очень напоминал апаньяр из древнего, подводного храма на Земле. Те же, очень раздражающие ответы и подозрительно схожая манера вести диалог.
«В храме» — придушу наглого кошака! Люблю животных, но, как оказалось, не всех и не всегда.
— И? — с нажимом спросила я, — как туда попасть?
«Дарин был без сознания, поэтому проблем не возникло. С тобой сложнее.»
Вот ведь гад пушистый!
— Ему хуже? — встревожилась не на шутку.
«Так же» — ну хоть что-то. Так же — это жив.
— Как мне попасть в храм? Только не начинай, как апаньяр, говорить, что я должна раскрыть душу, чтобы понять… Лучше просто объясни мне и все.
«Но ты должна раскрыть душу» — возразил кошак. Мир перевернулся, дежавю усилилось. Слишком уж ситуации похожи. Храм, голоса, одинаковые фразы… Словно кто-то один, очень могучий и великий, создавал их под копирку. Хмм. Денкоро — универсальный ключ ко всему.
— А с этим я смогу войти в храм? — я вытащила цепочку и помахала кулоном перед мордой лайвелла.
«Денкоро» — удивленно и одновременно восхищенно воскликнул кот.
— Значит, смогу? — лучше уточнить, а то знаем мы эти апаньярские недоговоренности.
«Владеющий денкоро» — не унимался кошак. Мне даже показалось, что он склонил передо мной голову. Интересно, что это все-таки за вещица? Пока она приносила одни лишь неприятности.
— Сумрак, ну будь человеком, объясни внятно! Там же Дарин раненый, а мы тут о ерунде говорим… — я даже состроила скорбную мину, ни на что не надеясь. Вдруг у кошака совесть проснется. Нет, спит она крепко.
«С денкоро можно войти в любой храм равновесия» — все-таки решил пояснить мне лайвелл.
— Куда приложить? — устало выдохнула я, и мне благосклонно кивнули на скалу.
Подойдя ближе, увидела несколько символов. Похожие видела в храме на Земле, кажется… Крайние такие же точно, а вот средний немного отличался, от виденного когда-то мной. Любые древности, а особенно таинственные, с детства меня манили. Я любовно провела пальчиками по символам. Дежавю! Они вспыхнули точно так же, как их собраться в земном храме. Сняв кулон, приложила его к круглому отверстию под загадочной надписью.
Что произошло дальше, так и не поняла, но голова закружилась, на секунду я отключилась, а в следующее мгновение очутилась посреди огромного зала. Окружающее пространство было знакомо. Именно здесь стоял лайвелл в моем сне. Высокие своды храма, узкие, как бойницы окна, проникающий в них фиолетовый свет. Странно… свет… А ведь за пределами храма нас окружала лишь тьма. Создавалось ощущение, что храмы существовали в иной реальности. «Открой душу и…» — мда, с такими приключениями поверишь в любую чертовщину.
Внимание привлекли две вещи — импровизированный алтарь и, недалеко от него, золотой обруч, который висел в воздухе, ничем не поддерживаемый. Да, черт с ними, с тайнами этими… Массивное тело тангира лежало на том самом алтаре. Свет здесь тоже был слабенький, но он был. Подбежав к Дарину, встала перед ним на колени, достала походный нож и принялась срезать остатки условной и давно бесполезной одежды. Элвэ по-прежнему пребывал в состоянии боевой трансформации и не подавал признаков жизни. Несмотря на очень смуглую кожу, неродное, почти звериное лицо было бледным, а дыхание — настолько слабым, что огромная грудная клетка почти не вздымалась.
Прижав ухо к его груди, попыталась услышать удары сердца. Оно билось, но очень… очень тихо… словно каждое мышечное сокращение давалось с трудом и могло оказаться последним.
— Дарин… — тихо позвала я.
«Нежилец» — изрек божественный кошак, сидя рядом.
— Хвост оторву! — пообещала, разозлившись, и с удвоенной силой принялась срезать куски, бывшие когда-то форменной курткой.
Да, в своей боевой ипостаси, эленмарцы действительно становились страшными, огромными чудищами, но меня вид Элвэ нисколько не отталкивал, ведь я отчетливо осознавала, что это он. Тем более, безумия у Дарина не было. Наоборот, тангир очень четко принимал решения, когда бросился меня спасать. Четко, но не очень здраво… Вот кто его просил кидаться со скалы? Сейчас бы стоял там, наверху и волновался со всеми вместе, а не лежал бы здесь без сознания! Порванная перепонка, которая позволила нам не упасть, а планировать с безумной высоты, драными клочьями свисала по бокам. Но ведь это не могло угрожать его жизни! Даже птица с подрезанными крыльями продолжает жить, пусть и без неба. Весь торс покрывали царапины разной длины и глубины. Из многих сочилась кровь, привычная… красная… человеческая… Ничего такого, что бы угрожало жизни, я пока не нашла. Кровили многие порезы и ссадины, но не было, ни открытых переломов, ни других жуткого вида ран. Впереди не было, а вот со спины рассмотреть его я не могла, как и перевернуть. Но интересующее меня повреждение находилось именно там, потому что Элвэ фактически лежал в луже собственной крови…
— Сумрак, — позвала я, — нужно перевернуть Дарина, хотя бы на бок. Мне нужно осмотреть его спину.
«Нежилец» — повторил кот и принюхался, показывая, что он просто это чувствует.
— Я не успокоюсь, пока не сделаю для него все, что смогу! — зло прошипела сквозь зубы и достала ремень, с помощью которого мы транспортировали тангира к краю скального выступа, — тащи сюда свою кошачью задницу! Переворачивать будем.
«Алевтина, у эленмарцев в боевой трансформации повышенная регенерация, а у твоего даже мелкие ссадины не заживают. Смирись, он умрет, очень скоро,» — непривычная для лайвелла, слишком длинная речь объясняла многое, но поверить его словам означало отказаться от Элвэ. Неееееет! Не затем мы встретились, чтобы я его так просто отпустила!
В голове почему-то всплыли воспоминания о том, как Анвен объявляет себя невестой Дарина. Я вспоминаю свои ощущения. Мне неприятно… Нет, мне безумно больно, потому что отказаться от этого чертового, безмозглого эльфа, сиганувшего за мной со скалы, я не в состоянии. Это как потерять часть себя — больно до одури! Не может вселенная быть настолько жестокой, позволив нам встретиться, осознать, что мы друг для друга значим, насколько важны,
