ко мне. Берет моё лицо в руки.
— Всё хорошо. Смотри на меня. Дыши — шепчет, нежно целуя в губы. Отвечаю на поцелуй. И снова могу нормально дышать.
— Я не мог по другому. Тот урод. Мог тебя изнасиловать! — рычит, беситься. Мечется по квартире. — Он ещё легко отделался.
— Никит это не шутка. Ты понимаешь, что он мог умереть? — кричу.
— Даже если бы и так. — Подлетает ко мне. — За тебя я готов убить — шепчет. Пристально смотря мне в глаза. От его слов всё внутри застывает.
— Не Говори так. Пожалуйста. Нет. — Плачу, не сдерживаясь.
— Малышка — упирается своим лбом об мой. Рука зарывается в волосы. — Я люблю тебя. — шепчет в губы. Из-за чего я начинаю плакать ещё сильнее. Слезы катятся по лицу.
Никита поцелуями стирает слезы. Дышим друг другом. Только сейчас до меня доходят его слова. Застываю. Поднимаю на него глаза. Вижу в них искренность. И я ему верю. Потому что.
— Я тоже тебя люблю. — Слова исходят из самого сердце.
Никита улыбается мне в губы. И начинает целовать. Ни так, как всю эту неделю. Нежно, будто я сломаюсь. Если он нажмёт чуть сильнее.
Сейчас поцелуй. Дикий, голодный. Будто мы были в разлуке долгое время. Одежда летит в разные стороны. Кусаемся. Никита рычит. Усаживает меня на стол. Резко входит. Шиплю от небольшой боли. Кусаю Никиту за шею. Сжимаюсь. Хоть я была возбуждена. Его размер не маленький. К нему нужно привыкать.
— Малышка. Прости. Тормоза слетели. Ты как? — смотрит обеспокоенно покрывая поцелуями моё лицо. И снова губы.
— Всё хорошо. Продолжай. — Стону, запрокидывая голову. Целует в шею, кусает.
— Ты уверенна? — Шипит
— Да. Пожалуйста, умоляю. — Готова сказать все что угодно, лишь бы он не останавливался.
Улыбается. Выходит из меня. Так же резко входит обратно. Вырывая из меня крик, стон.
— Жадная девочка — рычит, улыбаясь, когда я сжимаюсь, насаживаюсь сама. Руками крепче обнимаю, боясь, что он остановиться. Но он точно не собирается этого делать. Ускоряет толчки. — Малышка. Я долго не продержусь. Давай, детка, кончай.
Опускает руку на мой клитор, при каждом толчке гладит, щипает. Кричу и начинаю кончать. Спустя пару движений Никита присоединяется ко мне. Изливаясь в меня. Хрипит, рычит. Покусывая мочку уха.
Мы так лежит минут десять. После принимаем душ. Счастливые и довольные. Мы признались друг другу в любви. Все просто замечательно. Наконец то у нам все хорошо.
— Малышка. У тебя есть таблетка от головы. Башка раскалывается — улыбается Никита. Целуя в макушку.
— Да, в спальне. Во втором ящике.
— Спасибо
Когда Никита исчезает в комнате. Мой Телефон начинает звонить.
— Привет. Тебе получше?
— Привет Кира. Да, все хорошо. Ты как? Как малышка?
— Сейчас слава богу, все хорошо. Вылез зубик. Ждём вам с Крестным на зубок. В эти выходные.
— Ого! Это замечательно. Обязательно буду.
— Хорошо. Кирилл Никите позвонит. Скажет время. Мне нужно идти. Кирилл приехал.
— Ладно, пока. Спасибо, что сообщила.
Когда заканчиваю разговаривать. Понимаю, что Никита все ещё в комнате. Иду к нему. Скорей всего, не может найти таблетки.
Когда захожу Никита сидит на кровати, что — то смотрит в телефоне.
— Тебе помочь? — Улыбаюсь. Но улыбка сходит с лица. Когда Никита поворачивается ко мне. Бледный. Кулаки сжатые. Глаза бегают по моему лицу.
— Что случилось?
Поднимается, подходит ко мне. Пристально смотри в глаза.
— Что это? — показывает на таблетки, что держит в руках. И это ни как не обезболивающие. — Я прочитал, что это сильные антидепрессанты. Их выдают только по рецепту. Ксю. Зачем они тебе? — Когда он смотрит в мои глаза. Я начинаю плакать. Меня трясет. Понимаю, что это конец. — Ксю. — Повышает голос в котором слышатся нотки паники.
— Никит, нам нужно поговорить.
Глава 29
— Прошу, объясни мне. Зачем они тебе? — хрипит Никита.
Я минут десять сижу на кровати и не могу собраться с мыслями. Никита на пределе. Ещё немного и его прорвет. Он ходит по комнате, как загнанный зверь в клетке.
Мечется от стены к стене. Пугая меня и делая рассказ ещё сложнее.
— Хорошо, — шепчу. — Обещай не перебивать меня и дослушать до конца — Умоляю.
— Но…
— Обещай-не даю договорить. Мне нужно, чтобы он молчал. Только так я смогу все рассказать.
— Ладно, хорошо. Я буду молчать. — Рычит. Злиться. Но когда он узнает правду. Уверенна будет в гневе.
— Когда мне исполнилось десять. Я влюбилась в тебя. Тогда я не понимала, что это такое. Но моя глупая влюбленность с возрастом только крепла. Я следила за братом, чтобы знать, где ты находишься. Что ты делаешь. С кем общаешься. Тайком сбегала из дома по вечерам. Следила за братом. И однажды это привело меня на подпольные бои. — Вздыхаю. Слышу, как Никита продолжает ходить. — Я тогда Впервые видела, как ты дерешься. И это было фантастически. Я не могла оторвать от тебя взгляд. Тогда я поняла, что должна быть с тобой, не смотря ни на что. Вынашивала план целый год. И когда ты сказал, что уезжаешь за границу. Я была разбита. Проплакала целый день. Но мои родители и брат решили устроить тебе вечеринку. Я наблюдала за тобой, как ты веселиться, общаешься с девчонками. Целуешься с ними. Моё сердце обливалась кровью каждый раз стоило только взглянуть на тебя. — Всхлипываю, вытирая слезы. Голову так и не поднимаю. Но чувствую, что он остановился. И ждёт когда я продолжу. Собираюсь с силами для следующей части. — Ты сильно напился. Ели стоял на ногах. Я видела как ты, шатаясь, идёшь в свою комнату. Недолго думая пошла за тобой. Чтобы наконец то признаться. Когда я пришла, ты стоял около кровати, пытаясь стащить с себя одежду. Я начала помогать тебе. Ты повернулся ко мне и улыбнулся. И я поняла, что вот он шанс. Я поцеловала тебя первая. И ты ответил. Мы продолжили. Упали на кровать. И тогда я стала женщиной.
— Нет, нет, нет-подлетает ко мне. Берет руками мою лицо. Смотрит в мои затуманенные от слез глаза — Малышка. Скажи, что это ни так. Просто нет. Блять. — шокировано отходит назад, запуская руки в волосы. Тянет за них. Боюсь, что он их вырвет. Снова опускается на колени. — Просто скажи, что это твоя подростковая фантазия. Умоляю. — Боль в его глазах и скапливающие слезы меня убивает. Но что же будет, когда он узнает остальное?
— Никит — всхлипываю. — Это не самая плохая часть — шепчу, но он прекрасно меня слышит. Выглядит разбитым и не уверенным в происходящем.
Мне
