помогаешь преступнику, объявленному в федеральный розыск? И сколько лет тебе и всей команде может светить, прикидываешь?
– Нет у меня никакого пассажира, – капитан насупился и, не поднимая глаз, начал по новой набивать табаком трубку. – Можете все судно облазить – нету…
– Ладно, – не обещающим ничего хорошего тоном сказал Скат, – не хочешь по-хорошему, будет по-моему…
– Командир, – в рубку протиснулся Орехов и, не обращая внимания на капитана, негромко сообщил: – Похоже, у нас гости…
Глава 17
В кабельтове от легшего в дрейф траулера покачивалась на волнах большая резиновая лодка с двумя подвесными моторами. В лодке Скат насчитал четверых и, хотя лица всех мужчин были прикрыты точно такими же масками, как и у находящихся на борту траулера спецназовцев, было нетрудно с уверенностью предположить, что это та самая четверка «разбойников», которых старлей с Ореховым совсем недавно видели в порту. Один из мужчин без особого стеснения рассматривал с помощью бинокля всех, кого можно было разглядеть на палубе, и о чем-то переговаривался с товарищем, показывая рукой на барражировавший неподалеку вертолет – у спецназовцев с летчиком была договоренность, что тот дождется результатов проверки и улетит лишь по получении соответствующего разрешения.
– А моторы-то у них… – Скат прикинул, что они обогнали лодку с бандитами всего-то минут на пятнадцать-двадцать. – Надо будет этому капитану Врунгелю подробно растолковать, что они могли бы сделать с командой этого корыта, если бы успели сюда раньше нас… Так, мужики, я тут, как говорится, на стреме постою, а вы быстренько проверьте каждый уголок, в каждую бочку загляните и в печку на камбузе! Чтоб ни одна крыса от ваших глаз не успела спрятаться. Задача ясна? Вперед!
Команда траулера, видимо, получившая от капитана приказ не будить лихо, больше никаких агрессивных действий не предпринимала, лишь неприязненно косились на непонятных пришельцев, по-хозяйски сноровисто и явно со знанием дела обшаривающих их корабль.
Катков поднес к глазам бинокль, временно реквизированный у капитана, и так же демонстративно рассматривал бандитов, по-прежнему и не думавших убираться, хотя там, на лодке, прекрасно понимали, что на сейнер их никто сейчас не пустит и дела их плохи.
– Крепкие мужички, – бормотал себе под нос старлей, обшаривая каждого из мужчин внимательным, запоминающим взглядом. – Япошек в расчет не берем, а вот с этих двоих корешков я бы масочки сорвал да на их рожи полюбовался… Этот худощавый… нутром чую, тот еще волчара, не гляди, что мелким кажется… Что ж нам с вами делать…
– Командир, – голос Тритона был немного растерянным, – дрянь дело. Этого козла нет нигде…
– Ты еще скажи, что и не было никогда! – злобно сверкнул глазами Скат. – Так я это уже от капитана слышал.
– Не скажу. Вот, это майор в том самом ящике нашел. – Мичман протянул Каткову обрывок фирменной бумажной салфетки – точно такие же они видели в рёкане Уэмады. – Только сейчас в ящике старая сеть лежит, а нашего дяденьки и след простыл…
– Ах, сука… – вполголоса выругался старлей. – Майор где?
– В рубку к капитану пошел; наверное, еще раз хочет расколоть попробовать.
– Я тоже хочу с морским волком побазарить маленько, а ты за этими хунхузами присмотри. Мы недолго…
Капитан, по всей видимости, решил твердо придерживаться позиции: ничего не видел, не слышал, не знаю и не скажу. Восседал на своем прежнем месте, окутывался голубоватыми облаками дыма и только все больше мрачнел. Скат, рывком распахнувший железную дверь, с ходу решил брать быка за рога.
– Молчишь, партизан хренов? Ну-ну. Мы никого не нашли. Сейчас мы заберемся в вертолет и спокойно улетим. А в кабельтове от твоего корыта болтается катер. И катер тот ну очень быстроходный, а в нем сидят ребята, которые тоже очень хотели бы пощупать пассажира, который волшебным образом исчез с твоего корабля. Скажу тебе по секрету, что это не наши друзья, а совсем даже наоборот. Мы уйдем, а они сюда придут… Смекаешь? Придут – и на ленты порежут и тебя, и твоих рыбаков! Так что выбирай: или ты мне сейчас говоришь, куда подевал… Даю десять секунд! Больше не могу – у меня вертолет дорогой, разорит вконец, пока я тут с тобой песни пою…
Катков вскинул руку и демонстративно уперся взглядом в тонкую секундную стрелку, торопливо описывавшую круги на циферблате его механических часов – современным «электроникам и кварцам» старший лейтенант не доверял. Ровно через шесть секунд капитан тяжело вздохнул и нехотя выдавил:
– Был пассажир. Но мы с тем японцем сразу договорились, что, как только сейнер выйдет в открытое море, он подойдет на катере и пассажира заберет. Они знали, что вы за ними следите, и придумали такой трюк. Для отвлечения внимания, так сказать…
– И куда катер Уэмады рванул? – Скат сразу поверил, что на этот раз капитан не врет.
– На юг-юго-восток. Там островов, что твоих комаров в лесу… Командир, ты это… как-нибудь ситуацию разрули, а? – Капитан тоскливо посмотрел на старлея, лицо которого все еще было прикрыто маской. – У нас семьи у всех – их как-то кормить надо. Ну, бес попутал, хотел деньжат срубить – тот гад и правда неплохо заплатил… Ну, хочешь, отдам я их вам и своих еще добавлю?
В ответ Катков буркнул что-то невнятное – не то «чудак», не то что-то очень созвучное, – круто развернулся и вышел из каюты, подавая майору знак следовать за ним. За эти несколько минут ничего в обстановке не изменилось: мичман, облокотившийся на поручни, лениво поплевывал в воду и равнодушно поглядывал на упорно державшуюся поодаль лодку с четверкой чужаков.
Скат подошел к борту, поднял к губам прихваченный в рубке мегафон, и над водой разнесся усиленный динамиком голос, перекрывая и шум волн, и вялое бормотание дизеля сейнера, работавшего на холостых оборотах.
– Джентльмены! Мне плевать, кто вы такие, – отчетливо произнес старлей по-английски, хотя процентов на девяносто был уверен, что как минимум двое из четверки русскую речь поняли бы ничуть не хуже. – Но я даю вам слово, что человека, которого вы так упорно ищете, на этом судне нет. Мы все ошиблись… Если еще точнее – нас просто надули! Пока мы гонялись за этим ржавым корытом, он наверняка смылся другим путем…
Со стороны лодки не раздавалось ни звука, и тогда Катков решил привести еще один веский, на его взгляд, довод.
– Предлагаю вам джентльменское соглашение: сейчас один из вас может подняться на борт и убедиться, что я говорю правду. Неприкосновенность мы гарантируем! Впрочем, можете подниматься хоть втроем – на тех же условиях. Итак?
