— Как давно? — прервал его Ричард.
Улик провел пальцем по костяной рукоятке кинжала, прикидывая.
— Очень давно... Когда только образовалась Д’Хара. Наверное, несколько тысячелетий назад...
— И что же?
— Одним словом, узы возникли в те времена. Первый магистр Рал объял своей силой, своей магией весь д’харианский народ, чтобы защитить его.
— Ты хочешь сказать, чтобы править им? — поднял бровь Ричард.
Улик покачал головой.
— Это было взаимное соглашение. Дом Ралов, — он постучал по букве «Р» у себя на груди, — должен был стать магией, а народ — сталью. Мы защищаем его, а он, в свою очередь, нас. Мы связаны друг с другом.
— Зачем волшебнику защита сталью? Волшебник владеет магией.
Улик, скрипнув кожей, облокотился на колено и наклонился вперед, серьезно глядя на Ричарда.
— Вот вы владеете магией. Всегда ли она вас защищала? Вы не можете все время не спать, все время смотреть, кто у вас за спиной, и магия вам не поможет, если нападающих много. Даже волшебник умрет, если ему перерезать горло. Мы нужны вам.
Поразмыслив, Ричард не мог не согласиться с тем, что услышал.
— И все же — какое отношение эти узы имеют ко мне?
— Магия связывает народ Д’Хары с магистром Ралом. Когда магистр умирает, эта связь переходит к его наследнику — если тот наделен даром. — Улик пожал плечами. — Узы — это и есть магия. Все д’харианцы их чувствуют. С самого рождения. И благодаря этим узам мы узнаем магистра. Когда магистр Рал рядом, мы ощущаем его присутствие. Так мы вас и нашли. Чем меньше расстояние, тем сильнее чувствуются узы.
Ухватившись за спинку стула, Ричард резко наклонился вперед.
— Ты хочешь сказать, что все д’харианцы чувствуют мое присутствие и знают, где я нахожусь?
— Нет. Это нечто большее. — Улик сунул палец под нагрудник и с наслаждением почесался. Он явно не знал, как объяснить лучше.
Бердина поставила ногу на лавку и, облокотившись на колено, пришла ему на помощь.
— Видите ли, прежде всего мы должны узнать нового магистра Рала. Узнать и признать его власть. Признать не путем какой-нибудь церемонии, а скорее в душе. Мы можем и не хотеть признавать этого человека, как было в предыдущем случае, но, если он магистр, тут уже никуда не денешься. Это выше нас.
— Иными словами, это некий род веры.
Лица всех присутствующих просветлели.
— Да. Именно так это лучше всего объяснить, — кивнул Иган. — Как только мы признали его власть, до тех пор, пока магистр Рал жив, мы связаны с ним узами. Когда он умирает, новый магистр Рал занимает его место, и тогда мы уже связаны узами с ним. Во всяком случае, именно так должно быть. Но в этот раз что-то пошло не так, и Даркен Рал, или его дух, каким-то образом удержал часть себя в этом мире.
Ричард выпрямился.
— Врата. Шкатулки в Саду Жизни — врата в нижний мир, и одна оставалась открытой. Но когда я вернулся две недели назад, то закрыл ее, и Даркен Рал отправился в подземный мир — теперь уже навсегда.
Улик потер ладонь о ладонь, и мышцы на его руках вздулись буграми.
— Когда Даркен Рал умер в начале зимы, вы произнесли речь перед Дворцом. Многие д’харианцы, которые слышали вас, поверили, что вы — новый магистр Рал. Но некоторые — нет. Кое-кто по-прежнему связан узами с Даркеном Ралом. Должно быть, так случилось потому, что эти врата, о которых вы говорите, были открыты. Такого раньше никогда не бывало. Во всяком случае, я никогда ни о чем похожем не слышал. Вернувшись, вы не только уничтожили при помощи вашего дара дух Даркена Рала, но и нанесли поражение восставшим офицерам, которые не признали вас. Изгнав дух Даркена Рала, вы разорвали узы, связывавшие его с ними, и убедили всех во Дворце, что вы — магистр Рал. Теперь они верны вам. Весь Дворец. Они связаны узами только с вами.
— Как и должно быть, — решительно закончила Райна. — Вы обладаете даром. Вы волшебник. Вы — магия против магии, а д’харианцы, ваш народ, — сталь против стали.
Ричард поглядел в ее темные глаза.
— Об этих узах, об этой истории насчет магии против магии и стали против стали я знаю меньше, чем о том, как быть волшебником, а о волшебстве я не знаю почти ничего. Я не знаю, как пользоваться магией.
Мордсит некоторое время смотрели на него, а затем рассмеялись, словно он удачно пошутил.
— Я не шучу. Я не знаю, как пользоваться своим даром.
Холли хлопнула его по плечу и указала на Гратча.
— Вы управляете животными, в точности как Даркен Рал. Мы этого не можем. Вы даже с ним разговариваете. С гаром!
— Ты просто не понимаешь. Я спас его, когда он был еще совсем маленький. Я вырастил его, только и всего. Мы с ним подружились. Это не магия.
Холли снова хлопнула его по плечу.
— Может, для вас это и не магия, магистр Рал, но никто из нас на такое не способен.
— Но...
— Сегодня на наших глазах вы стали невидимым, — сказала Кара. Она уже не смеялась. — Вы будете утверждать, что и это не магия?
— Ну да, полагаю, это магия, но не совсем та, что вы думаете. Вы просто никак не поймете...
Кара выгнула бровь.
— Магистр Рал, для вас такие штучки обычное дело, потому что вы наделены даром. А для нас это магия. Неужели вы предполагаете, что любой из нас может сделать то же, что и вы?
Ричард провел ладонью по лицу.
— Нет, вы этого сделать не сможете. И все-таки это не то, что вы думаете.
Райна одарила его тем взглядом морд-сит, который обязывал к повиновению. У Ричарда моментально отнялся язык. Хотя он не был больше пленником морд-сит и эти женщины теперь стали его союзницами, обучение эйджилом быстро не забывается.
— Магистр Рал, — произнесла Райна, и ее тихий голос наполнил все помещение, — в Народном Дворце вы сражались с духом Даркена Рала. Вы, обычный человек, сражались с духом могущественного волшебника, который вернулся из мира мертвых, чтобы уничтожить всех. У него не было тела, это был призрак, существующий только благодаря волшебству. С ним вы могли сразиться лишь с помощью своей собственной магии.
Она перевела дух и продолжала:
— Во время битвы вы метали молнии, и эти молнии, порожденные магией, уничтожили восставших генералов, которые желали победы Даркену Ралу. В тот день все, кто еще не был связан с вами узами, стали ими связаны. За всю нашу жизнь во Дворце не витало столько магии, как в тот день.
Она наклонилась к Ричарду, по-прежнему не спуская с него своих темных глаз, и голос ее зазвучал громче:
— Это была магия, магистр Рал. Нас всех должен был поглотить мир мертвых, но вы нас спасли. Вы выполнили свою часть договора. Вы были магией против магии. Вы — магистр Рал. Мы отдадим свои жизни за вас.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
