Спарта теперь заняла исключительное положение всецело благодаря своему воинственному духу, но вскоре ей пришлось защищать свое главенствующее положение от растущей мощи Фив при царе Эпаминонде. Сражение между ними произошло в 371 г. до н. э. при Левктрах, и его выиграл Эпаминонд, применив неожиданный способ атаки, который в наше время называется «атака en echelon», когда один фланг (в этом случае левый) был выдвинут несколько вперед по отношению к центру, а центр находился несколько впереди правого фланга. Так как левый фланг должен был первым нанести удар по врагу, Эпаминонд сделал его особенно сильным – превратил его фактически в колонну глубиной пятьдесят шеренг. Так как боевой порядок спартанцев представлял собой фалангу глубиной, как обычно, двенадцать шеренг, их правый фланг не смог выдержать удар и был прорван, а атака фиванской кавалерии лишь усилила поражение. Попытки фаланги охватить новый фланг ударной фиванской колонны были пресечены резервом – «священным отрядом» из трехсот лучших гоплитов, который Эпаминонд специально расположил в тылу для этой цели.
Фиванская атака, поскольку она была новым словом в военном искусстве, продемонстрировала огромную изобретательность, стратегический и тактический таланты Эпаминонда. Она, вероятно, была неожиданностью для спартанцев, потому что иначе они не были бы захвачены врасплох и либо укрепили бы свой правый фланг и держали бы там под рукой резервы, либо приготовились бы принять эффективные контрмеры и с еще большей силой обрушиться на голову атакующей колонны фиванцев, их центр и тыл своими силами в центре и левым флангом. Следует отметить, что Эпаминонд на самом деле не изолировал ни одну часть спартанского войска от остальных сил и все части армии спартанцев могли бы действовать вместе. То, что они не сделали этого, следует приписать недостаточному тактическому мастерству спартанского командующего (царя Клеомброта; храбро сражаясь, он был убит. – Ред.).
Битва при Левктрах подняла авторитет Фив и подтолкнула их к тому, чтобы добиваться главенствующего положения в Греции. Но в битве при Мантинее в 362 г., хотя Эпаминонд и повторил свою тактику, примененную в сражении при Левктрах с явным успехом, и прорвал вражеские ряды, он был смертельно ранен, и не было никого, кто мог бы занять его место. В результате победа не досталась никому, и было заключено перемирие, которое практически восстановило статус-кво.
С начала истории и до того времени, до которого мы сейчас добрались в нашем повествовании, Греция так и не стала государством и поэтому не могла оказывать того влияния на мир, которое можно было бы от нее ожидать, судя по высокому интеллекту и сильному характеру ее различных народов, потому что ни одно государство и ни один человек не были достаточно велики, чтобы объединить всех под единым руководством и направить их энергию на одну цель. Греция так и не сумела объединиться. В конечном итоге ее объединил Филипп II, царь полуварварского государства Македония.
Глава 7
ФИЛИПП II МАКЕДОНСКИЙ И ЕГО СЫН АЛЕКСАНДР
Филипп II был сыном Аминты III, царя Нижней, равнинной Македонии, который, приняв военную доктрину, вооружение и доспехи цивилизованных греков, сумел подчинить себе варваров, живших в гористых районах Верхней Македонии, и объединить всю Македонию в одной монархии под своей царской властью.
Аминта умер в 369 г. до н. э. В 367 г. до н. э. в Македонию вторглись фиванцы и увезли с собой Филиппа II, которому тогда было пятнадцать лет, заложником. Фивы были в расцвете своего величия. Их армия была лучшей в мире (преувеличение – очевидно, в греческом мире. – Ред.), а цивилизация хоть и не являлась такой утонченной, как афинская, была более зрелой. На Филиппа II произвело огромное впечатление все, что он увидел, и, когда по окончании трехлетнего пребывания в Фивах он возвратился в Македонию, он был полон планов прославления и себя, и ее. В 358 г. до н. э. он низложил своего племянника, провозгласил себя царем и положил начало своей карьере, которая свидетельствовала о сочетании дальновидности, решительности, смелости, дипломатического искусства и стратегической мудрости, не превзойденном в истории. В это время Македония у греков считалась почти варварской страной. Но Филипп II понял, что Греция безнадежно поделена на кучку беспомощных небольших государств, не способных к согласованным действиям. На протяжении двадцати двух лет Филипп II осуществлял программу дипломатических интриг и запугивания в сочетании с искусным управлением государственными делами, которая постепенно вывела Македонию в первые ряды и сделала очевидным то, что если греческие государства не объединятся против нее, то Филипп II завоюет их всех и объединит под своей властью подобно тому, как его отец объединил когда-то племена Македонии.
Среди множества государственных дел, совершенных Филиппом II, самым важным была модернизация македонской армии. Чтобы полностью оценить важность этого момента, мы должны понимать, что Греция ступила уже на нисходящий путь развития после своих великих побед над Персией в 480 (и 479. – Ред.) г. до н. э., что Персия (Иранская империя персидской династии Ахеменидов. – Ред.), хотя и ослабла, была по-прежнему самой могущественной империей в мире и все еще угрожала задушить единственную (субъективное мнение автора. – Ред.) цивилизацию в мире – греческую.
Филипп II объединял в себе те черты, которые мы видим во всех мужчинах, которые вывели свои страны в лидеры. Если бы не это, он не сумел бы добиться даже своего первого успеха – не сделал бы македонскую армию лучшей в мире. Но благодаря силе своего характера и таланту он сумел не просто заставить народ Македонии наращивать мощь своей армии, а зажечь его воодушевлением и привлечь на свою сторону представителей всех классов общества для радостного участия в этой работе. Сам он был неутомимый труженик, воин, любитель выпить и человек из народа по своим симпатиям и вкусам. Демосфен сказал о Филиппе II: «В своей борьбе за власть и империю он потерял глаз, сломал ключицу, покалечил руку и ногу и был готов принести в жертву любую часть своего тела, которую пожелала бы забрать у него судьба, при условии, что он будет жить с тем, что у него осталось, в почете и славе». Когда мы поймем это, мы можем без труда увидеть, как он организовал грубых охотников-горцев и крестьян из долин в полки и создал македонскую фалангу.
Эта фаланга напоминала греческую, только копья были гораздо длиннее, доспехи легче, а воины не стояли так тесно друг к другу и поэтому имели большую свободу движений. Знатные люди служили в коннице как «товарищи» царя, так как частью военной доктрины Филиппа II было придание коннице большей значимости. Постепенно, вдохновленная примером и энтузиазмом царя, а также все более явно повышающимся мастерством, армия стала гордостью народа, а военные знаки отличия и воинское звание в глазах всех – большими наградами. Это оказало удивительное воздействие на людей во всех смыслах, потому что им прививались такие качества, как храбрость, верность, патриотизм и здоровый образ жизни, а Македония приобрела то, что гораздо эффективнее любого другого качества, делающего нацию сильной, – сплоченность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
