и нескончаемо лениво. Раздражение при всей моей глухой, тоскливой безысходности нарастало. Сначала получил “Пятница”, как виновник произошедшего. Домашние удивлённо возмутились, но одного взгляда хватило, чтобы все вопросы резко прекратились. И только Снежа не уловила посыл: “Меня не трогать”. Поругались с сестрой мы, можно сказать, на пустом месте, но вины я не чувствовала.
Странно, до сего дня я и не замечала, насколько она эгоистична. Уж кто-кто, а она-то должна была понять, но нет, чувства других сестру не волнуют. За последний месяц я стала иначе смотреть на старших сестёр, возможно, сама взрослею, но то, как они себя вели, всё больше и больше мне претило. И сегодня поведение Снежы окончательно вывело меня из себя.
Тёплое молоко, контрастный душ и даже успокоительное не помогли. Настроение и состояние только ухудшались. А день всё продолжал тянуться, словно бесконечный. Отвлечься не получалось: конспекты, книги, сериалы, ничего не могло скоротать время, которое, как заколдованное, будто замерло. В какой-то момент поймала себя на мысли, что я, как мошка, застрявшая в смоле, прилипла, и все трепыхания только усугубляют мою участь.
Когда в комнате появился мой ночной визитёр, не сразу сообразила. Кажется, мои мысли тоже замедлились, растянулись, как и время до этого. Лишь через пару ударов сердца смогла осознать, он пришёл!
— Уиии!.. — с радостным писком кинулась на шею парню, и он, подхватив за талию, со смехом закружил, а потом…
Мой первый поцелуй, не простой чмок, как обычно бывает между друзьями и родственниками, а настоящий нежный в губы. Замерла, глупо моргая и не зная, как реагировать. Но пока я тупила и решала, стоит ли ответить, и как он это воспримет, Пересвет уже разорвал поцелуй и заглянул в глаза.
— Я тоже соскучился, — лёгкая улыбка, смешинки в глазах.
Такой родной и такой красивый! День ожидания прошёл не зря, но, главное, он пришёл!
— Что с тобой? — эйфория встречи схлынула, когда я осознала, что сквозь парня вижу стену с полками.
— Что, совсем плохо выгляжу? — хохотнул он, а я смогла только кивнуть, все слова застряли в горле.
— Ну… — задумчиво протянул он, усаживая меня на кровать, — как бы это объяснить…
— Как есть, — перебила его долгие размышления, — думаю, я пойму.
— Твой питомец, — кивнув, начал он объяснять, — Chitrapatang Света оказался истинным, не перерождённым. Не знаю, как он выжил, и где нашёл светлый источник, что смог дожить до сего дня, а также не имею понятия, как он оказался у тебя, но, — это, "но" заставило сердце замереть, — подпитываться ему больше неоткуда, он голодает, и тут я подвернулся, — парень развёл руками, показывая, что не в обиде. — Твой Пятница опустошил энергетический кокон души, но зато подпитался.
— Подожди! — тормознула поток его объяснений, даже руку выставила пятернёй вперёд. — Что значит "кокон души"? Ты…
Облечь свои мысли в слова так и не получилось. Да как такое вообще возможно, он только что обнимал меня, удерживал на весу и целовал…
— Что? — на меня смотрели удивлённо-озадаченно пару ударов сердца, а потом рассмеялись.
— Я не труп, — во всю веселился этот тип. — Когда вернусь на базу, парням расскажу, обхохочутся.
— На базу? — зацепилась за последние слова, в надежде понять происходящее.
— Я вхожу в подразделение Феникс: боевых магов огня, — он лукаво улыбнулся, следя за моей реакцией. — На флагманском корабле мы живём и патрулируем, но когда случается бой…
— Бой?! — удивлённо охнула, не в силах сдержаться.
— Не без этого, — серьёзно отозвался парень. — Но не переживай ты так, на каждом малом штурмовике есть система спасения жизни. Если воин попадает под огонь, спасательная капсула выстреливает в ближайшее безопасное место и подаёт сигнал на базу со своими координатами.
— А человек? — уточнила, так как сердце ещё колотилось от переживаний и осознания, что он воюет.
— Воина погружают в анабиоз, так меньше тратится ресурсов, и он наверняка дождётся спасателей, — Пересвет успокаивающе улыбнулся, но отчего-то мне легче не стало.
— А ты?.. — всё-таки выдавила из себя вопрос.
— В анабиозе где-то, — он покрутил рукой, не находя подходящих слов.
Если подытожить, то: его одноместный штурмовик подстрелили, он сам лежит практически, как мёртвый, в капсуле и болтается не пойми где, ожидая спасателей. Зашибись новости!
— А тут? — выпалила, когда в голове немного улеглись все мысли и переживания.
— Моя душа, принявшая вид тела в энергетической оболочке. И если бы не ваш “Пятница”, то этих объяснений сейчас не было, — вполне серьёзно ответил он.
От услышанного меня буквально подбросило с дивана. Выходит, я влюбилась в душу…
— … а когда он придёт в себя даже не вспомнит обо мне… — мысли одна другой страшнее заполонили голову.
— А ты хочешь, чтобы вспомнил? — лукавый голос, прозвучавший над ухом, привёл в чувство.
— Я что, произнесла это вслух? — растерянно посмотрела вверх на довольно улыбающегося парня.
— Сварог, я забираю свои слова обратно, — в какой-то шальной улыбке расплылись губы этого ненормального, — ты, как всегда, прав!
Весь его довольный вид стал для меня, как для быка красной тряпкой, даже зарычала, хватая подушку. Я переживала весь день, места себе не находила, а он, а он… Рука опустилась, воинственность прошла, что я могу сделать душе подушкой?
— Знаешь, я очень рано остался без матери, — вдруг заговорил Пересвет, ложась на бок прямо в воздухе и подпирая голову рукой, выглядело это дико, — она погибла в бою, защищая одну из планет Альянса, — я аж замерла, слушая, и не понимая, почему он так резко заговорил о матери. — Она была из Стратим, а их путь воина: “Победи, либо умри”, — грустная улыбка коснулась его губ. — Отец тоже воин, и не мог таскать меня по всей Вселенной за собой, поэтому я воспитывался под рукой Сварога с другими такими же.
Он не договорил, но я так поняла, что Пересвет рос в сиротском приюте и это при живом отце. Ужасно!
— Когда проявилась моя магия, я сам попросился в воинский корпус. У меня нет другой судьбы, как только защищать Светлые Земли от нападок кощеевых.
В голове билась его фраза: “Нет другой судьбы”, — мне не на что надеяться, мало того что он с других миров
