class="p1">Валтэор напряжённо смотрел на меня, а потом тяжело вздохнул и кивнул. Я видела, что он разрывается между мной и долгом. Там ждали его друзья и близкие. Какое право я имела удерживать зверолова подле себя, как бы плохо мне ни было? Если что-то случиться с Барнаором или Одестором, и Валтэор не сможет им помочь, я себя не прощу. Да и он… Как он будет смотреть на меня после этого?
— Иди, не волнуйся за меня.
— Вот, — охотник протянул мне портальный камень. — Если меня долго не будет, переносись в деревню.
Я кивнула и спрятала артефакт в карман платья. Валтэор присел на корточки и ласково погладил меня по волосам.
— Я люблю тебя, Лора, — сказал тихо, а потом поднялся, не дав мне ничего ответить, и быстро вышел из пещеры.
Глава 17
В пещере я провела три дня. Валтэор оставил мне достаточно пищи и дров. Большую часть времени я дремала и просыпалась лишь для того, чтобы поесть и облегчиться. Зверолова всё не было, поэтому в душе зашевелилась тревога, и я решила выбраться из убежища, отправившись в родную деревню. Естественно, помня о коварстве врага, переместилась в лес недалеко от селения. Огляделась, прислушалась. Вроде здесь всё было мирно. Но всё равно шла к избам, сжимая портальный камень вспотевшей от страха ладошкой. Вновь оказаться в руках изуверов не хотелось. Слава небесам, здесь, и правда, всё было спокойно.
Меня встретила мачеха и всплеснула руками. Я знала, что тёплых чувств она ко мне не испытывает, но перед людьми искусно отыгрывала роль примерной матери.
— Флорания! Где ты была? Цела?
— Цела, — ответила скупо. — Как люди?
— Зря ты их сюда привела, — мачеха поджала губы и покосилась на соседний дом. — Как бы беды на наши головы не навлекла. Слышала я, что в прошлых двух селениях случилось.
— Нам некуда было идти, — ответила виновато.
— Ладно, чего уж теперь? Если твоему мужу удастся свершить переворот, то мы останемся в плюсе, а если нет… Полетят наши головы, — мачеха досадливо вздохнула. — Но он ведь теперь свободный? Это я тоже слышала. А это означает, что сила к нему в полной мере вернулась. Вдруг сдюжит? Ты уж тогда замолви за нас словечко перед муженьком-то. Пусть отблагодарит за помощь.
Матушка себе не изменяла, выискивая выгоду во всём. Что же, не колотит и на том спасибо.
— Твоя комната свободна, — бросила она, открывая дверь отчего дома. — Располагайся, а потом в теплицу наведайся. Твои растения плохо себя чувствуют.
— Даже с кристаллом? — не смогла удержаться от колкости.
Мачеха глянула на меня хмуро, но смолчала.
— Ванну хоть сделать?
— Не отказалась бы.
Удивительно, но матушка напрягла родную доченьку, чтобы та купель мне наполнила. Что творится? Мир с ног на голову перевернулся? Не могла же она меня пожалеть или так перед зятем выслуживается? А может, попросту боится его?
Опустившись в горячую воду, облегчённо вздохнула. Будто и не уходила никуда, да только многое в моей жизни поменялось, включая меня саму. Уже, как прежде не будет. Я взглянула на татуировку. Кожа хоть и зажила, но безобразный рубец остался. Не смогла регенерация справиться с вырванным куском плоти. Части печати теперь не доставало. Я тронула пальцем рисунок. Он спас мне жизнь. Хотя, если бы Валтэор не увёл меня из родного посёлка, возможно, я бы и не попала в такую переделку. И печать рабскую с него не сняла бы. Возможно, все люди, которых знаю, и успела полюбить, были бы уже мертвы. Нет, всё же хорошо, что так вышло. Пусть мне пришлось пройти через ад, зато сколько душ удалось сберечь.
Я прикрыла глаза, и сама не заметила, как уснула, а проснулась в объятиях Валтэора.
— Это уже превратилось в некую традицию, — проговорила тихо, поняв, что зверолов не спит.
— Разбудил тебя?
— Нет. Как дела?
— Уже лучше. Мы потихоньку отлавливаем верхушку. Понятно, что времени понадобится много, но, думаю, уже перешагнули критический порог. К нам все охотники подключились и практически весь простой люд и много магов, поэтому случился перевес в нашу пользу. Иначе не сдюжили бы.
— Хорошо, — поёрзала, устраиваясь поудобнее, и услышала, как дыхание Валтэора сбилось, стало более частым, как и стук его сердца. И только сейчас осознала, что лежу в его объятиях под одеялом абсолютно нагая.
Присмотревшись, поняла, что зверолов тоже искупался и побрился. Сейчас на нём была надета чистая рубаха и пахло от него пряным мылом.
— Я волновалась, — призналась своему мужчине, глядя на его лицо. Такое красивое и такое близкое.
Валтэор тоже, не моргая, смотрел на меня, сглотнул натужно и поцеловал в лоб.
— Спи, Лора, — погладил меня по спине, а я впервые поняла, что не хочу, чтобы между нами снова осталась некая стена. Охотник выполнял обещание, данное мне, и не позволял себе лишнего, ждал моей готовности.
Протянув руку, погладила его по лицу, затем запустила пальцы в волосы и надавила на затылок, вынуждая наклониться ко мне ещё ближе, а затем сама к губам припала. Застыла, не зная, что делать дальше. Я ведь не умела ничего. Лишь раз мы с Валтэором целовались и то всё быстро закончилось.
Однако мой мужчина сразу взял инициативу в свои руки. Он со стоном наслаждения нырнул языком мне в рот, заставляя забыться под его натиском. Горячее дыхание и откровенные движения сводили с ума. Руки осторожно скользили по телу. Я чувствовала его напряжение. Он боялся напугать.
— Ты уверена? — спросил хрипло, на мгновение разорвав поцелуй.
Мне сразу стало неуютно и одиноко. Я хотела этого мужчину. Хотела его всего. Жаждала его поцелуев и прикосновений. Мне нравился его вкус, его запах, его голос.
— Да, — ответила настолько тихо, что это больше было похоже на всхлип, но Валтэор всё понял и снова припал к моим губам, сплетая наши языки. Это было так необычно и так чудесно. И совсем нестрашно. — Мачеха! — спохватилась, когда зверолов скинул с себя рубаху.
— Я попросил их сегодня переночевать в другом месте.
— Как ты мог знать, что я?..
— Почувствовал. Не могу объяснить. А может, просто надеялся, — усмехнулся он.
Я скользнула ладонями сначала по плечам, исполосованным рубцами, а затем по спине. Под пальцами чувствовались напряжённые мышцы. Интуитивно развела колени, пуская Валтэора, обвила его ногами и замерла. Но мой мужчина не торопился. Он нежно принялся целовать шею, заставляя запрокидывать голову и жаждать новых ласк. Затем спустился на ключицы, грудь, живот и ещё ниже.
И тут я стыдливо зажалась, пытаясь прикрыться руками. Неужели он собирается?..
