- А как же люди из рабочего комитета, которых увезли? Неужели об их судьбе так ничего и не известно?
Кулак покачал головой.
- Сгинули они... Только после этого, аккурат годика через три, появились в этих местах дьяволы - не люди, не звери. Народ местный, старательный, кличет их ревунами, и в лес теперь ни ногой. А приходят ревуны эти откуда-то из-за болота...
- Постой-постой! - остановил я его, охваченный внезапной догадкой. - Уж не хочешь ли ты сказать, что это те самые... Но, тогда они мутанты!
- Я тебе сказал все, что знал, - прищурился Кулак, - а ты уж сам решай, что к чему. Ты, видать, парень смышленый, а мы люди темные. - Он снова отхлебнул из кружки бродило.
Как он только его пьет? Вонь стоит, как на болоте! Я поморщился. Кулак бездумно уставился в одну точку перед собой. Крупные капли пота катились по его небритым щекам, стекая за воротник рубахи на волосатую грудь, но он не обращал на это никакого внимания.
- Так значит, ревун ищет Наоку? - нарушил я молчание.
Кулак вздрогнул, посмотрел на меня мутными глазами.
- Наоку?.. А! Не... зачем ему Наока?.. Да и помер он давно.
- Ты имеешь в виду, деда Наоку? - уточнил я.
- Его, а кого же еще? - Кулак уставился на меня непонимающим взором.
- Кто же ему тогда нужен? Может быть ты? - Я посмотрел в его пьяные глаза.
Кулак усмехнулся.
- Я ему что? Разве башку мне по ошибке отвернет, как Зыку!..
- Тогда кто? - допытывался я.
- Хо! - неожиданно выпалил он.
- Хо? - изумился и в тоже время обрадовался я столь неожиданному совпадению, но постарался не подать вида. - Кто это? Ты его знаешь?
- Как будто! - ухмыльнулся Кулак. - Хо был управляющим на этом самом заводе, и рабочие из комитета считали его повинным в случившемся... Но он был ни в чем не виноват, и даже сам пострадал во время взрыва.
- Пострадал?
- Да. Его ранило каким-то осколком с этой дрянью, и он долго болел потом. Ведь он знать-то не знал о том, что делается на заводе. Несчастный человек! - вздохнул Кулак и снова приложился к кружке.
- Ну, а ты-то, откуда об этом знаешь? - недоверчиво спросил я.
Кулак хмуро посмотрел на меня, словно, решая, стоит ли говорить мне об этом. Сказал неохотно:
- Хо был моим другом...
- Был? - Я пристально взглянул ему в глаза. - Он что умер?
- Может и так... - уклончиво ответил он, и мне показалось, что староста старателей уже не так пьян, как прежде.
- Так значит, ты говоришь, Хо был управляющим на заводе Наоки в то самое время, когда там произошла эта авария? - снова заговорил я, чтобы продолжить разговор. Мне хотелось, как можно больше узнать про этого Хо.
- Верно, - согласно кивнул Кулак. - И после, когда Наока-дед отдал богу душу, он работал в их компании и был вхож в семью Наоки-сына. Вот только внуку чем-то не угодил, и начались тут все его несчастья...
- Чем не угодил?
Кулак посмотрел на меня необычно трезвыми глазами.
- Ясное дело чем!.. Хотя, ты-то об этом ничего не знаешь, - спохватился он, и добавил: - Тут дело семейное!
- Семейное? Ничего не понимаю!
- Где уж тебе понять-то, землянину! - ухмыльнулся Кулак. - Обычные прихоти богачей. Когда умер Наока-дед, компания перешла в руки его сына, стало быть, отца Наоки нынешнего. Хо и Наока-отец одного возраста были, и у обоих сыновья росли. Многие рассказывали об их необычайной дружбе, но больше всего разговоров ходило о красавице невесте сына Хо. Девушка эта была не из простой семьи. Отец ее видный промышленник. Но сама она не кичилась своим богатством. Поговаривали даже, что тайно она имела связь с тогдашними мятежниками. Помогала им деньгами, и все такое. Но потом все открылось, разразился страшный скандал, и папашка отправил дочку в провинцию, с глаз долой, значит. Вот там-то они и познакомились: сын Хо и эта девушка. Любовь у них, конечно, случилась, и всякое такое. А потом, значится, назначили они и день свадьбы... но свадьбы-то так и не получилось!
- Почему?
- Да ты слушай, не перебивай! - обиделся Кулак. - Вот оно все как вышло-то. Как раз перед самой свадьбой этой, незадолго совсем, послали Хо в провинцию, улаживать, стало быть, дела какие-то: то ли компания не платила старателям, то ли еще чего, не знаю. Только начались там беспорядки. Сами-то они жили тогда в Южной столице... Ну, Хо, само собой, поехал. А куда деваться-то? Вот тут-то, как раз по отъезду его, между отцом и сыном Наоками произошла большая ссора. Из-за чего уж там дело все вышло, не знаю, никто этого не знает, только наутро Наока-старший отдал богу душу...
- Убийство?
- Я же сказал, не знаю! - Кулак пожал плечами. - Врачи говорили, что больное сердце... Только не верю я в это! Видел я Наоку как-то раз, приезжал он к нам на прииск. Крепкий мужчина! Нечисто здесь все было, потому, как дня два после этого на своем гравиплане разбился сын Хо. Вот оно, почему и свадьбы-то не было. Вместо свадьбы, значит, поминки справлять пришлось...
- А Хо?
- Хо, конечно, ни сном, ни духом! Его к тому времени услали еще дальше в леса, на отдаленные рудники.
- А ты-то сам, откуда знаешь про все это? - удивился я его осведомленности.
- Я-то? - Кулак хитро прищурился. - О чем Хо рассказывал, а что в газетах читал, да и земля слухами полнится. Да ты слушай! Ну вот, приезжаю я как-то в столицу (Линь-Шуй видный город!), и так это, для забавы больше, покупаю газетенку там какую-то. И что ты думаешь, я там прочел? А вот что: так, мол, и так, в будущую среду состоится свадьба уважаемого господина Наоки и девицы Кунти Садор, приглашены высокие гости и все желающие. Вот так-то!
- Ну и что? - удивился я. - Что тут странного?
- Да, странного, пожалуй, действительно ничего, - покачал головой Кулак. - Только лишний раз убеждаешься, что нельзя доверять обещаниям женщин, потому что коварству их, порой, нет предела! Вот оно, как получается...
- Да, о ком ты говоришь, черт возьми?! - не выдержал я.
- О ком? Да, о ней, о невесте сына Хо! О ком же еще? Ведь это она тогда вышла замуж за Наоку!
- Как?
- А вот так! Давно он по ней сох-то! Видать, сильно она его за живое задела, раз он и друга из-за нее предал, и отца в могилу свел. Наока-то, отец, прознал про все это и, поговаривали, сильно недоволен был на сына, потому как твердых принципов был мужчина. Видать, в тот день они и повздорили из-за этого. Хотя, конечно, и власти Наоке-младшему тоже хотелось не меньше, вот он дорогу себе и расчищал!.. По большому счету, ее я тоже понять могу, хотя Хо мне и друг. Не имеем мы права осуждать ее тепереча. Тяжело ей тогда было, одной-то на всем белом свете! Опять же, и о ребенке подумать надо было...
- Постой! - перебил я его. - О каком ребенке ты тут говоришь? У Наоки, что есть дети?
- Да, дочка, - кивнул Кулак. - Славная девочка! Вся в маму, такая же красавица!.. А ты не знал как будто?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
