Ariel, лидер 2-го дивизиона, немедленно повернул к N, дабы занять положение, удобное для атаки; 3-й и 5-й дивизионы следовали за ним в кильватере. Все три дивизиона в течение 20 минут продолжали идти к северу, имея «Майнц» на большом от себя расстоянии, как вдруг совершенно неожиданно он повернул на 16 R.
Причина этого поворота быстро обнаружилась — ему зашли в голову четыре крейсера Гуденеффа, шедшие в строе фронта. Крейсеры открыли огонь, 5-й дивизион лег на курс, параллельный ходу неприятеля, а два других дивизиона пошли наперерез струи «Майнца» — на присоединение к нашим крейсерам.
Появление отряда Гуденеффа объяснялось так. Пока 1-я флотилия вела бой с «Майнцем», Тирвит, отогнав «Штеттин», вел жаркий бой с «Штралъзундом», снова появившимся с севера в 11.30.
Хотя попаданий и не было, но снаряды неприятеля ложились очень хорошо, почему, считаясь с крайне тяжелым положением поврежденной Arethusa, Тирвит приказал своим миноносцам идти в атаку, послав одновременно Битти по радио просьбу о помощи.
До 10.45 адмирал удерживался на месте приблизительно в 50 милях на WNW, но, увидев легкие крейсеры, идущие на север, начал движение на восток, чтобы сблизиться с ними.
Не успел он лечь на новый курс, как эскадра потеряла строй, завидев подводную лодку. Тревога оказалась ложной, но восстановление строя потребовало некоторого времени. В 11.15, еще до получения радио с Arethusa, Битти приказал Гуденеффу отправить на помощь Тирвиту два крейсера, которые пошли, не зная точно места, на звуки выстрелов.
Десять минут спустя было принято и радиосообщение с Arethusa о помощи. Что же должен был предпринять адмирал Битти? Со своими крейсерами он шел курсом SW 30°, и о ходе операции он знал только то, что положение флотилии критическое. В радиосообщении Тирвита говорилось о большом крейсере, так как из-за тумана и плохой видимости четырехтрубный «Штралъзунд» казался чем-то гораздо более грозным, чем на самом деле.
Адмиралу, кроме того, приходилось считаться и с тем, что бой длился уже почти четыре часа. За это время с 8 часов, т. е. с момента начала непосредственной операции у неприятельских берегов, флотилии отошли только на 10 миль и, безусловно, находились в опасном положении, будучи совсем близко от двух германских баз — Эмс и Яде.
Он считал, что неприятель имел уже достаточно времени для высылки значительных сил, и потому сообщение коммодора Тирвита о появлении «большого» крейсера представлялось вполне вероятным.
При таких обстоятельствах отправка легких крейсеров без близкой поддержки казалась опасной. Чтобы поддержка эта была действенной, она должна была появиться быстро и со значительными силами.
Только линейные крейсеры могли выполнить эту роль, но, с другой стороны, введение их в бой было очень рискованным.
Опасность представляли не только неприятельские подводные лодки, присутствие которых адмирал Битти предполагал, но также и наши, не говоря уже о том, что не исключалась возможность появления неприятельских линейных кораблей. Риск усугублялся сгущавшимся на востоке туманом.
Все эти соображения, принятые во внимание, тем не менее не могли поколебать убеждения в необходимости все-таки прийти на помощь флотилии. Полный штиль и зеркальная поверхность воды вселяли надежду, что подлодку удастся заметить вовремя, а большой ход даст возможность увернуться от торпеды. Если немедленно идти самым полным ходом, встреча с превосходящими линейными силами маловероятна.
В 11.30, получив третье радиосообщение с Arethusa, Битти принял решение: приказав Гуденеффу идти на помощь с оставшимися крейсерами, сам он дал полный ход, держа курс на восток.
До Arethusa оставалось 40 миль.
Это решение адмирал принял как раз вовремя. 3-я флотилия, получив в 11.25 (т. е. когда «Штеттин» был отогнан) приказание приблизиться к начальнику отряда, начала уже поворачивать, чтобы подойти к Arethusa, как вдруг вблизи миноносцев начали ложиться залпы с севера. Никакого судна видно не было. Через несколько минут из тумана показался крейсер, оказавшийся «Штральзундом». Arethusa и Fearless открыли энергичный огонь. Acheron со своим дивизионом, ходивший, согласно сигналу Fearless, в атаку на «Штеттин», увидав «Штральзунд», тотчас же пошел на него. Избегая атаки, «Штралъзунд» повернул на NW.
