Он настойчиво кашлянул, призывая посмотреть на себя. Профессор кивнул в знак понимания, но тем не менее продолжал писать.
Вайдел впервые в жизни ощутил, что чувствуют просители перед важными государственными чиновниками. Ощущение было крайне неприятным. Но вот Бэрд соизволил оторваться от письма и посмотреть на посетителя. Перед ним сидел уверенный в себе парень с очень знакомым лицом. Где-то он его видел, но вот где? Он сморщил лоб, пытаясь вспомнить.
– Я Леон Вайдел, профессор, – пришел ему на помощь посетитель.
Бэрд обомлел. Ник просил прослушать какого-то типа с музыкальными способностями, о приеме знаменитостей речь не шла.
– Вы что, хотите поступить в нашу консерваторию? – Бэрд не мог понять, для чего в этом случае нужно было встречаться именно с ним, рядовым профессором.
– Нет. Мне достаточно и колледжа. Мои слушатели не интересуются научными степенями. Я пришел поговорить с вами о Софи Фокс.
Профессор сморщился. Он считал Софи бездарностью. О чем тут можно еще говорить?
– О, Софи очень трудолюбивая студентка, – корректно ответил, стараясь никого не задеть.
– Но совершенно бездарная, – закончил за него Вайдел.
Профессор несколько растерялся. Он-то решил, что знаменитость пришла просить быть помягче с мисс Фокс, но получилось наоборот.
– Не стесняйтесь в выражениях, профессор. Я их никому передавать не собираюсь. К тому же вы не можете сказать мне ничего такого, чего бы не знал я сам.
– Откровенно говоря, Софи типичный пример родственных и дружеских лобби, – жестко определил профессор. – В консерватории ей не место. Если бы это был колледж, то еще был бы смысл его закончить. Играть она все равно не сможет. Во всяком случае, в серьезном оркестре.
– Но она сможет закончить консерваторию, профессор? Или это бесполезно?
Бэрд тягостно вздохнул.
– Если она более-менее прилично сыграет на экзамене, то ее, конечно, выпустят. Вопрос в том, сможет ли она это сделать?
– Играет она деревянно, это факт. Но если побольше порепетирует…
– Вы оптимист, Вайдел. Конечно, если постарается, то консерваторию закончит. Вот только что будет дальше…
– Жизнь странная штука. Что будет дальше, никто не знает. Вы только ее не клюйте уж чересчур, профессор. Она из тех, у кого от замечаний опускаются руки. Если будет спрашивать обо мне, скажите, что отговорили меня от поступления в консерваторию. Учтите, для нее я просто Алекс.
Он попрощался, оставив профессора в полнейшем недоумении. Ему показалось, что по его кабинету пронесся шквал, которому невозможно противостоять. Вот что значит по-настоящему харизматическая личность! Ему и в голову не пришло возражать, хотя прежде он никогда не считал нужным выполнять чьи-то там просьбы.
Вечером Вайдел постучал к Софи. Она открыла и насмешливо поинтересовалась:
– Позвонить ты не сообразил?
– А это мой отличительный знак. Я всегда стучу к друзьям условным стуком, – и он снова трижды с интервалами стукнул в дверь. – Запомнила?
Хмыкнув, она опасливо взглянула на глазок соседской двери. Там что-то мелькнуло, или это ей показалось? С подчеркнутой вежливостью пригласила его войти и закрыла дверь.
– Кофе? – она попеняла себе, что поленилась купить обычные чашки. Вдруг Алекс вздумает согласиться? Еще одного экстрима, подобному предыдущему, дядюшкиным бокалам точно не пережить.
– Нет, спасибо! – Вайдел подумал о том же, и решил не рисковать.
Софи чуть слышно выдохнула скопившийся в легких воздух. Уже легче! Но его следующие слова снова заставили ее насторожиться:
– Я пришел проконтролировать процесс подготовки к экзамену.
– Зачем? – это прозвучало у нее слишком подозрительно, и он не преминул ей на это указать:
– Ты боишься, что, пока занимаешься, я стащу у тебя драгоценные дядины бокалы?
– Здесь не только бокалы есть, – дотошно уточнила Софи. – Бокалы, – это мелочь. Здесь и других ценностей полно.
– Да? А зачем тогда ты впускаешь в дом незнакомых людей? Хочешь дядьку без имущества оставить?
На это явную провокацию она даже отвечать не стала.
– Если хочешь слушать, то слушай молча, – и королевским взмахом указала на кресло.
Вайдел сел со словами:
– Молча не буду. Я же сказал: пришел контролировать процесс, а не наслаждаться твоим сомнительным искусством. Начинай!
К своему удивлению, от его привычных подколок ей стало легче. Она начала играть, наблюдая за его указующей рукой. Ей все было понятно: вот тут нужно сыграть мягче, здесь потянуть звук, а тут перейти на стокатто. Проиграв все, опустила скрипку в ожидании замечаний.
– Лучше, лучше, – задумчиво поощрил придирчивый слушатель. – Но до приличной оценки еще далеко. – Он перечислил ее ошибки и скомандовал: – Давай еще раз.
Она сыграла еще раз пять, прежде чем он разрешил:
– Ладно, на сегодня хватит. Что собираешься делать в выходные?
Софи сердито постучала носком о паркетный пол. Получилось что-то вроде барабанной дроби.
– Поеду домой. Мама велела приехать.
– А с чего столько недовольства? Ты что, не любишь бывать дома?
– Не особенно, – кисло призналась она. – Все учат жить. Я же самая младшая.
– Да? Расскажи про свою семью! – он не попросил, а потребовал.
– Я тебе о ней уже говорила, – заупрямилась Софи, но под его взыскательным взглядом все-таки сказала: – Кроме родителей, у меня еще есть брат и сестра. Оба старше меня и жутко любят поучать.
– Ага, вот откуда у тебя страсть к морализаторству! Это у вас в крови. Семейная традиция, так сказать, – уверенно констатировал Вайдел. – Но все-таки поездка домой не должно вызвать у тебя столь негативную реакцию. К поучениям ты давно привыкла. Тут что-то другое. Может, скажешь правду?
Софи пришлось признаться:
– Ник проговорился брату, что мы с тобой знакомы.
– И что? – Вайдел не понял, в чем прикол.
– Они недовольны.
До него наконец-то дошло.
– Им не нравится, что ты водишься с простым водопроводчиком?
– Что-то в этом роде. Понимаешь, мама родилась в аристократической семье.
– Понятно, она сноб. – Вайдел на мгновенье призадумался. – Ну, хорошо, отдыхай. До встречи!
И ушел. Софи убрала скрипку и печально пропела несколько строчек из популярной когда-то песенки «он забыл меня навсегда». Конечно, кому понравится такой снобизм? К тому же она и сама совсем недавно считала его человеком второго сорта. Хотя сама-то полный ноль в том деле, которое для себя выбрала, пусть и не совсем добровольно, но и не сопротивляясь.
На следующий день купила билет на электричку, и отправилась в пригород Лондона, где жили родители. Сестра с мужем и брат тоже должны приехать, так что вся семья будет в сборе. Софи знала, что с ней обязательно проведут профилактическую беседу на тему неравенства интеллектуальных возможностей, воспитания и образования, и приготовилась по возможности перенести все спокойно.
