продолжала работать, пока ко мне на прием не пришла одна женщина. Она жаловалась на слабость, боль в суставах и резкий набор веса. Я сразу заподозрила проблемы со щитовидной, направила ее к специалисту.
– И что она?
– Через какое-то время снова записалась ко мне на прием, и когда я спросила, была ли она у эндокринолога, сказала, что врач – шарлатанка! Я сначала не поняла, о чем она говорит. Специалиста я знала лично и была в ней уверена на все сто. Потом выяснилось, что эндокринолог сказала, что ей придется делать операцию. Женщина возмутилась, у нее же ничего не болит! Устроила скандал! И знаешь, что сделала потом? Пошла к целительнице! Та ей сказала, что на нее навели порчу! Назначила ей курс из тринадцати сеансов, каждый из которых стоил как пять приемов эндокринолога! Ничего, разумеется, не помогло. В конечном итоге женщину все равно прооперировали. Но именно тогда у меня зародилась идея стать целительницей. Если люди не хотят, чтобы я помогала им в белом халате, буду помогать в черном балахоне!
– И как ты их лечишь?
– Да так же, как и в поликлинике: собираю анамнез и потом говорю, что духи велели мне направить их к врачу за назначением лечения. Но это если вопросы по здоровью. А так люди же с разными проблемами приходят, поэтому к каждому индивидуальный подход. Кому-то прописываю диету, кому-то найти хобби, кому-то поменьше слушать токсичных родственников. Но всегда следую главной заповеди: не навреди.
Из колдовского кабинета мы снова вышли в коридор и Ника направилась к темной двери в дальнем его конце. Это был вход в жилую часть дома и, если я думала, что колдовской фасад уже ничто не сможет затмить, я сильно ошибалась.
Гостиная, куда мы вошли была огромной. Стены украшали обои с разноцветными яркими птицами, сквозь большие окна лился дневной свет, повсюду были цветы, и после полумрака, царящего на территории ведуньи казалось, что попадаешь в райский сад.
– Обалдеть, – только и смогла выдавить я.
– Нравится? Вот тут мы с мамой и живем. По большей части, в доме все светлое и спокойное. И везде цветы. Раньше я хотела сделать отдельную оранжерею, а потом подумала, зачем, если оранжереей может стать весь дом.
– Но какой же контраст, Ника!
– Ну, мы с Виталиной как Инь и Ян, – засмеялась она. – Кстати, волосы у меня от природы светлые, но приходится красить, чтобы поддерживать образ.
Я подошла к большому французскому окну и взглянула на сад, Ника стояла рядом и указала в сторону калитки в дальнем его конце:
– Со стороны улицы у меня вход для клиентов, а мы пользуемся вон той калиткой у леса, она не видна с дороги и ведет сразу в жилую часть дома. А с торца у нас банька, и беседка для пикника.
Ника устроила мне настоящую экскурсию по своим владениям, параллельно обращая мое внимание на цветы, которые могли бы украсить мой дом. Я была в таком восторге, что соглашалась на все. Через некоторое время к нам присоединилась Света, и мы переместились в беседку, чтобы немного перекусить. Вокруг благоухали цветы, слышались заливистые трели птиц, и я почувствовала, как постепенно переживания последних дней уходят на задний план.
После обеда Ника провела нас в баню, которая топилась с самого утра. В ней стоял удивительный аромат трав и хвои, на полке были приготовлены веники, баночки с какими-то смесями и стопка чистых полотенец.
– Устрою вам сегодня настоящее деревенское СПА, – объявила Ника и шагнула в жарко натопленную парилку.
Полтора часа спустя я сидела в беседке, румяная и свежая. Баня определенно пошла на пользу моим натруженным мышцам, в голове не было ни одной мысли, я ощущала только легкость и блаженство. Вероника рядом со мной с наслаждением потянулась и сделала большой глоток ароматного травяного чая.
– Ой, девки, хорошо-то как!
Я согласно кивнула, Света что-то одобрительно промычала. Но блаженное состояние нарушил звук входящего сообщения.
– Да кто там еще? – раздраженно пробурчала Вероника.
– Кирилл, – хорошее настроение мгновенно испарилось. – Спрашивает, все ли со мной в порядке.
– А ему какое дело? – Ника выпрямилась и уставилась на меня. – Он свой выбор сделал, пусть у невесты своей интересуется.
Я отложила телефон и отвернулась в сторону. В глазах снова предательски защипало. А ведь мне было так хорошо всего минуту назад!
– Ой, да сколько можно уже? – Вероника мгновенно считала мою реакцию. – Уже который день у тебя глаза на мокром месте! Ну что ты душу себе рвешь? Не достоин он ни единой твоей слезинки!
– Я душу не рву, просто не могу понять, почему мне он говорил, что не готов остепениться, что семья и тем более дети – это не его, а теперь внезапно женится на другой?!
– Что тебе не понятно? – Вероника начала злиться. – Он не хотел жениться на тебе. На тебе! Смирись с этим и иди дальше!
– Анют, время лечит, – Света попыталась смягчить резкость подруги. – скоро ты и думать забудешь про этого своего Кирилла.
– Послушай эксперта по отношениям! – съязвила Ника. – У Светы богатый опыт многолетней болезненной привязанности.
– Нет, это другое, – Света обиженно отвернулась.
– Да что ж вы за девки такие?! Сами для выбираете страдания. Ты, Аня, плачешь по человеку, который не хотел связывать с тобой жизнь, изменял, обманывал, бессовестно тратил твое время. Да, ему было весело с тобой, удобно, но не более. Ты его поставила перед выбором, и он выбрал не тебя. Радоваться надо, что освободилась, а ты ноешь и ноешь целыми днями!
– Не говори так, это жестоко, – Света предприняла еще одну попытку утихомирить Веронику.
– Жестоко? Да может она только так поймет, что он ей одолжение сделал! Показал, что надеяться не на что, надо идти дальше! Может, глаза у нее, наконец, откроются и она увидит, что счастье ее перед носом ходит!
– Сначала ей нужно отгоревать по прошлым отношениям.
– Света, напомни мне, пожалуйста, ты сама сколько уже горюешь? Лет пятнадцать?
– Ну нет, так долго я плакать по Кириллу не готова, – я вытерла глаза и звучно высморкалась. – Свет, а ты правда столько лет по бывшей любви плачешь?
Вероника не дала ей ответить и ехидно усмехнулась:
– И будет плакать еще столько же, если не одумается!
– Вероник, я же сама во всем виновата, – Света отвернулась, явно не желая продолжать разговор, но темную ведунью было не остановить:
– Расскажу тебе, Анечка, удивительную историю любви и глупости. Жила была девочка Света и с первого класса была у нее большая и чистая любовь с
