— Забывать вообще глупо, — заметил Мэтью. — Это ведь опыт.
— Ты еще скажи: побольше бы такого опыта каждому!
— Нет, этого желать нельзя. Но если уж так случилось, нужно воспринимать как опыт. И делать выводы.
— И какие ты сделал?
— Разнообразные. Рита, тебе действительно нужно это знать?
Она отвернулась к окну, стараясь казаться равнодушной.
— Мне просто любопытно.
— Ну, если просто любопытно, то я отвечу: я решил, что еще не гожусь для серьезных отношений или что вообще для них не гожусь. Пока я не разберусь, что во мне не так, я не стану рисковать сделать несчастной какую-нибудь женщину.
— Ты разве сделал Линду несчастной?
— Она так сказала. И ушла потому, что была счастливее с другим человеком. Разве не очевидно?
Рита почувствовала, что прибить готова эту Линду. Что она наговорила Мэтью при расставании?
— В любом случае это не слишком подходящая тема для разговора, — закончил Мэтью. — Поэтому давай поговорим о чем-нибудь попроще. Ты хочешь есть? Я с удовольствием съел бы сандвич. Остановимся у ближайшей заправки?
Элен распахнула дверь не задумываясь, кто еще мог явиться в такой час, кроме задушевной подружки Синтии, соскучившейся за прошедшее время и жаждавшей посплетничать вволю? Элен только вчера вернулась из Франции, еще и сумку разобрать толком не успела, потому что телефон просто разрывался.
— Привет, Си…
Нет, это была не Синтия. На пороге стоял человек, которого Элен увидеть уж точно никак не ожидала. Впрочем, гость сам разрешил все сомнения.
— Здравствуй, дочка.
Ах, дорогой папочка. Элен не улыбнулась, не сделала ни одного движения, просто стояла и ждала продолжения.
— Можно с тобой поговорить?
— Говори. — Она пожала плечами.
— На пороге?
Медленно, нехотя Элен отступила в коридор и махнула рукой в сторону кухни.
— Вон туда. Ботинки можешь не снимать.
В коридоре было полутемно, а в кухне горела яркая лампа — Элен не выносила тусклого света. Дейк уселся на табуретку рядом с покрытым красной скатертью столом, Элен осталась стоять в дверях. Ее почему-то колотила мелкая дрожь, хотя, казалось бы, отчего?
Здесь, при ярком свете, она смогла как следует разглядеть отца. Дейк сильно постарел, был уже почти не похож на фотографию, которая когда-то стояла на туалетном столике мамы, сама Элен его уже очень давно не видела, ни она, ни папочка встреч не жаждали. А еще при взгляде на него у Элен в мыслях возникало одно слово — опустился. Старые мятые брюки, неглаженая рубашка, пыльные потрескавшиеся сандалеты. Бороду отрастил, клочковатую и будто пыльную. Неудивительно, что Элен его сразу не узнала.
— Какая ты стала… красавица, — сказал Дейк после продолжительного молчания.
— Какая есть. Что тебе нужно?
— Могла бы и повежливее обращаться с родным отцом, — хмыкнул Дейк.
— Биологически ты мой отец, не спорю. И в детстве я тоже верила в Санта-Клауса и в доброго папочку. Только вот я давно уже не ребенок и во всякие глупости не верю.
— Ты обижаешься, что мы редко видимся? — Дейк покачал головой. — Ох, дочка, если бы ты знала, какая у меня жизнь…
— Никакая жизнь не может быть настолько тяжелой, чтобы забыть о любимой дочери, — отрезала Элен. — А уж позванивать точно можно.
— Ну извини меня, пожалуйста! — с отчаянием воскликнул Дейк. — Что мне сделать, чтобы ты меня простила?
Неожиданно Элен стало его жалко. Сидит сгорбившись, пришел мириться, а она его пинает… Может быть, все-таки не такой он плохой человек? Но простить ему многолетнее молчание вот так сразу… Хотя первый шаг сделать можно в ответ на его первый шаг. Элен коснулась подаренного Ритой крестика под блузкой. Она никогда не была истинно верующей, настоящей приверженкой англиканской церкви ее не назовешь, но все же Господь учил прощать.
— Чаю хочешь?
— Да, конечно, — обрадованно закивал Дейк. Элен щелкнула кнопкой электрического чайника, достала из сушилки красивые чашки, поставила на стол вазочку с печеньем.
— Так зачем ты все-таки пришел? Только не говори, что соскучился.
— Так и есть. Я понял, что поступил неправильно, когда расстался не только с твоей мамой, но и с тобой тоже. Впрочем, это она меня выгнала…
Вот так поворот! Элен едва не рассыпала сахар.
— То есть у тебя проснулась совесть? После стольких лет? Мило.
— Можешь говорить что угодно. Я позвонил твоему дедушке, и он сказал мне, где вы с мамой отдыхаете. А так как мне нужно было во Францию по делам, я решил, что заодно навещу вас.
— Что-то я тебя там не видела.
— А я приходил, когда ты уже уехала, — прищурился Дейк. — И застал только твою мать с каким-то жиголо.
Элен очень аккуратно поставила сахарницу.
— Что?
— Пока ты, доченька, сидишь здесь, в Лондоне, твоя мамочка завела курортный роман с полным отморозком, — зло сказал Дейк. — Я попытался достучаться до ее разума, но она осталась глуха к справедливым доводам. Я очень хотел бы восстановить с ней отношения, но, кажется, она полностью очарована этим мерзавцем и не собирается меня слушать. А ее любовник посмел прибегнуть к рукоприкладству, чтобы прервать нашу беседу.
— Как выглядит этот жиголо? — спокойно поинтересовалась Элен. Внутри что-то закипало, как в старинном чайнике. С бульканьем. Еще немного — и пар пойдет. Нет, она все-таки не ошиблась, встретив отца холодно. Видимо, за прошедшие годы он если и изменился, то лишь к худшему.
Дейк принялся с упоением расписывать Мэтью черными красками, не обращая внимания не выражение лица дочери. Элен же боролась с желанием огреть папочку сковородкой прямо сейчас. Ни о каком прощении речи уже не идет. Надо себя сдерживать, не распускать руки. Вдруг убьет ненаглядного родителя, куда потом девать труп?
— Твоя мать, — вещал Дейк, — ведет себя как проститутка. Оставила тебя одну, выгнала небось с виллы, а сама там забавляется с молодым любовником. И совершенно не ценит любовь, которую я хочу ей предложить.
— Папа… — сладким голосом сказала Элен.
— Да, дочка? — улыбнулся Дейк.
— Иди ты… — тем же тоном произнесла девушка.
Дейк опешил.
— Что ты сказала?!
— Иди ты, — посоветовала Элен. — Не понял с первого раза? И если еще раз посмеешь явиться, я из тебя котлету сделаю. Я восточными единоборствами занимаюсь. Впрочем, это было уже после того, как вы с матерью разошлись, так что ты наверняка не в курсе. Вали отсюда, папочка.
— Вот ты какая… — медленно произнес Дейк.
— Вот такая.
— Да, сразу видно, в кого ты пошла!
— Имеешь в виду, что я вся в тебя? Убирайся! — Элен взялась за сковородку. На той еще сохранились остатки ужина. Ничего, так будет даже смешнее, будто в глупой американской комедии. — А то кликну соседа Майкла. Он в полиции работает.
