Но это еще не все. Германская химическая промышленность обеспечивала каждую боевую ракету и каждый самолет-снаряд тонной взрывчатки. Кроме того, концерн «ИГ Фарбен» наживался на производстве алюминия и сверхлегированных металлов, потребность в которых с началом изготовления ракет резко возросла. Так, он поставлял 60% синтетического криолита для получения алюминия электролитическим путем. Подчиненная «ИГ Фарбен» компания «Титан-гезельшафт» в Леверкузене принимала участие в производстве жаростойких легированных сплавов, а другие предприятия концерна выполняли заказы по изготовлению изоляционных материалов.
Несмотря на налеты англо-американских бомбардировщиков, трест «ИГ Фарбен» сумел сконцентрировать в 1943 году для осуществления самой важной для вооружения ракетной программы огромные производственные мощности. Об этом говорят следующие цифры. Доля «ИГ Фарбен» в общем объеме производства алюминия всей гитлеровской Германии составила в 1943 году 8%, никеля, соответственно, – 95, сжатых газов – 100, взрывчатых веществ – 84, пороха – 70%49.
Таким образом, концерн «ИГ Фарбен», производивший для эсэсовцев-убийц газ «циклон-Б», при помощи которого в концлагерях были уничтожены миллионы узников, принадлежал к числу тех, кто наиболее активно участвовал в производстве ракет и более всего наживался на них. Это мог бы, кстати, подтвердить и тогдашний генеральный директор «Ферейнигте алюминиумверке АГ» Людгер Вестрик, который в качестве представителя этой компании являлся членом директивного «Промышленного совета по изготовлению авиационного оборудования»50. Но Вестрик, разумеется, упорно молчит, ибо в послевоенное время стал статс-секретарем боннского министерства экономики и теперь его можно видеть на приемах с «большим федеральным крестом за заслуги со звездой и лентой».
В этой связи небезынтересен и такой факт. В 1943 году, когда при поддержке СС началось серийное производство ракет и самолетов-снарядов, Гиммлер получил от «круга друзей» крупный подарок – свыше 1100 тысяч марок. В сопроводительном письме подчеркивалось, что эта сумма предназначена на решение «вновь возросших задач» гиммлеровской черной гвардии. Кто же преподнес эсэсовцам такой жирный куш? То были «Сименс-Шуккерт-верке АГ», «Бош-верке», трест «ИГ Фарбен», «Дейч-американише петролеумгезельшафт», «Рейнметалл-Борзиг», «Ферейнигте штальверке АГ», «Миттельдейче штальверке АГ», «Дейче банк», «Дрезднер банк» и другие монополистические объединения гитлеровской Германии. Тем самым они выразили свою благодарность за многомиллиардные военные заказы, гарантировавшие им баснословную прибыль. Эсэсовцы не только давали, но и получали.
Зная всю эту закулисную сторону начавшегося в 1943 году производства фашистских ракет, можно понять, почему даже в марте 1945 года, всего за пять недель до безоговорочной капитуляции гитлеровской Германии, производство ракет «А-4» все еще не только продолжалось, но даже превышало запланированную месячную норму (600), составляя 900 штук.
Германские монополисты до последней минуты делали все, дабы противники Гитлера гибли от смертоносного груза их многотонных дьявольских «сигар». А тотально проиграв свою тотальную войну, они принялись бесстыдно восхвалять предпринятое ими массовое убийство детей, женщин и стариков. Западногерманский журнал «Шпигель», например, писал в 1955 году: «8 сентября 1944 года стартовала на Англию первая несшая боеголовку весом в тонну ракета дальнего действия – самое крупное, после атомной бомбы, техническое достижение периода второй мировой войны... За ней последовали еще 4300 ракет, прежде чем русские (имеется в виду Советская Армия. – Ю. М.) захватили Пенемюнде, а американцы – подземные заводы в Гарце»51.
Так в Федеративной Республике Германии задним числом делают рекламу фашистскому «чудо-оружию»! Правда, при этом невольно признается, что именно Советская Армия первая положила конец этому гитлеровскому злодеянию. Налеты англо-американской авиации не смогли обуздать фашистов. Хотя к весне 1945 года ею и было разрушено немало германских городов, производственные мощности «ИГ Фарбен» на 90% уцелели. Пору тяжелых страданий немецкого народа от бомбежек благополучно пережили и другие германские военные монополии, такие, как «АЭГ» и «Сименс», многие десятилетия связанные с англо-американскими финансовыми кругами.
Хотя брауновские ракеты «А-4» и выдавались за «крупное техническое достижение», в них было множество существенных технических недоделок. Когда в 1942 году Герману Оберту впервые было разрешено взглянуть на ракету «А-4» (Вернер фон Браун из карьеристских соображений не подпускал его близко к «чудо-оружию»), он сразу же подверг критике ее явно устаревшую конструкцию. Но высокомерные сотрудники экспериментальной ракетной базы Пенемюнде обошлись с ним, как с несмышленым школяром. Предложения Оберта были похоронены в сейфах, а ему сказали: «У нас нет больше времени для улучшений»52. И действительно, участники ракетного бизнеса торопились. Их целью была прежде всего та баснословная прибыль, которую могла принести ракета, пусть даже технически несовершенная – лишь бы побыстрее и побольше! Сам же Герман Оберт покинул Пенемюнде и сразу же предложил свои услуги связанной с вермахтом компании «Вестфелиш-Ангальтише шпренгшттоф АГ» в Рейнсдорфе около Виттенбера, где до конца войны разрабатывал собственное «чудо-оружие», а затем бежал на Запад.
Исчезнувшая ракета
Не успели двух немецких офицеров, тяжело пострадавших от автомобильной катастрофы, доставить в ближайшую варшавскую больницу, как туда сразу же прибыл отряд полевой жандармерии, который оцепил все входы и выходы. Судьба обоих майоров, ставших жертвами столкновения их машины с военным грузовиком, весьма беспокоила гитлеровское командование. Но спасти офицеров не удалось. От поляков, принудительно работавших в больнице в качестве вспомогательного персонала, не укрылась паника и суета немцев. Было видно, что погибшие считались людьми «незаменимыми». Одной из польских медсестер удалось разузнать, что оба гитлеровских офицера служили на каком-то секретном объекте в Мьелеце – маленьком городке в 250 километрах юго-восточнее Варшавы.
Об этом сразу же сообщили польским подпольщикам-антифашистам. В партизанском штабе призадумались: что за «незаменимые» гитлеровцы обретаются в Мьелеце и что они там делают? Посланный туда партизанский разведчик Рафаль Ежи Кукульский, по подпольной кличке «Рафаил», обнаружил там, на юге Польши, новое гнездо фашистских ракетчиков.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
