фонтанчиками взрывая тягучий ленивый ручеек.
— Бли-и-иже… — свистело чудовище, мысленно погружая клыкастое рыло в теплые, перевитые узлами кишки вредного пацана. — Ближе, малец, еще ближе…
Твердые когти, способные с легкостью срубить молоденькое дерево, должны были вырвать мальчишке глотку и перебить шейные позвонки. После этого разогнавшееся тело по инерции сделает еще несколько шагов, чтобы угодить в дробящие кости смертоносные объятия. И тогда! Тогда останется лишь поднести трепыхающуюся тушку к ненасытному рту, усилием разжать стиснутые челюсти, засунуть в них маленькую голову, чтобы обглодать с нее мясо, высосать скользкие шарики глаз, с наслаждением давя их шершавым языком…
Вместо этого замечтавшийся оборотень увидел, как, опережая мчащегося Герку, в его сторону, вращаясь, летит небольшой предмет, посылающий в разные стороны яркие лучи диодного света. Прежде чем маленький мозг оценил вероятные последствия броска, «налобник» со всей силы впечатался прямо в распахнутый, сочащийся злобой глаз. Взвыв от боли, чудовище совсем по-человечески схватилось за ушибленное место лапой… а Гера, не остановившийся даже на долю секунды, с разбегу запрыгнул на твердое, как камень, бедро подземной твари, оттолкнулся и головой вперед нырнул в черноту между булыжной стеной и мохнатым боком. Там едва-едва хватало места, чтобы юноша смог протиснуться, но он пролетел, даже не зацепившись. Ладони больно стукнулись о камни, локти, не выдержав веса, подогнулись, и Гера неловко рухнул на пол. Ручей немного смягчил падение, вот только уберечь голову от удара не удалось. Приложившись о что-то твердое, Воронцов на время потерял ориентацию в пространстве.
Яростный крик, круто замешанный на обманутых ожиданиях, голоде и боли, звучал совсем рядом. Сильные руки схватили Воронцова за плечи, резко вздергивая на ноги. Неужели людоед все же изловчился развернуться? Не желая погибать зазря, Герка с силой саданул кулаком в темноту перед собой. Темнота испуганно вскрикнула женским голосом, а затем разразилась потоком матерщины, в котором явственно слышался звон серебряных украшений. Хотя, конечно, скорее всего, в ушах у Герки звенело от удара об пол.
— Эй, ты чего, псих ненормальный! — ругалась темнота Лилиным голосом. — Чуть нос мне не сломал! Еле плечо успела подставить! Ты че творишь-то?! Совсем охренел?
Цела. Вот первое, о чем подумал Воронцов, поняв, кто поднимал его с пола. Лиля цела, это самое главное. Значит, с таджиком-оборотнем она, на свое счастье, как-то разминулась. Однако вместо этого он сказал совсем другое.
— Вытащишь, значит, да? — Герка зло сплюнул под ноги. Вообще-то плеваться в темноте занятие неблагодарное, особенно когда кто-то стоит рядом. Потому, строго говоря, сплюнул Герка себе на кеды. — Как только по-настоящему опасно станет, да?
— Да, — не моргнув глазом (в темноте, опять же, было не видно, но Герка чувствовал — не моргнула, точно!) подтвердила панкушка. — Прыгаешь, сломя голову, чуть шею себе не свернул. Скажи спасибо, что я рядом оказалась… Поймала тебя.
— Спасибо? — Гера чуть не задохнулся от гнева. — Спасибо?!
— Пожалуйста, — будто не заметив вопросительных интонаций, бодро ответила Лиля. — Но ты учти, я постоянно рядом быть не смогу! Так что ты это… аккуратнее как-то, лады?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
