Ведь Александр не был обучен стратегии. Он был рожден и вырос среди войн, и первым человеком, которого он узнал, был величайший стратег его времени – его отец. Александр поставил перед собой совершенно определенную цель, прежде чем покинул Македонию, и эта цель состояла в том, чтобы завоевать Персию. Александр знал, что для осуществления этого он должен делать шаг за шагом, и каждый раз он не должен оставлять могущественных врагов, которые могли бы причинить ему беспокойство с тыла. Если бы он отправился из Исса на восток, преследуя Дария III, он оставил бы позади себя не только Сирию и Египет, но и огромный финикийский флот, который являлся стержнем персидского флота. Поэтому Александр настойчиво продолжал добиваться своей изначальной цели и двинулся вдоль побережья в направлении сирийских городов.
Тремя главными городами были Арвад, Сидон и Тир – большие торговые центры Финикии, объединенные в союз. Это было бы сильное трио, если бы они были бескорыстны и действовали сообща. Но, подобно большинству торговых корпораций, их цели были эгоистичны, и в результате они достигли меньшего даже в материальном плане, чем в ином случае. В качестве иллюстрации можно сказать, что за несколько лет до разворачивающихся событий Сидон восстал против Персии, и два его города-побратима пообещали поддержать его. Но Тир и Арвад договорились между собой не помогать Сидону и позволить персам его сокрушить, чтобы они могли получать прибыль с торговли, которую он потеряет. В нынешней сложившейся ситуации Арвад и Библ, который в какой-то степени занял место Сидона, подчинились Александру.
Из «Истории Греции». С разрешения «Макмиллан и К°»
Когда Александр достиг окрестностей Тира, он выразил желание посетить город, но жители города, не зная, каков будет исход его войны с Персией, побоялись скомпрометировать себя и не дали ему на это разрешение. Александр понял, что завоевать Тир необходимо, потому что город был морской базой не только Финикии, но и Персии, а единственный способ свести на нет мощь персидского флота состоял в том, чтобы уничтожить его базу. (К этому времени господство на море перешло к греко-македонскому флоту, так как основная часть персидского флота, состоявшая из финикийцев, после победы македонцев при Иссе разбежалась по домам. Так что взятие Тира – в назидание всем остальным – наказание за неповиновение. – Ред.) Но захватить Тир было непросто для полководца, имеющего только гоплитов и конницу, потому что Тир был окружен огромной стеной, очень толстой и высокой, и стоял на острове, отделенном от берега более чем полумилей глубоководья.
Что бы вы сделали, если бы были Александром?
Александр построил насыпную дорогу. Первая часть работы была легкой, но чем дальше в море устремлялась насыпь, тем труднее шла работа, потому что дно становилось все глубже, строители попадали в зону обстрела метательными снарядами с острова, а из двух гаваней Тира выходили суда и тоже обстреливали строителей. Для защиты людей Александр велел возвести на дамбе две башни, на которые были подняты военные машины для метания различных снарядов, и к ним были приделаны кожаные занавеси, которые выполняли функцию щитов. Тогда тиряне построили брандер и пустили его на дамбу. В результате были подожжены башни и военные машины, а в это время находившиеся поблизости тиряне, сделав вылазку, метали дротики в македонцев, которые пытались потушить огонь.
Александр, будучи Александром, не дрогнул и немедленно приступил к расширению дамбы, чтобы она могла вместить больше башен и военных машин. Он также отправился в Сидон и раздобыл несколько кораблей, которые должны были помочь ему в его действиях. Затем внезапно эскадры финикийских городов Арвада и Библа, которые находились в Эгейском море, узнали, что их города покорились Александру, прибыли в Сидон и тоже сдались ему. Так как этих кораблей было восемьдесят, да еще вскоре прибыли другие корабли из других городов, расположенных сходным образом, а также с Кипра, царь которого тоже подчинился Александру, то он в конечном итоге стал обладателем около двухсот пятидесяти трирем (триер) и поэтому стал сильнее на воде, чем сами тиряне.
Подготовившись, Александр подошел к Тиру с наветренной стороны со всем своим флотом, правым крылом которого он командовал, как всякий талантливый полководец. Тиряне не приняли вызов на бой, но выстроили свои триеры поперек входа в свои гавани и перекрыли вход в них. Дамба к этому времени дошла уже до острова, а лучшие механики, которых могли предоставить Кипр и Финикия, уже построили необходимые метательные машины. Некоторые из них были поставлены на дамбе, а другие разместили на старых боевых и транспортных кораблях. Но они могли сколь-нибудь существенно разрушить стену с восточной стороны, которая имела сто пятьдесят футов (свыше 45 м) в высоту и огромную толщину, из-за которой осажденные отвечали яростным градом метательных снарядов, запущенных с помощью специальных приспособлений. К тому же суда с метательными машинами Александра не могли подойти достаточно близко к стене из-за больших камней под водой.
Александр расставил боевые корабли с лебедками рядом с этими камнями, чтобы попытаться утащить их. Но тиряне вышли на лодках и перерезали якорные канаты триер, так что они не удержались на месте и уплыли. Александр ответил тем, что разместил лодки рядом с якорями, и тогда пловцы из Тира подобрались и перерезали канаты под водой. Наконец, были привезены цепи, с помощью которых триеры можно было удерживать на месте, пока оттаскивали подводные валуны. После этого суда с метательными машинами подошли близко к стене. Тогда тиряне сделали большую полотняную ширму, за которой они собрали триеры и более мелкие суда, укомплектованные отборными бойцами, и с них внезапно атаковали суда Александра. Александр немедленно начал контрманевр небольших судов, которые он сам повел на корабли тирян, да с таким ошеломляющим успехом, что с того момента тиряне больше не делали попыток наступательных действий, а ограничились чисто пассивной обороной.
Эта пассивная оборона закончилась так, как заканчивались все пассивные обороны, – бесславной капитуляцией, но после того как были пробиты бреши в стенах и убиты несколько тысяч человек (8000 горожан пали в бою, 30 000 были проданы в рабство. – Ред.).
Падение Тира дало Александру и его вновь обретенному флоту господство на море и убрало последнее препятствие в Сирии и Финикии к его движению на юг. Но в южном конце Палестины, перед тем как берег поворачивает на запад, возвышалась огромная крепость филистимлян – Газа. (Газа была построена филистимлянами, но после того, как в VIII в. до н. э. этот регион был завоеван Ассирией, население стало другим. – Ред.) Она стояла на возвышенности, и так как между ней и побережьем простиралось более двух миль (3,2 км) песка, флот Александра не мог помочь ему. Механики Александра заявили, что стены нельзя штурмовать ввиду огромной высоты холма, на котором они стоят. В ответ Александр приказал построить вокруг города крепостные валы такой высоты, чтобы на них можно было установить военные машины на уровне стен. Так как наилучшие шансы были с южной стороны, работы там начались очень быстро. Вскоре прибыли военные машины, которые использовались в Тире; под стены были сделаны подкопы, и в конечном итоге, пробив в стенах бреши в разных местах, македонцы ворвались в Газу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
