соответствующего положения. И, возможно, когда-нибудь потом вернусь за тем, что мне принадлежало прежде, уже не с пустыми руками.
— А для этого тебе нужны знания Блэков?
— Для этого мне нужно всё, что можно пустить в ход, — не стал скрывать Кайнетт. — Сила, знания, ресурсы, деньги, связи. Я не охочусь исключительно за тайнами Блэков, если ты об этом. Просто и они тоже могут пригодиться сейчас, когда единственный мой актив — собственные знания и опыт.
— В очередной раз допустим, ты говоришь мне правду. Проверить я всё равно не могу… Но зачем тогда тебе эти детишки в школе? Зачем собирать вокруг себя людей?
— Потому что мне нужны последователи. Но не первые попавшиеся. Те, кому необходима магия и кто с её помощью собирается не только зелень резать на салат и мотаться от работы домой и обратно. Мне нужны те, кто готов думать, кто готов понимать мистические науки, изучать, развивать дальше. Сейчас здесь поблизости таких людей нет. А значит, придётся их подготовить самому. Кому-то ведь я обязан передать собственные знания.
— А просто жить, как обычный человек, раз уж тебе выпал шанс? — предложил Блэк вполне серьёзно. — Закончить спокойно школу, создать нормальную семью? Раз ты теперь свободен от долгов и обязательств.
— Это было бы предательством, — ответил маг без колебаний. — Отказаться продолжить дело предков, поставить свои интересы выше долга — это безответственно. Обычный обыватель может подобное себе позволить. Тот, кто следует путём магии — нет. Обязательства перед самим собой никуда не делись и не денутся, даже если я остался без семьи.
— То есть, с твоей точки зрения, я — предатель? — усмехнувшись, спросил Блэк. Но сразу же сам и сказал, понимающе улыбаясь: — Хотя можешь и не отвечать, я ведь это презрение в голосе и так постоянно могу расслышать. Только не тебе меня судить, профессор.
— Да, я уже понял твоё отношение к чистокровным, — прохладным тоном закрыл тему маг. — Кстати, и что же тогда, по-твоему, хорошего в том, что я — один из них? Ты упомянул вначале, что тут есть две стороны.
— Что? Ах, это… Когда Лунатик рассказал о тебе, и что ты выбрал подружку Гарри себе в ученицы, что постоянно проводишь время рядом с ней, я всерьёз испугался за девочку. Но потом понял, что ты к ней даже не прикоснешься. Ещё бы, к «грязнокровке», — добавил волшебник, снисходительно глядя на собеседника. Затем добавил: — Побрезгуешь…
— У вас здесь, в Британии, очень отсталые представления о селекции и наследовании дара, я это уже давно заметил, — скучным менторским тоном отозвался Арчибальд. — Как же, лишь бы два поколения не было «маггловской крови» и плевать на всё остальное — чистокровный статус превосходит всё на свете. Как формально, как же поверхностно… А важно совсем не это, значение имеют лишь способности, которые достанутся следующим поколениям. У девочки есть голова на плечах, а ещё неплохой для первого поколения магический резерв, удачная комбинация из нескольких стихийных элементов, один из которых у нас с ней ещё и совпадает… Её дети будут иметь хороший потенциал.
— Что?! — Блэк отчётливо побледнел и потянулся за мистическим знаком, одновременно поднимаясь из кресла.
— Жаль, что у нас такая ужасная совместимость, — демонстративно этого не замечая, продолжил Кайнетт. — Остаётся лишь как самый последний вариант, но я бы предпочел подыскать другую. А чистокровная, магглорождённая или вообще полукровка от нечеловеческой расы — это уже детали, лишь бы был достойный потенциал. Прямой корреляции у вас тут нет, насколько я успел заметить, что бы пропаганда "чистокровок" ни вещала. Да и в любом случае, будет это ещё не скоро. Так что я предпочел бы больше не слышать шуток на данную тему. Я ведь тоже порой люблю… пошутить.
Маг дождался, пока волшебник медленно опустился в кресло и выдохнул, тихо пробормотав что-то, должно быть, означающее согласие. Наверняка, с этой местной манией чистокровности, подобный взгляд на поиск пары для Сириуса звучал невероятно. По крайней мере, от представителя старого рода. Что лишь подтверждало — здесь давно уже руководствовались лишь престижем и предрассудками о силе чистокровных, а не реальными исследованиями и научно рассчитанным потенциалом для усиления потомства. Это стоит изменить. А пока — далеко не факт, что наследница даже древнего рода будет для него подходящей парой, если её предки руководствовались чем угодно, кроме увеличения силы. Думая об этом, Арчибальд, как ни в чём не бывало, спросил:
— Я удовлетворил твоё любопытство, Блэк? С чего бы тебя вообще так заинтересовали мои цели?
— Потому что я хочу знать, какое место в своих планах ты отводишь Гарри, — вернув себе невозмутимость, ответил Сириус. Но палочку он теперь держал под рукой. — И уже исходя из этого, я буду решать, насколько стоит прикладывать усилия, помогая тебе.
— Планы? В моих планах ему нет места, — ответил маг, пожав плечами. Затем пояснил, не дав Сириусу воспринять это как угрозу: — Поттер меня интересует лишь как ключ к новой гражданской войне. Если будет уничтожен этот недолорд или значимость мальчишки просто окажется изрядно преувеличена, то пусть живёт как хочет. Я не собираюсь мешать тебе или оборотню воспитывать его, но и драться за ребёнка с директором не буду, если у того иные планы. Сами разберётесь, не маленькие, да и у него же хоть какая-то своя голова должна быть. Сколько ему уже, четырнадцать?
— Будет через неделю. Просто… Гарри — это всё, что осталось от нашего братства, от Мародёров. Джеймса и Лили больше нет, Хвоста я своими руками превратил в безмозглый овощ, Рем давно поставил на себе крест… да и со мной ещё неизвестно, как обернётся теперь, — негромко произнёс Блэк. Похоже, он был честен и решил не скрывать своих мотивов. — А за него я горло любому перегрызу… но я не знаю — кому именно, вот в чём самая большая дрянь. Мы не имеем представления, чьё тело занял тот урод, это знал только Крауч. Да, пацана охраняют, но ведь любой случайный человек, выглядящий как кто угодно, может просто подойти к нему возле дома или на Косой Аллее, дотронуться до плеча… и «хлоп!», аппарация через всю страну к какому-нибудь схрону, где их искать можно до второго пришествия. Единственная мысль, которая меня успокаивает — Сам-знаешь-кто прямо им сказал, что парень должен прийти
