Джульетт поняла, что все это время она не дышала. Она готовилась к битве, но это было совершенно лишним.
– Мама оставила кое-какие бумаги, и, насколько я поняла, она хотела, чтобы я знала своих родителей.
– Понятно, – ответил сэр Роджер и снова внимательно посмотрел на нее. – А ведь у тебя глаза моего сына, – сказал он со вздохом, – а линия губ точь-в-точь как у матери.
Даже предполагая, что он вспомнит ее мать, могла ли Джульетт думать, что он помнит все до мельчайших подробностей.
Словно прочитав ее мысли, сэр Роджер обезоруживающе улыбнулся.
– Тебя удивляет, что я это помню, и это понятно, ведь не каждую горничную помнят после двадцати с лишним лет, но твоя мать действительно была незабываемой женщиной, – покачал он головой, выбивая трубку. – А еще я очень рад, что ты нашлась.
Она никогда не слышала таких слов ни от кого из аристократов (Сара не в счет, конечно), но ведь Бэнфорды сделали все, чтобы выгнать и унизить ее мать, а теперь сэр Роджер говорит, что рад ее видеть.
– Моя любимая жена, – продолжил он, и в его голосе снова зазвенели стальные нотки, – умерла десять лет назад. Наверное, она бы не была довольна тем, что произошло сегодня утром. Но я всегда думал об этом дне, хотя боялся не дожить до него. Ведь то, как мы поступили с твоей матерью, всегда лежало тяжелым камнем на моей душе. – Он протянул руки и обнял Джульетт. – Я уже стар, Джульетт, и могу делать все, что я захочу, где я захочу и когда захочу. В мире есть немало людей, которым мои чувства не пришлись бы по душе, но мое слово – закон, как для моего бизнеса, так и в моей семье. Как только я вернусь в Лондон, я поговорю со своим нотариусом.
Джульетт не знала, что и сказать.
– Ох, я не знаю. Я надеюсь, что вы-то понимаете, что я пришла совсем не ради этого…
– Тс-с, – оборвал он ее на полуслове, – узнаю кровь твоей матери. Помни, что никогда нельзя обижать старуху судьбу отказами и неблагодарностью. Так что иди и напоследок поработай еще несколько дней в услужении, чтобы не портить праздник для леди Уайтхолл. Сразу я вряд ли смогу дать тебе денег, но я настаиваю на том, что тебе не пристало работать служанкой.
Она кивнула. Это ей было понятно, непонятным оставалось лишь то, чем ей следует заниматься вместо службы. Ведь она отвечала не только за себя – была еще и Гарриет, больная и беспомощная.
– Может, мы подождем с этой новостью до тех пор, пока я не найду новую работу?
– Поверь, я не собираюсь объявлять об этом на страницах «Таймс», но все-таки будь готова к тому, что придется выдержать ряд трудностей из-за наследства. Советую особо не расстраиваться по этому поводу, да и сам не собираюсь. Жизнь коротка, и совершенно не стоит терять время на переживания из-за мнения окружающих, Джульетт, и скоро ты сама это поймешь. Как бы мне хотелось, чтобы это поняла и вторая моя внучка.
И у Джульетт опять не нашлось слов в ответ.
– Ох… Спасибо… Вы не сможете себе представить… То есть я счастлива настолько… То есть… – Тут она окончательно сбилась.
Сэр Роджер ободряюще ей подмигнул.
– Скоро ты убедишься, что жизнь в комнатах ничуть не легче той, что происходит в людской. Приготовься лучше к разным неприятностям, потому что, боюсь, мы с тобой одни сегодня так счастливы от этого воссоединения.
Он по-отечески поцеловал ее в щеку на прощание и вышел, а она осталась стоять, до сих пор не в силах поверить во все произошедшее. Только что она говорила с человеком, чья кровь текла у нее в жилах, и она поняла, что дело тут не в наследстве. Ведь самое ценное приобретение, которое ей досталось от разговора, – отеческий поцелуй. А еще – осознание того, что ее маму до сих пор помнят и любят.
– Дедушка! – вслух произнесла она и счастливо засмеялась от мысли, что сможет еще не раз так называть этого доброго человека.
– Мама, я это сделала, – сказала она с нежностью. А тебя, как видишь, невозможно забыть.
Она вздохнула полной грудью и поняла, что целиком и полностью довольна состоявшимся разговором, а особенно тем, что теперь ее мать может действительно покоиться с миром.
* * *
– Обещай, что никому не расскажешь! – заговорщицки сказала Каролин, когда они с Джульетт выбивали гардины. Все были заняты уборкой, даже Рейчел и другие девушки с кухни, но работы все равно еще оставалось слишком много. – Мне нужен твой совет, – продолжила Каролин, – только по правде, как бы ты поступила.
– В чем дело? – спросила Джульетт, так как по могла понять, что творится с ее подругой.
Кароли н набрала побольше воздуха в легкие и начала:
– Ты, конечно, знаешь, что мы с Мартином не можем видеться из-за леди Фокскрофт.
– Конечно, знаю.
Так вот, Мартин решил уйти с этой работы. Он говорит, что лорд Вуттен собирается покупать машину и зовет его к себе шофером. А для меня он тогда попросит должность камеристки леди Вуттен. Джульетт попыталась представить себе Вуттенов, но ее мысли еще были поглощены утренним разговором. Она только смогла вспомнить, что это милая пара среднего возраста.
– Ну вот и отлично. Только я мало что знаю о Вуттонах. Может, спросим Сару?
– Да нет, не стоит. Может, эта информация дойдет до леди Фокскрофт, а она разозлится на Мартина и вышвырнет его без рекомендации. Да я и сама, если честно, с радостью думаю о том, что стану камеристкой. Вуттены, кажется, неплохие люди. Мартин говорит, что лорд Вуттен советовался с ним об автомобилях и хвалил его знания! Представь себе, что Бренна Бэнфорд хвалит кого-нибудь из слуг?!
«Бренна Бэнфорд, моя единокровная сестра», – подумала Джульетт и не смогла сдержать улыбку!
– Что случилось?
– А вот теперь ты мне пообещай, что никому не расскажешь!
– Да конечно! Рассказывай! – воскликнула Каролин, но тут же вздрогнула, посмотрев на часы. – Только рассказывай быстрее, а то нас всех уволят.
– Я виделась с сэром Роджером, – ответила Джульетт, – сегодня утром.
Каролин охнула:
– И что?
– И он был очень мил. И даже счастлив. Как выяснилось, он сочувствовал моей матери. Видимо, только его жене она так сильно не угодила.
– Это же чудесно! Какая ты молодец, что решилась поговорить с ним! Видишь, тебе самой теперь стало легче.
– Я бы не решилась, если бы не эта чудовищная история с колье, – вздохнула Джульетт, и тут часы на стене громко пробили.
Девушек словно подбросило в воздух.
– Боже мой, ведь сейчас все вернутся! – закричала Каролин. – Мы же даже не закончили подметать!
Девушки схватили метлы и совки и принялись убирать с утроенной скоростью. Казалось, что чело веку просто не под силу двигаться так быстро. Они действительно ловко управились со своими обязанностями и уже направлялись к выходу, как вдруг дверь распахнулась и в холл хлынули гости, и впереди всех шла леди Уайтхолл. Джульетт и Каролин застыли от ужаса, вцепившись в метлы, будто собирались ими обороняться от гостей. Поравнявшись с ними, леди Уайтхолл издала что-то неразборчивое, но, очевидно, очень злое.