Тирвит, чувствуя, что неприятель одолевает Arethusa, приказал своим миноносцам атаковать врага торпедами.
Приказание было исполнено немедленно всеми четырьмя дивизионами: полным ходом два головных дивизиона, идя курсом NW, скоро нашли неприятеля в тумане и выпустили несколько торпед. Попаданий хотя и не было, но неприятель вынужден был повернуть и скрылся.
3-й и 4-й дивизионы, державшиеся к югу от начальника отряда, не могли видеть неприятельский крейсер и после тщетных попыток его обнаружить соединились с дивизионом Acheron и вернулись к Arethusa и Fearless. Остальные дивизионы также вернулись, и весь отряд продолжал в исходном порядке следовать на запад. Вскоре после полудня из тумана спереди неожиданно возник трехтрубный крейсер.
Это был «Майнц», уходивший на юг от огня наших легких крейсеров, которые гнались за ним, держась на его правой раковине. Расстояние между ними сокращалось, и крейсеру не оставалось другого выхода, как уходить на юг наперерез курсу Тирвита.
Fearless, шедший к северу от Arethusa, быстро лег на противоположный курс к неприятелю и вступил в бой, выпустив торпеду.
Она пошла столь неудачно, что Fearless самому пришлось от нее уворачиваться, после чего он опять повернул на поддержку Arethusa, которая с целью ввести в действие свои орудия несколько изменила курс вправо.
Тирвит снова оказался в жарком бою на дистанции 25 кабельтов. Не зная, что наши легкие крейсеры следуют по пятам «Майнца», он послал все пять дивизионов в атаку. 1-й дивизион 1-й флотилии и 1-й и 2-й дивизионы 3-й флотилии (к северу от Arethusa) построились в кильватер, повернули вправо и пошли контркурсом на «Майнц», два других (к югу от Arethusa) продолжали держать курс на запад. Весь свой огонь «Майнц» сосредоточил на крайнем 4-м дивизионе.
Огонь оказался исключительно метким. Едва один из миноносцев, Laurel, выпустил свои две торпеды и начал поворачивать, как четвертый залп с крейсера попал в него. Помимо полученных повреждений, на нем взорвались лиддитные заряды у кормовой пушки — пушка и прислуга были выведены из строя — и разворочена кормовая труба. Миноносец скрылся в облаках дыма.
Дым этот до известной степени прикрыл следовавший за ним миноносец Liberty, но и в его носовую часть в момент поворота попал снаряд. Взрывом снесло мачту и убило командира. Миноносец продолжал бой, пока не потерял «Майнца» в тумане.
Следующий миноносец Lysander попаданий не имел и, развернувшись, пошел в атаку на другой показавшийся крейсер — «Штеттин». Последний миноносец Laertes пострадал больше всех: в него попал весь залп целиком, и хотя из личного состава было лишь шесть человек раненых, но сам миноносец оказался обездвижен, не имея в котлах воды. «Майнц» блестяще отбил атаку, но сам к этому времени сильно пострадал от перекрестного огня легких крейсеров и лидеров флотилий. На носу и на корме его начались пожары, тем не менее он поддерживал активную стрельбу.
Коммодор Тирвит считал свое положение критическим, так как ясно сознавал, что немецкие крейсеры сосредоточиваются к северу от него.
С Arethusa сквозь просветы тумана снова увидели возвращавшийся «Штральзунд», которому послали залп. Одновременно Fearless, пересекая струю Arethusa и направляясь для прикрытия пострадавшего 4-го дивизиона, был обстрелян появившимися «Штеттином» и «Кёльном», за кормой которых показался четвертый крейсер — «Ариадна». Однако за миноносцы можно было уже не опасаться. Fearless отвлек на себя огонь «Майнца», и, когда миноносцы 3-го дивизиона пошли в атаку, по ним не было сделано ни одного выстрела.
Во время атаки 4-го дивизиона «Майнц» пытался повернуть на восток, но, встреченный жарким огнем, лег на прежний курс.
Эта перемена курса не дала возможности 3-му дивизиону произвести атаку, но Lidiard все-таки удался один торпедный выстрел, попавший в крейсер. Судьба «Майнца» была решена. Поворот на восток сократил расстояние между ним и легкими крейсерами. После торпедной атаки он остановился и практически замолчал. Проведя столь умело и доблестно неравный бой, он беспомощно стоял на месте.
