Позднее установили периодическое отношение между атомными весами тел и другими их свойствами. Эта идея была разработана, проверена, приложена ко всем известным фактам и дала возможность установить более рациональную классификацию химических веществ. Менделеев еще глубже исследовал вопрос и придал ему полноту, приложив это периодическое отношение к будущим открытиям, так что теперь можно безошибочно обозначить наперед свойства неизвестных еще элементов. Великий русский химик, исходя из того принципа, что «химические и физические свойства простых элементов составляют периодические функции масс атомов этих элементов», расположил элементы в группах в порядке возрастания их атомных весов. Таким образом, получилась таблица, где собраны все до сих пор известные элементы, но со значительными промежутками между ними. Менделеев утверждал, что эти промежутки будут заполнены впоследствии открытием новых, еще неизвестных элементов, и заранее определил физические и химические свойства их.
— О! — произнес Редон со вздохом, похожим на мычание. — Кровь прилила к голове, в глазах мутится, хочется рычать, стрелять из револьвера, разбить что-нибудь!.. Леон, дружище, говори со мной по-китайски, по-ирокезски, по-патагонски, на овернском и нижнебретонском наречии, но, ради нашей дружбы, ради всего, что тебя трогает, не говори более химическим языком!.. Умоляю тебя!..
— Но все это очень ясно, не правда ли, Жан? — сказал Леон. — Вы хорошо поняли?
— Гм!.. Мне кажется, я могу сформулировать тезис: так же как Леверье мог сказать астрономам после своих вычислений: «Там существует планета, ищите ее», так и Менделеев может сказать химикам: «Там существует элемент, ищите его».
— И его находят. Упорные, настойчивые умы долго бились и, наконец, заполнили некоторые пробелы в Таблице элементов Менделеева. Для примера назову вам галлий, открытый нашим соотечественником Лекоком де Буабодраном, скандий, открытый шведом Нильсоном, и германий, открытый немцем Винклером; все свойства этих элементов в точности соответствуют тому, что предвидел Менделеев… Со своей стороны и я пожелал прибавить свое звено в эту цепь. После долгих трудов мне удалось открыть леоний.
В этот момент послышался громкий храп: Редон, отчаянно боровшийся против одолевавшего его сна, сдался на милость Морфею, то же сделал Жан, и Леон, посмотрев на друзей, решил, что и ему не мешает последовать их примеру.
ГЛАВА 9
Серьезный случай. — Спасение. — Тяжелые раны. — Неожиданность. — Тоби 2-й. — Выводы полицейского агента. — Удивление пострадавших. — Приходится покинуть участок. — Возвращение. — Тоби не терял времени.
Печальный случай увенчал открытие золотого гнезда, найденного Леоном Фортеном с помощью таинственной буссоли.
Не подлежит сомнению, что лето действительно неподходящее в этих местах время для земляных работ: несмотря на крайние предосторожности, всегда следует опасаться обвалов, которые могут заживо погрести под собой неосторожных рудокопов. Другой, не менее страшной опасностью для золотоискателя является выделение газов.
Лестанг и Дюшато усердно работали на участке. Усомнившись сначала в чудесных свойствах буссоли Леона, они теперь горячо уверовали в нее и, подстрекаемые жаждой наживы, трудились, не жалея ни сил, ни пота, откапывая почву, кое-как подпирая стены ямы и углубляясь все больше и больше.
На третьи сутки случилась та катастрофа, какую и следовало предвидеть: произошел обвал и началось сильнейшее выделение газов.
Жан, Марта и Жанна возвращались из леса с вязанками дров, а Леон и Поль вертели ворот над ямой, доставая со дна с помощью большого ведра золотоносные комья земли, добываемые канадцами. Вдруг послышались какой-то глухой шум и страшные крики: «Помогите! Помогите!» Одновременно с этим из ямы распространился удушливый, отвратительный запах сероводорода. Не теряя времени, Леон спрыгнул на дно ямы, имевшей полторы сажени глубины, и, убедившись, что рабочих засыпало чуть не до половины, крикнул: «Скорей давайте лопаты, заступы! На помощь!» К спасательным работам подключились Жан, обе девушки и Поль Редон. К счастью, выделение газов прекратилось и на дне можно было дышать, хотя и с трудом. Подгоняемые страхом за своих друзей, молодые люди работали с удвоенной энергией, и спустя два часа удалось, наконец, высвободить двух несчастных, без признаков жизни, с запекшейся кровью на губах.
Удрученная горем, Жанна бросилась к отцу, которого считала уже мертвым, испуская раздирающие душу крики. К счастью, Леон имел очень серьезные медицинские познания, и после двухчасовых усилий Дюшато и Лестанг были возвращены к жизни. Первый получил несколько ран, а второй сломал ногу. С большой ловкостью Леон с помощью Жана и Поля занялся лечением. Раненые испытывали большое облегчение, но — увы! — на долгие недели оказались неспособными ни к какой работе. Следовало во что бы то ни стало возвратиться в Доусон-Сити, чтобы посоветоваться с врачом и обеспечить беднягам необходимый уход.
Это значило: вся летняя кампания потеряна и новые раскопки участков придется отложить до конца зимы! Однако, ко всеобщему изумлению, оба канадца были рады случившемуся.
— Наконец-то мы освободились от дела! — говорил старик, с благодарностью пожимая руки Леона. — Теперь обстоятельства не будут противодействовать вам!
— Да, — прибавил Дюшато стоически, — слишком большое счастье искуплено теперь нашими страданиями. Чтобы ублажить судьбу, требовалась жертва — и ею явились мы! А вы, господин волшебник, будете… человеком легендарным… откроете в долине Юкона громадную сокровищницу золота… гору или пещеру… «Мать золота»… Вы найдете ее, найдете!
В этот момент бедно одетый человек, утомленный дорогой, вежливо приблизился к нашей компании. Он был один и, должно быть, шел долиной вдоль речки.
Оба раненых находились уже в палатке вместе с девушками. Молодые люди вышли, чтобы позаботиться о возможно быстрой перевозке Лестанга и Дюшато в Доусон, и здесь, увидев незнакомца, ответили на его поклон с заметной холодностью: печальное приключение с мнимыми полисменами сделало их подозрительными. Однако пришедший, нисколько не смутившись, любезно проговорил:
— А! Месье Редон… Как я счастлив видеть вас!
Удивленный журналист внимательно посмотрел на незнакомца и вдруг воскликнул:
— Тоби!.. Вы здесь, мой бравый Тоби! — и, протянув обе руки, обменялся коротким дружеским пожатием. Затем прибавил: — Дорогой Леон, позволь представить мистера Тоби, правую руку знаменитого Мельвиля. Мой добрый Тоби, рекомендую — мой друг Леон Фортен, первая жертва «Красной звезды»!
