— Вот ты какая… — медленно произнес Дейк.
— Вот такая.
— Да, сразу видно, в кого ты пошла!
— Имеешь в виду, что я вся в тебя? Убирайся! — Элен взялась за сковородку. На той еще сохранились остатки ужина. Ничего, так будет даже смешнее, будто в глупой американской комедии. — А то кликну соседа Майкла. Он в полиции работает.
— Родному отцу полицией грозит! Ну ладно, как хочешь, — Дейк поднялся. — Имей в виду, я приходил по-хорошему, ты сама меня слушать не захотела. Вы обе еще пожалеете!
— Уйдешь ты или нет?! — крикнула Элен. — У меня терпение иссякает.
Дейк встал и пошел к двери. На пороге остановился и скорбно взглянул на Элен, но та по-прежнему держалась за сковородку. Он вздохнул и удалился, хлопнула входная дверь. Элен отпустила ни в чем не повинную посуду, кинулась в коридор и заперла дверь на все замки.
После этого она вернулась на кухню, налила себе чашку чаю, села к столу… и вот уже тогда заплакала.
Остин Шэнкс распахнул дверь громадного внедорожника.
— Прошу, прекрасная дама.
Голос с манерами не сочетался: глухой какой-то и невыразительный, про такой говорят — пропитой. Да и сам Остин выглядел странно, насколько Рита смогла разглядеть в свете, падавшем из салона: коренастый, с уродливым шрамом на левой щеке и губы какие-то кривые. Рита одернула себя: нельзя так придирчиво рассматривать человека, который тебя выручил.
— Спасибо, — улыбнулась она Остину и скользнула на заднее сиденье, широченное, как диван.
Мэтью устроился впереди — видимо, о чем-то им с Остином надо было поговорить. Шэнкс занял водительское место, и джип взревев рванул вперед, рассекая темноту.
— Спасибо, Остин, выручил ты нас, — кивнул другу Мэтью.
— Не за что, — буркнул Шэнкс. — Не такая уж это и сложная процедура… Как работник правовой структуры, я должен добавить — к сожалению. А теперь осталось проехать, но тут проблем не возникнет. Покажу удостоверение, скажу, что доставляю свидетелей по делу…
Рита улыбнулась, и тут ожил ее мобильник в сумочке.
Звонила Элен. Рассказанные ею новости заставили Риту мгновенно позабыть о предстоящем рискованном этапе — переходе (вернее, переезде) границы. Кое-как успокоив дочь, Рита выключила мобильный и встревоженно посмотрела на Мэтью.
— Элен говорит, Дейк приходил к ней и пытался говорить про меня гадости.
— Сволочь! — высказался Мэтью. — Мало я его проучил. Что мы будем делать?
Как же хорошо слышать это «мы»… Так просто, без лишних вопросов и сомнений. Рита одернула себя: не забывайся! Мэтью просто чувствует свою вину перед Элен за сложившуюся ситуацию. И Дейка тоже он с террасы кидал…
— Элен уверяет, что ничего страшного не случилось и что она просто послала папочку в пешее эротическое путешествие, даже не дослушав, что он ей там говорил. Она уверена, что он больше не посмеет появиться. Но я беспокоюсь. Вдруг он все-таки будет ей докучать?
— Все равно мы уже через несколько часов будем в Лондоне, — рассудительно заметил Мэтью. — К сожалению, мы не можем полететь самолетом, паспорта у тебя как не было, так и нет, но Остин ездит быстро.
Последовала еще одна усмешка со стороны Шэнкса.
— Но, я думаю, Элен права и больше Дейк не появится. Он трус, — продолжил Мэтью. — А трусы не суются туда, откуда их однажды решительно выставили.
— Как грустно сознавать, что однажды я так ошибалась в этом человеке, — посетовала Рита. — Он не казался мне трусом. Даже когда мы разводились, я сохраняла подобие уважения к нему. Он тогда не закатывал мне скандалов, безропотно отдал опеку над Элен… Правда, полбизнеса отсудил, но это тоже было справедливо, работали-то вместе. А теперь… что с ним стало? Будто все самое плохое вылезло наружу, а хорошие качества погребены под слоем мусора.
— Надеюсь, что после того решительного отпора, что вы с дочерью ему дали, он исчезнет окончательно.
Рита не была так в этом уверена. Дейк отличался упрямством, а сейчас, когда ему нужны деньги, он может так просто не отстать. Наговорит гадостей общим знакомым, которые еще остались. Впрочем, на это можно не обращать внимания. Что он может сделать? Только злословить.
13
Почти весь остаток путешествия Рита проспала на заднем сиденье джипа, будто провалившись в черный омут. Ей никакие сны не снились, она даже не ощущала, как потряхивает иногда машину — на железнодорожных переездах или на объездной дороге. Но, проснувшись, Рита мгновенно вспомнила вчерашнюю ночь и звонок Элен.
Остин и Мэтью о чем-то оживленно разговаривали вполголоса, чтобы не потревожить свою спутницу. Заметив, что она проснулась, Мэтью улыбнулся.
— Доброе утро. Завтракать будешь?
— А у нас даже есть завтрак? — зевнула Рита.
— Конечно. Приступай! — Перед нею оказался лоток с гамбургерами, картошкой фри и колой. — Вредная еда из «Макдоналдса».
— Американский подарок всему человечеству, — восхищенно сказала Рита и впилась зубами в гамбургер.
— Это Англия, мадам! Здесь есть все! — провозгласил Шэнкс и улыбнулся. Сейчас, при утреннем свете, Рита разглядела его лучше. Улыбка у него была хорошая, хотя шрам значительно портил симпатичное в общем-то лицо.
— А вы с Мэтью давно друг друга знаете? — спросила она для поддержания разговора.
— За одной партой вместе сидели, — пояснил Остин. — Я его еще тогда из неприятностей вытаскивал.
Рита жевала гамбургер и задумчиво смотрела в окно. Там простирался знакомый пейзаж, накрапывал мелкий дождик… Вот и все, отпуск закончился. Границу, судя по всему, благополучно миновали, пока Рита спала. Опасность, казавшаяся такой зримой и осязаемой (что все-таки делает с законопослушными гражданами шанс нарушить правила!), теперь исчезла. Скоро эта поездка завершится полностью и от нее останется лишь горсть воспоминаний. Рита прикрыла глаза. Перед мысленным взором замелькали, словно кадры кино, яркие картинки. Ослепительный песок, бирюзовое море, улыбающийся Мэтью, Мэтью, Мэтью…
Дорога стелилась под колеса. Мэтью любил размеренный бег хорошей машины по шоссе. До Лондона оставалось полчаса езды, скоро начнутся утренние пробки на въезде.
Рита сидела, отвернувшись к окошку. С момента звонка Элен она была вся на нервах, хотя делала вид, что все в порядке. Конечно, неприятна такая настойчивость бывшего мужа… Но чем ей можно помочь, да и захочет ли она? Мэтью считал, что не должен лезть не в свое дело. Вряд ли они еще увидятся. Рита даже не предложила обменяться телефонами… Впрочем, он и не спрашивал. Не решался. Черт бы побрал проклятые свойства характера, не позволяющие навязываться! Можно ведь выдавить из себя фразу «Рита, запиши мой номер…», но нет, это смерти подобно! Так и с Линдой было. Только Линду он не имел возможности потерять из виду, жили в одном доме, а звонить в Лондоне на мобильный телефон Элен и узнавать адрес мамочки будет слишком… цинично, что ли? Нельзя так поступать с девушками. И с женщинами. Ни с кем нельзя. А молчать можно?
