я это. Без девчонок всё это было... даже не пресным, каким-то бессмысленным. Так что вылез я довольно быстро и именно в этот момент меня поймала вожатая.
– Семён! Что ты тут делаешь?
Сама она была в мокром купальнике. И вообще вся мокрая, так что очевидным был ответ: "То же что и вы.". Однако хоть какую вежливость соблюсти надо, потому ответил честно и прямо:
– Купался.
– Надо искать Шурика.
– Может и правда вызвать милицию?
– Нет, подожди! Давай сами постараемся что-то сделать. И вообще, ты же пионер! Значит, взаимовыручка для тебя обязательна!
– Хорошо! Сейчас отнесу вещи домой и пойду, поищу.
– Молодец! – похвалила меня вожатая и снова направилась к воде.
В общем, бред какой-то. Не, я понимаю, у всяческих вожатых всегда есть желание разрулить ситуацию без привлечения внешних сил и, следовательно, всяческих административных бедствий на свою больную голову, нот тут вообще финишъ какой-то творится. Или считают, что раз тут один из Девяти ошивается, ему и все проблемы разруливать? Дудки! У меня свой спецпроект.
Короче, бросил я шмотки, выбрался в центральный коммуникационный узел этой химеры (в смысле, на площадь с памятником), стою, размышляю, куда бы пойти прогуляться... в смысле, делать вид, что что-то там ищу. Может и правда прогуляться до старого лагеря? Похоже, ночной экскурсии в катакомбы мне не избежать. Пока размышлял, ко мне подошла Два Че:
– Кого стоим, чего ждём?
– Согласно высочайшего распоряжения иду искать пропащего Шурика. Вот думаю, откуда начать?
– Пошли искать вместе!
– А пошли! Предлагаю прогуляться до лодочной станции и с умным видом посмотреть в воду. А там как раз и обед.
Алиса рассмеялась, потом бросила на меня странный взгляд, словно у неё в душе шла какая борьба, и сказала:
– Знаешь, давай ко мне забежим, надо кое-то захватить.
Ну надо, так надо. Зашли. Стою, смотрю, пытаюсь прочитать по обстановке: что из себя представляет Два Че?
– Кстати, тут мы с Ульянкой живём, – говорит она зачем-то.
Не могу удержаться и спрашиваю:
– И кто тут главный погромщик?
– Нахал! – заявляет Команданте и отвешивает мне шутливый подзатыльник. Мы вместе смеёмся.
– Ну так что ты хотела взять? – спрашиваю.
Алиса замирает на секунду, кусает губу, но всё же говорит:
– А, да, подожди здесь минутку...
И убегает. Дверь ожидаемо заперта. Столь же ожидаемо окно не смогло устоять против Аллохаморы. Почему через окно? Потому, что я не уверен в отсутствии страховочного наблюдателя возле двери. И сама Алиса может об этом и не знать. У окна вряд ли, но я всё равно проверяю местность, переключившись на видение ауры. Человеческой ауры в пределах досягаемости не наблюдаю и спокойно эвакуируюсь.
Уже на улице, прикрыв окошко, маскируюсь по полной боевой программе: останавливаю внутренний диалог и представляю плотное серое облако, которое меня окутывает. Всё как-то глохнет и сереет. Дальше надо самому расслабиться, сбить фокус внимания, ни на что не смотреть пристально... не глазами, ни на чём не сосредотачивать внимание, скользить по всему краем сознания, воспринимать всё сразу и ничего одновременно. Приём надёжный, проверял ещё в той реальности, когда на полёвке, в орочьем прикиде прошёл среди бела дня через эльфийский лагерь. Ощущение, правда не из приятных, словно бухой средней тяжести, но ради дела потерпеть можно. Дальше можно уже не прятаться, меня теперь заметят только если столкнуться лоб в лоб, или если кто-то сядет мне на колени . Но не столкнутся и не сядет. Будут обходить, уворачиваться, но замечать не будут. Так что я спокойно выхожу на дорожку и сажусь на скамеечку возле дома. Надо объясниться с Два Че, но делать это следует после того, как вожатая прочистит ей мозг.
Ждать пришлось не долго.
– ...вы сами всё увидите, – донеслось до меня и уже через несколько секунд к домику подошли Алиса и Ольга Дмитриевна.
Алиса с гордым видом отперла дверь, зашла внутрь. Вожатая, сложив руки на груди, осталась стоять на пороге. И на лице у неё было написано, что даже окажись там внутри некий Семён, даже в самом непотребном виде, она с радостью поверит оправданиям этого самого Семёна. Просто из принципа. Но тут её задача существенно облегчилась: домик был пуст. Она дождалась, пока Алиса выскочила наружу, вся из себя такая удивлённая и обескураженная, и спокойным голосом спросила:
– И что же я должна была увидеть?
Плана "Б" у Алисы явно не было, поэтому она попыталась что-то промямлить:
– Э... понимаете...
И тут вожатая начала звучать. Звук это был звонким, чистым, очень мощным и вдохновенным. Он разносился не только по проявленной реальности, он достигал самых глубинных слоёв варпа. Пока она звучала, все навигаторы[3] были сбиты с толку, потому что в варпе, хоть и на короткое время, возникло сияние, сравнимое по мощи со светом Астрономикона[4]. А по реальности проявленной прошла заметная даже простым глазом рябь.
Вожатая возвестила, что Двачевская достала её в край. Что со стороны Двачевской несколько не логично, сначала целоваться с парнем при всех, тискаться с ним по тёмным местам (что за хрень? Мы реально песни пели под гитару!) и даже купаться с ним ночью голой (а это-то она откуда узнала?), а потом обвинять его в домогательствах. А учитывая поведение самой Двачевской после карточного турнира, тут ещё
